Архитектор Александр Бродский делает приемом духоту, малость, любые явления, которые иные сочтут за недостаток. Вот и новая инсталляция Idea Fissa в Квартире номер 7 Дома Мурузи — вещь в себе. Семья Бродских сутками зависала над быстросохнущей глиной. В итоге ничем не примечательный внешне параллелепипед с дырочками-окошками становится для каждого заглянувшего внутрь космосом. Архитектор заморочился со светом: определенная мощность ламп и потолок из микалента (в отличие от кальки не дает тени) создают ощущение рассветных часов в Венеции. Воздух внутри пахнет чуть горьковато — по ‘каналам’ разлито отработанное машинное масло. Idea Fissa – это новая версия работы, которую художник сделал год назад для выставки в Galleria Milano. В такой же глиняный ящик надо было заглядывать через отверстия, только там была римская площадь гипертрофированного масштаба. Кстати, в Петербурге некоторые лазейки-щелочки Бродский делал уже после того, как инсталляция открылась. Перфекционизм, как и вдохновение, у него бесконечный.

Снаружи подстриженные боксом липы, захлебывающиеся листвой от штормового ветра. Внутри — романтик и реформатор Шуберт, разгоняемый до немыслимой скорости пианистом Константином Емельяновым: так открывается летний фестиваль Pianissimo в Большом Петергофском дворце. Слушать великую музыку в императорской резиденции совсем не то, что в современных храмах стекла и бетона. Историческая многослойность событий, золота и шелка работает с энергетикой звука иначе. Он становится рекой, что воссоздает и объемлет Миттель-Европу и выплескивает ее на отечественную почву. 10 пьес из балета ‘Ромео и Джульетта’ Сергея Прокофьева подхватывают дух карет и княжеств, библиотек и рукописей, громоподобно взвиваясь под золоченый потолок. В конце концов, это произведение премьерили на Ленинградской земле, в Кировском театре. Полифонический узор мира вообще безграничен, а звучание сверхмощно. Сочетать ‘свое родное’ и огромный мир красиво, широко, делая все равновеликим — сложная задача, с которой фестиваль справляется на отлично.

Весь лучший товар лицом, выставка дерзкая, обнажен каждый нерв: Русский музей предъявил экспозицию ‘Наш авангард’. Она посвящена памяти искусствоведа и визионера Николая Пунина. В 1926 прекратил свое существование ГИНХУК, откуда в Корпус Бенуа впоследствии и попали шедевры авангарда и сам Пунин. В том же году он возглавил отделение новейших течений и создал постоянную экспозицию нового искусства. 400 произведений дотошно восстанавливают контекст всех измов: импрессионизм, примитивизм, сезаннизм, супрематизм и другие течения и направления сияют в отдельных залах. Самое приятное, зная почти все работы наизусть, находить их в разных прелюбопытных комбинациях и диалогах. На мой взгляд, никогда еще Ларионов, Гончарова, Малевич, Розанова, Филонов, Татлин, Кончаловский и другие наше всё не звучали так громко, ярко, гордо. Говорят, таким образом будет выглядеть постоянное экспонирование авангарда и впредь. Ну что ж: вид совершенный, время — будущее.