Стога жасмина на Миуссах 🕊️

Бедро на бедро, попой в кадр: четверть полотен экспозиции ‘Русские дикие’ ослепляет фактурой. Название украли у Давида Бурлюка, который и сам здесь представлен как талантливый живописец. Шок — это по-нашему, поэтому все без правил, свобода и красота как главенствующие принципы — фовисты дерзостью декларировали саму жизнь. При этом, кстати, были по жизни очень деликатны. И там, где Гоген слишком погружался в реальность (романы и дети с туземками), наши лишь наблюдали за натурщицами. Дикими на экспозиции выходят импрессионизм, символизм, примитивизм, игра с холстами в клетках, чтобы протягивать взгляд от Матисса к Машкову, от Дерена к Лентулову, от Ле Фоконье к Розановой. Есть редчайший Кузнецов, отличный Сарьян и мой любимый Николай Кульбин — военврач, который в какой-то момент решил стать художником и стал выдающимся. Музей русского импрессионизма снова выдал хит, в этот раз в копродукции с Пушкинским. Получилась смесь личного и субъективного, что хорошо в эпоху, когда не популярно иметь свое мнение.

Приятно быть редактором чьего-то сердца, чего уж там. Поздравляю Собаку с тяжеленьким ТОП50, таким можно и обороняться от инакомыслящих и несогласных. Внесла свою лепту в рейтинг культурных институций, написав профайл музея ‘Полторы комнаты’. Для этого пришлось прямиком из Лимы с 4 пересадками гнать в Веретьево на юбилей Бродского и уловить что-то очень тонкое внутри команды. Как самый московский петербуржец или самый петербургский москвич призываю читать печатную прессу и быть просвещенно любопытным.

‘У нас 44 гектара площади, как в Ватикане’, — говорит гид в музее Дома Пионеров, показывая артефакты ХОГС —
Хамовнического отряда герлз скаутов. Заказчиком (1958-1962) комплекса зданий на Косыгина 17 стал ЦК Комсомол, поэтому калибр бюджета и исполнения был высочайшим. Но стилевое уничтожение иерархий случилось благодаря 6 архитекторам до 35 лет, которые занимались проектом равноправно, были соавторами. Вся арт-часть планировалась на этапе проектирования: в титульном мозаичном панно с Лениным угадывается иконопись; облицовочная кладка шов в шов дает от внешних стен ощущение тетрадки в клеточку; световые геокуполы по модели Фуллера убаюкивают зимний сад с прудом. По лестницам и сегодня до 18:00 шум и гам: бегают счастливые красивые дети, а преподают здесь целые династии, из пионервожатых в том числе. Весь памятник модернизма — это наслаждение бетоном, пойманные в моменте и великолепно сохраненные порыв, свобода, творчество и радость. Ведь только из такого состояния имеет смысл что-то загадывать и действовать.