Для того, чтобы каждый из нас появился на свет, только в семи поколениях должны были пересечься жизни 254 мужчин и женщин. Это больше сотни браков разной степени близости, тяжести и верификации. Какими бы счастливыми или провальными не были союзы, раз вы читаете эти строки, они были несомненно эффективны. Замечательная сумасшедшая (полуавтобиографичная!) книга про венгерскую еврейку Софи, которой очень хотелось любви и познать себя. Со вторым, как водится, сильно сложнее. Роман дискретный, бодро пляшет по Будапешту, Парижу и Нью-Йорку, предлагая массу вариантов развития сюжета. То, что кажется на первый взгляд любовной и даже кафешантанной прозой, на следующей странице оборачивается мощной философией. Несмотря на название со знаком минус, это сильнодействующая жизнеутверждающая книга. И кстати, уверена больше чем на 100%, что сценаристы моего любимого сериала The Marvelous Mrs Maisel изучили этот роман вдоль и поперек, прежде чем одевать Мириам в шубы и шляпки и отпускать после развода в стендап.
❤88🔥8🤩5👏3👍2🐳1
Московский научно-исследовательский радио-технический институт превратился в Нарнию для обитателей Трехсвятительских переулков. Здесь нет воскресшего гламура центровых улиц, сытой и безжалостной друг к другу публики, зато вдоволь горящих глаз: средний возраст посетителя бильярдной, кебабной, рюмочной, книжного и десятков других неведомых заведений — третий курс, второй семестр. Одно из помещений ‘Особняка’ (так называется этот обширный проект с массой увлекательных арендодателей подполья) украшено олимпийскими флажками. И на мой вопрос, какого года олимпиада, ребята растерялись: так как что 1980, что 2014 для них — очень далекое время.
❤69🔥8🤩4👍1
Книга, на обложке которой последний костюм одной из самых значительных женщин-художниц ХХ века Джорджии О’Киф, претендует. Не на, по факту. С виду незатейлива, газетный английский большого профессионала, много редких фото, инсайтов и души: в каждой главе журналист и куратор Чарли Портер раскрывает секреты стиля тех, за чьими работами сегодня охота на Sotheby’s. Оказывается, Луиз Буржуа уже в 13 лет носила Chanel, подустала к середине жизни от моды, поэтому могла наряжаться в костюм картошки. При этом нежно дружила с Хельмутом Лангом и хранила рейл с его одеждой на кухне напротив газовой плиты. Баския надевал сразу два свитера оппозиционных цветов, перекручивал прямо на себе футболки Comme des Garçons и даже зимой ходил в тапочках, забрызганных краской. Сай Твомбли, Раушенберг и Сара Лукас выбирали джинсы за три доллара (denim carries its narrative power). Стиль ведь — или есть, или нет. Скопировать, как и дар художника, невозможно, как ни старайся извернуться с небюджетными атрибутами вымышленного статуса.
❤67🔥12🤩7👍1🐳1
Weekend уходит с радаров красиво: последний номер в этом году, и вообще последний для тех, кто делал его эти два десятка лет. Я буду очень скучать по лучшим в стране ‘заумным’ текстам, которые всегда требовали быть выше себя на голову — читать больше редких книг, смотреть больше хороших фильмов, следить за оперными постановками по всему миру, вникать в глубь культурных процессов и явлений. Но главное, что давал этот всегда предельно насыщенный журнал выходного дня — ощущение глобального контекста и мощи человеческого интеллекта. На обложке кадр нетленной ‘Касабланки’ и та спина, которую не перепутаешь. Кстати, первый дельный совет, полученный Хамфри Богартом на съемках гласил: выучи текст и постарайся не натыкаться на мебель. Так и поступим.
❤107👏11🐳6🤩3👍1
Он любит многое из творчества Блока, все из прошлых лет — можно сказать о Чен-Ян Вене, пианисте из Тайваня, который открыл для передового фестиваля Pianissimo 2025 год. У Вена элегантный стиль исполнения, ровный ритм, никакой лишней драмы: то, что нужно для заснеженных праздничных дней, глубоких как из начала ‘Доктора Живаго’. Нижегородские Пакгаузы тоже работают как машина времени: с улицы фольга отражает январский вечер и виден только резной скелет концертной площадки. А внутри сразу за сценой открывается вид на пузатый Кремль и рождественскую иллюминацию Стрелки. По высокому берегу Волги гуляет вьюга, аккуратная стройная елка мерно мигает, аккомпанируя Баху, Рахманинову, Скрябину и Шуману. И много раз слышанные мной вещи здесь и сейчас звучат совсем иначе, позволяя незапертому взгляду убегать за горизонт, а уму и сердцу — успокоиться. ‘I don’t want to smash the piano’, — говорит Чен-Ян чуть позже за ужином в ‘Кусто’. Все верно: нежность это страсть.
❤75🔥12🥰7🤩2🐳1