Подкрадывающаяся зима — время диковинных цветов из заморских стран и неспешных домашних ужинов с любимыми. 🐆
❤100🔥12🤩7👍1
Работа с частными собраниями — и удовольствие, и сложность: никогда не знаешь, в каком состоянии произведение получишь и как цельно организовать выставку. Но и раритетов и открытий здесь будет всегда больше, чем в каноническом музее с публичными официальными провенансами. KGallery показывает Петрова-Водкина, которого вы точно не видели, раскрывая хвалынского мастера как иконописца (невероятные несколько вещей, которые висели дома у семьи), драматурга и большого учителя, который продолжается в своем ученике. В случае Петрова-Водкина, преданные последователи взяли его фирменный пространственный прием — сложносочиненную закрученную перспективу. А вот знаменитая техника с цветным подмалевком, когда сквозь слой кобальта может светить нежный розовый рассвет, демонстрируется на работах самого художника. Этот цветовой и сюжетный палимпсест (нередко Петров-Водкин писал поверх своих же холстов) определялся не столько экономией сурового времени, сколько цельностью натуры и уверенностью в собственных шагах.
❤74🤩5🥰3
Эта книжка как тонкий пуховый платок: уютная, невесомая, но за каждой петелькой сила. Всего 76 страниц, а внутри — огромный пласт истории Российской империи, коммунального СССР и безжалостно-резких девяностых. Ведь каждый дом, как пишут авторы, говорит с нами на двух языках — архитектуры и тысяч людей, проживавших на его этажах. Такой симбиоз дает мощное поле большого количества пронизывавших друг друга смыслов. В жизни, как и в доме Мурузи, в одном и том же подъезде найдутся следы русско-турецких войн, византийских свечей, желанных пряников Абрамова, роскошной цветочной лавки Эйлерса, литературных студий и великих стихов за мавританскими обоями. Главное, что называется, быть внимательным.
❤87👍8🔥5🥰3
Сказка ложь, да в ней намек — так открылся |catalog|. Свежая ярмарка в декабре для меня как срез общественных настроений и надежд. Арт-температура перед Новым годом предсказуемо тяготеет к исконно былинному, утопиям и антиутопиям. Много дерева, керамики, металла (истерзанных тоже), детских фантазий и чаяний. Диковинные звери путешествуют от стенда к стенду, летают по всей Сытинской типографии снегири и тревожные лебеди. Самые смелые выстраивают дочерние отделения воображаемых музеев. У Deep List вышел идеальный Пушкинский с Верой Мартынов, у Jessica — Эрмитаж, тоже с Верой, Светловой. a-s-t-r-a открыла исторический планетарий (классная роспись по сырой эмали Сониной и Самородова), у остальных заснеженные леса, поля, парсуны и складни, и все еще не освоенный космос как предчувствие.
❤57🔥6🥰1