Новый Орлеан — город гастрономической похоти. Так начинается книга Тома Фитцморриса про креольскую еду. Мегаполис богатый и многослойный, как устрица, что поедают здесь в астрономических количествах. Все принимающий и стойкий: после урагана Катрина все рестораны, где была цела хоть часть кухни, немедленно приступили к работе — кормили бесплатно тех, кто расчищал завалы, а вечером пытались воссоздать хоть на пару часов жизнь до катастрофы. Фитцморрис детально описывает один из таких первых ужинов: гости в буквальном смысле приплыли нарядные и возбужденные, все обнимались и целовались, радуясь, что живы. Ведь девиз портового Парижа Нового Света и родины джаза — пусть текут хорошие деньки. В холодильнике местного жителя всегда найдется holy trinity — лук, болгарский перец и сельдерей. Про алкоголь молчу: сазерак пьют и на аперитив, и на диджестив. Закусывают сэндвичами по-бой, супом гамбо, форелью а-ля меньер, креветочным биском и устрицами по-рокфеллеровски, которые я надеюсь повторить у себя на кухне.
❤59🔥17👍9🤩2🥰1
У меня большая, красивая интернациональная семья. Так получилось, что в эти выходные снова разбирала архивы: обожаю выцветшие фотографии, диктофонные записи о староверах, выписки из церковно-приходских книг Словакии, Закарпатья и другие официальные документы. Но самое любимое — читать письма прабабушки и прадедушки на венгерском. Когда в 2008 году я начинала учить этот язык, я не знала, сколько невероятных писем хранит семейная хроника, как трепетно относились мои предки друг к другу, как на них похожи мои родители и сколько во мне — их характера, особенностей и вех жизненного пути. Сегодня как никогда остро ощущаю необходимость быть ближе к корням и понимать, а скорее даже чувствовать связь поколений и ту огромную, всепоглощающую любовь, которая стоит за каждым рожденным в мире ребенком. Пишу это, слушая, как звонко и ритмично разбиваются скорлупки вековых каштанов о старый асфальт на одной из пешеходных улиц у левого берега Западной Двины.
❤138🔥10👍7🤩5🥰2
Галеев-Галерея — не широкоформатный проект с далеким эхом, а пещера для камерного созерцания редкого и незаслуженно забытого искусства. Все выставки говорят про важные для истории имена и дают совсем новый ракурс на привычные явления. Например, экспозиция Веры Ермолаевой, соратницы Малевича и Суетина — глоток свежего воздуха. Художница рано пропала в Карлаге (за свои иллюстрации, кстати), но даже за пару десятилетий работы можно проследить уникальный почерк авангардистки, родившейся в саратовском городе Ключи. Дочь баронессы и помещика была пламенной революционеркой и рисовала очень страстно: что с натуры, что книжные иллюстрации. Ильдар Галеев выпустил репринт-плакат одной из ее знаковых книжек ‘Девчонки’. Купила племяннику эти картинки для разрезывания с текстом — такие вещи лучше всего сохраняют память о создателях, а новому поколению дарят вдохновение. Фото не много, так как графика, живопись и редчайшие иллюстрации под стеклом бликуют, но коллекция Ермолаевой ждёт вас в арке Большого Козихинского.
❤50🔥13🥰3🤩1
Теперь я знаю, что такое спектакль в жанре сибирский нуар: ‘Ледяная синева’ Олега Глушкова разрывает и так отсутствующие шаблоны в работе театральной студии а39. Выпускники ГИТИСа всегда отличались изрядной пластикой и отличным вокалом, но здесь, в расследовании вымышленного преступления, творится что-то невероятное. А капелла уровня церковного хора, нижний брейк, скрипки-балалайки-аккордеон-клавишные. Это цирк-шансон, увлекательная сказка с сюжетами из былин и 90-х. Молодцы и девицы, злыдни и феи, и конечно — путеводная звезда. Главному герою сержанту Козлодоеву красотка поет хэй мой луч, не бойся туч — и он одним махом расправляется с видениями и страхами. А еще в спектакле классные костюмы Кати Павелко: референсы от Prada до Galliano делают цыганщину элегантным шоу. Вместо программки открытка с кодом. Оно и ясно: что можно сказать о человеческой душе в рамках А5? Идти и смотреть эти сибирские трактиры, одесские притоны и сериал бригада, умноженный на свадьбыкрестиныпохороны и даже секс — по телефону.
❤41🔥7🐳1
Art Basel Paris, entrée au Grand Palais. Первый раз в первый класс — под шестью тысячами тонн стали цвета резеды 194 галереи и жаркие споры кураторов, коллекционеров и зрителей. Помимо blue chips и новых художников смотреть интересно и на тех, кто все придумывал, развешивал, а теперь продает и — покупает.
❤62🔥7🥰4🤩1