Я абсолютно Пастернак-injected: зимняя Москва для меня немыслима без мерного шума скребущих снег лопат. Этот звук с 5 утра до полудня — он о доме. Периодически люблю слушать его не только у себя, а в гостях: изучаю с любовью созданные пространства внутри старых московских зданий, что тянутся вдоль Кисловских переулков или набережных Замоскворечья. Дом хозяйки Lobby Софьи Карповской — это, конечно, образцовый ландшафт для искусства и дизайна. Арт здесь живет повсюду, обращаются с ним и академично, и просто одновременно, без натужного почтения. Оттого квартира вышла сияющей. Свет струится из каждого угла (тут туманный Ахмат Биканов, там блестящая неваляшка Григория Орехова) или корешка книги. Последний аукционный трофей Софьи — альбом-каталог японских шедевров Пушкинского из коллекции великого директора Антоновой. В издании был найден посадочный талон Ирины Александровны Нарита-Шереметьево. 17D. Да, это не бизнес-класс. Это высший класс.

Сира Bachelor Collection из хозяйства Николаева выходит в топ рейтинга среди моих соседей по барной стойке Magnum (2 из трех звезд от строгих британцев World’s Best Wine List три года подряд, между прочим). Ставлю десять из десяти, плюс балл за честность. Вообще уже лет пять наблюдаю за серьезными успехами отечественного виноделия и всячески пропагандирую лучших. Спонтанная воскресная дегустация на Лесной выявила новых лидеров. Сира ‘Усадьбы Маркотх’ (по иронии судьбы в магнуме), Colline от ‘Криницы’ 2020 и ‘Золотовский красностоп’ 2018 года Ведерникова. Я строгий критик, способный выдержать и двадцать позиций подряд со времен учебы в ‘Энотрии’. Могу сказать, что урожаи, бленды, органолептика и визуальная подача не уступают топовым европейским производителям. Буквально через месяц-другой в баре запустят специальную вкладку, посвященную только российским винам. И там будут лидеры этого вечера.

Агат, сердолик, дюмортьерит и лунный камень отправляются на хранение в бокс до следующего нового года. Я правда надеюсь, что в декабре 2024 ребята запустят эту коробку счастья для домашнего декора в бутики.

Строчку Земфиры ‘Ты стоишь своих откpовений, Я – я веpю, что тоже стою’ я изменила бы на ‘отражений’ в контексте выставки ‘Зеркало’, проекта Noôdome и Lobby. С клуба — доступ к коллекциям членского состава, с арт-консьержей — бережное кураторство. Получилась уютнейшая экспозиция, где корпоративный монументальный лист Максима Каширина авторства Саши Галкиной (из серии "1 маркер") оказался в двух шагах от канонического Зверева Виктории Михопулу. До конца мая то, что висело у людей дома, ‘отражает’ в переговорных и гостиной клуба, вступая в диалог. Например, Леббеус Вудс Сергея Кузнецова с Оксаной Мась Эмилии Манвельян. Обычно я расстраиваюсь, если на фото с искусством попадают посторонние предметы: пожарные краны, светильники, камеры, колонки или кондиционеры. Технико-хозяйственную сторону помещений Noôdome кураторы выставки благодаря развеске превратили в дополнительные акценты. Банальное зашторивание переговорки теперь становится актом открытия или сокрытия художественного произведения. Судите сами.