Paris+ Art Basel демонстрирует совсем другое измерение талантов, коллекционеров, цен. Семизначные и выше. Так, Марк Ротко в Pace выставляют за €40.000.000. Thaddaeus Ropac в день пресейла продает Раушенберга за €2.000.000. Но show stealer этого года — пакистанский художник Salman Toor, чье горизонтальное изумрудное полотно уходит за вроде бы скромные €340.000, зато у стенда его галереи Luhring Augustine не протолкнуться. Жирный жир сразу у входа: Gagosian, Perrotin, Pace, White Cube, Mennour, Skarstedt, Zwirner, Hauser & Wirth. Непременный Аниш Капур (сама обожаю, классике да), но больше воздуха было в аппендиксе-пристройке этого года, куда влезло 58 самых разных галерей. Мои фавориты Magnin-A, Andrew Creps, Société, christian berst, kaufmann repetto. Париж в хорошем смысле потрясло. A bientôt!

Палитра редкой интенсивности, чью завораживающую силу не оспаривает ни один эксперт или посетитель выставки, а Жан-Люк Годар и вовсе цитирует в фильме ‘Безумный Пьеро’. Так и стоят люди перед миской с салатом, свежесть которого вызывает аппетит, или перед сбитыми из мигающих плотных мазков холстами, заманивающими в неведомые дали. Николай Владимирович Сталь фон Гольштейн (Nicolas de Staël) родился в Санкт-Петербурге. Потом были революция, эмиграция, сиротство, много боли, признание, дружба и влияние Ханса Арпа, Жоржа Брака, четы Делоне, выставки, нервный кризис и отчаянное самоубийство. И вся свобода главного шпиля Петропавловской крепости (равно как и свобода художника, и его жизнь) заключена им в холсте Les Mouettes, которым продуманно закрывают выставку французские кураторы MAM: чайки вроде бы написаны в Антибе, а летят, конечно же, в Петербург.

Коллекция-фетиш — так о собрании Поля Гийома отзывался великий дилер Амбруаз Воллар. Эти драгоценности выставляют сейчас в Musée de l’Orangerie вместе с хедлайнером Модильяни. Холстов последнего совсем немного: это те вещи, которые прошли через руки Гийома — он их заказывал, хранил, продавал, или покупал. Гораздо интереснее рассматривать работы итальянца на фоне других раритетов из коллекции Поля. Редчайший Пикассо (обнаженная на красном фоне с грудью вразлет), нетипичный Дерен, неканонический Матисс (иная колористика и линия), неожиданный Ренуар и незнакомый большинству ‘Таможенник’ Руссо. Гийом умер совсем молодым, но оставил после себя внушительное и крепко сбитое наследство. Ни одной проходной вещи, каждый холст для учебника искусства. Еще Поль Гийом был очень красивым мужчиной и это единственный арт-дилер, портреты которого наперебой писали все самые известные художники мира — без комплиментов, по порыву вдохновения.