750 миллионов евро стоила группе LVMH реставрация еще одного культового магазина — La Samaritaine. У него, в отличие от Le Bon Marché, совсем другой характер. С другой стороны, на то он и правый берег.

When it’s hot, dive. Обожаю этот бассейн в замке в городке Буффон. Слезли с лодки, улыбнулись двум владельцам майората и через 5 минут уже плавали под тенью бамбука и гигантской черешни. Talk to people, в общем!

Стеллажи на втором этаже магазина Blatosphera, который открыли главная модница и красавица Москвы Карина Цомаева с мужем, рэпером Словетским, такие же, как в студии у художника Ансельма Кифера во французском Баржаке. Не спрашивайте, откуда знаю, но снимать ни там, ни там, нельзя. Ухватила только кусочек творческого бардака на столе, пока хозяйка помогала менеджеру справиться с потоком гостей: шутка ли, открытия ждали четыре года. В итоге пол-завода Flacon гуляет с пакетами Blatosphera, и кажется у этого пространства появился самый стильный резидент. Потому что очень соблазнительно выглядят люди, которые не торопятся. ‘Мы делаем свою работу и никуда не спешим. Как ребята из Supreme, которые 25 лет катались на скейте и на 26-й год запилили коллаб с Louis Vuitton’, говорит Карина. Nice pace.

Уже давно не представляю себе Варварку-Ильинку без Lobby. Новая выставка в стенах арт-часовни (мое любовное название проекта Софьи Карповской) — хлесткий и понятный привет столице Франции, чтобы не скучала. Художник Паша Харатян и стилист Катя Табакова придумали свой Великий шелковый путь с географией Париж-Москва. С Паши — графика тонкой душевной организации. С Кати — красивущие платки с принтами Харатяна. Ну и десятки способов их употреблять в обычной жизни. Конечно, все давно sold out: и платки, и графика. Но заглянуть посмотреть на этот простой и понятный, но от того не менее выдающийся проект нужно обязательно. Это замечательный пример связки, ниточки, по которой мы потом будем двигаться назад в светлое будущее нормальных международных отношений.