К закрытию на многолетний ремонт парижский музей Помпиду финишировал блокбастером Norman Foster. В предисловии к выставке, которую великий архитектор, творящий на всех континентах, написал лично, чтобы быть ближе к зрителю, важны две вещи. Первая о том, что архитектура — про свет, лёгкость, вдохновение из природы и обязательную радость. Вторая: если вы задаете мне вопрос, я делаю в ответ скетч. Собственно, скетчбук поджарый 88-летний британец таскает с собой с 1975 года ежедневно. И для меня это самая резонансная часть объемной экспозиции. Распахнутые на публику тетрадки и прочие молескины показывают, как из условных каракулей и графических микросхем, крестиков и ноликов, акварельных разводов и карандашной пыли рождается идея, мысль, новая субстанция. И чтобы воссоздать ее в реальности, в очередь выстраиваются тысячи человек, сотни корпораций со сверхбюджетами. Фостер на самом деле идет четко по Библии: сначала было слово. Просто слово для него — это скетч.

750 миллионов евро стоила группе LVMH реставрация еще одного культового магазина — La Samaritaine. У него, в отличие от Le Bon Marché, совсем другой характер. С другой стороны, на то он и правый берег.

When it’s hot, dive. Обожаю этот бассейн в замке в городке Буффон. Слезли с лодки, улыбнулись двум владельцам майората и через 5 минут уже плавали под тенью бамбука и гигантской черешни. Talk to people, в общем!

Стеллажи на втором этаже магазина Blatosphera, который открыли главная модница и красавица Москвы Карина Цомаева с мужем, рэпером Словетским, такие же, как в студии у художника Ансельма Кифера во французском Баржаке. Не спрашивайте, откуда знаю, но снимать ни там, ни там, нельзя. Ухватила только кусочек творческого бардака на столе, пока хозяйка помогала менеджеру справиться с потоком гостей: шутка ли, открытия ждали четыре года. В итоге пол-завода Flacon гуляет с пакетами Blatosphera, и кажется у этого пространства появился самый стильный резидент. Потому что очень соблазнительно выглядят люди, которые не торопятся. ‘Мы делаем свою работу и никуда не спешим. Как ребята из Supreme, которые 25 лет катались на скейте и на 26-й год запилили коллаб с Louis Vuitton’, говорит Карина. Nice pace.