Практически Ричард Серра в свежеоткрытом ‘Центр Зотов’. Красивые наслоения ‘реликтовых’ эпох.

Уже писала, что в Serēne всегда образцовая развеска. Вот и в текущей экспозиции работы Анки Ахалая и Вики Кошелевой максимально выигрышно солируют и дополняют друг друга. Мои фавориты: And so we danced Анки, посвященная исследованию пространства сна, на полупрозрачной белой бязи, с наслоениями техник от принта до фломастера, и неочевидная картина Вики When my children are going to school про границы, свободу, скорость и опережение времени.

Балет детский, музыка трагическая, первые ряды партера и ложи — политические тяжеловесы и представители дружественных азиатских и африканских стран. Ничего удивительного: Юрий Посохов, чьи большие сюжетные балеты до сих пор заказывают по всему миру от Сан-Франциско до Сиднея, регулярно ставит на Большой Дмитровке и Театральной Площади. ‘Щелкунчик’ в Стасике обернулся легким хаосом. Танцоров, костюмов, декораций. Разумеется, насыщенная хореография Посохова узнаваема: четкий ритм и много поддержек, оттяжек, обводок вне баланса, масштабные и продуманные групповые сцены. При этом и воздуха достаточно. Но есть ощущение, что артисты не совсем справились: теряли синхрон, ломали поддержки. Впрочем, Кардаш летала по сцене почти безупречно, а дирижёр Иван Никифорчин рвал зал — взрослые и дети кричали браво уже в середине постановки. Кстати, при всех нюансах балет очень фотогеничный, особенно второе действие, которое почти полностью происходит словно на фоне обоев De Gournay. Современная сказка, в общем.

Состав артистов на премьеру возобновленной ‘Шопенианы’ и ‘Большого классического па из балета ‘Пахита’ в хореографии Фокина и Петипа соответственно не был известен даже к 15.30. Говорят, Махар Вазиев частенько практикует такие педагогические упражнения. Обе части вечера — зрелище имперское, масштабное, с армией разряженного кордебалета. ‘Шопениана’ про потустороннюю нежность. ‘Вариации Пахиты’ — про блестящий двор времен Пиренейских войн. И там, и там все блестит, звенит, все радуются, праздник каждый день. Как никогда на таких постановках четко осознаешь, что школа может быть отличной, можно крутить бесконечные фуэте, красиво тянуть ногу и технично летать над сценой. Но если ‘секса’ нет, то его нет. Умение заводить публику своей бешеной энергетикой, подключать ее к ритму оркестра и танца своей харизмой — удел немногих. Сегодня это получилось у Дмитрия Смилевски в па-де-труа. А одним из основных элементов драмы стал солидный букет, пролетевший со сцены в оркестровую яму первой скрипке.