Психология отцовства

Современные отцы представляются большинству девушек и женщин исключительно пассивными в отношении воспитания детей.

Оговоримся сразу. Ситуация, по факту, несколько иная. На улице сегодня вы увидите много больше мужчин с коляской, нежели 20-30 лет назад, не говоря о советском времени. То же касается развлекательных детских центров, детского садика (папы зачастую приводят и забирают своего ребенка – это готов подтвердить лично), и т.д.. Казалось бы, это не показатель. Но таки нет. Это показатель максимально объективный – его можно наблюдать воочию, а не в постах, текстах и рассуждениях исследователей и социологов .

Тем не менее, большой части отцов еще предстоит выдержать экзамен своей родительской состоятельности, зрелости и реальной вовлеченности. Откуда произрастают корни всё еще большого процента безотцовщины – как в прямом смысле (отец уходит из семьи) и переносном (папа есть, но времени детям не уделяет)? И почему очевидность своей значимости в жизни ребенка многие отцы не воспринимают до сих пор?

Номинально, до 1861 года, большая часть населения России не могла в принципе заморачиваться мыслями о возможно разном, обновленном, нетрадиционном воспитании детей. Крепостное право не предполагало такую возможность в принципе. 1917 год считается точкой отсчета новой истории России. Разумеется, в разбеге от 1861-го до 1917-го, новые поколения не успели обрести даже базовых представлений о свободе, предполагающей ответственность. Да и весь социальный контекст, опять же, был о другом, а семейный уклад – патриархально определен. В 20-е годы, после октябрьского переворота, в России проводилась политика целенаправленного разрушения привычного уклада жизни. Институт семьи уничтожался вполне успешно, а с ним – соответствующие представления о родительстве. По итогу, советская власть взяла «на щиты» образ матери, достойный почтения. Образ такого же отца был выброшен сознательно. Нечего было затмевать образы наших великих «отцов» – Ленина и Сталина (см.
Фан И. Б. Без отцов: проблемы социализации в российской истории, культуре и политике // Философия образования. 2013. № 6 (51). С. 79-87.). Если о женщине писали журналы, вручались премии за материнский подвиг (многодетность), то мужчине отвели роль понятную и безоговорочную – пахать и оставить процесс воспитания женщине. И самое значительное. Великая Отечественная война физически отняла жизни миллионов мужчин - как состоявшихся, так и перспективных отцов, породив не одно поколение, растущее в безотцовщине и тоске по отсутствующему отцу... Из такой предыстории образ вовлеченного отца в России в принципе не мог появиться, и соответственно, не мог быть усвоен новыми поколениями наших мужчин. Не с кого, в контексте информационного пространства, было «лепить» в себе связку качеств «маскулинность-отцовство». Скорее было даже уничижительным (какие глупости, скажем мы сегодня) воспринимать эту связку как должную и… правильную.

Таким образом, только в последние годы мы можем говорить о возможном становлении отцовства как воспитательной институции в России. И роль женской поддержки этого процесса – ОГРОМНА.

to be continued

461 viewsche_tmn, 10:58