Завтра, 14 мая, в 19:00 по израильскому времени, встречаемся на вебинаре историка Галины Зелениной.

В периодических изданиях, категорически не рекомендованных к прочтению профессором Преображенским, только за 70-е годы малая толика советских евреев, боровшаяся за выезд в Израиль, обретает своего доппельгангера, темного двойника. Если сами отказники и активисты «задыхались» в безвоздушном пространстве тоталитарного государства, желали обрести на исторической родине «человеческое и национальное достоинство» и учить детей на «языке отцов», их доппельгангеры зарились на «синтетические шубы» и «поношенные джинсы», скупали за бесценок и вывозили художественные ценности, продавали научные и военные секреты за инвалютные рубли. Мы поговорим о том, кем и зачем строился этот нарратив «подачек» и «продажи родины» и на каких теориях и интеллектуальных традициях он зиждился.

🎫 Участие бесплатно
🖥 Регистрация

До встречи в зуме!

В новом материале рассказываем, кто такой «неверный» иудей Авфония, за что, согласно апокрифам, ему отрубили обе руки и, наконец, при чём здесь отрицание непорочности зачатия.

«Возможно, в своем раннем тексте Давид Бергельсон хотел показать, как главный герой, пытается выбраться из потной, суетливой идишской провинции, словно бы зависшей в небытии между двух революций, но на самом деле повесть — об этом самом местечке, из которого — так получается — нет выхода».

Евгений Коган делится своими читательскими впечатлениями о книге, на которую однозначно стоит обратить внимание.

Хаг Шавуот самеах!

На протяжении праздника будем напоминать о традициях, связанных с праздником.

Начиная со Средних веков в еврейских общинах установился обычай есть молочную пищу на праздник Шавуот (Дарования Торы), но мотивировки этой традиции разнятся: Тора сопоставляется с молоком, Земля Израиля течет молоком и медом, числовое значение слово «молоко» — на иврите «халав» равно 40, что символизирует число дней, которое Моисей провел на горе Синай, получая заповеди. Кроме того, существует популярное объяснение, что принятие законов Торы лишило евреев возможности сразу правильно приготовить мясную пищу, и они предпочли есть молочное, которое не требует предварительного кашерования.

В архиве израильского фольклора этот сюжет отражен в виде сказки: однажды в Шавуот мужчины решили заменить своих женщин на кухне. Женщины ушли гулять, а мужчины решили приготовить еду и следить за детьми. У мужчин ничего не вышло, и когда женщины вернулись под вечер, обнаружили голодных и злых домочадцев, тогда они на скорую руку нажарили блинов и подали их с творогом.

В Восточной Европе часто дома и синагоги на Шавуот украшают зеленью и цветами. Одно из объяснений такого обычая мы находим в этнографическом описании еврейских традиций Александра Алексеева, изданном в конце XIX века: «устилают в этот день травою улицы и синагоги, украшают свои дома березками, розами и другими цветами, по потолку протягивают нити и навешивают на них зеленые листики, из которых выводят разные круги и вензеля; по избам ставят березки в память того, что Бог явился Аврааму под дубом маврийским».

Обычай приносить в дом зелень на Шавуот почти всегда вызывает в сознании современных евреев параллель с христианской Пятидесятницей, т.е. Троицей, или как этот день называют в славянской традиции, праздником Зелены Свято. Нередко в интервью можно услышать, что поскольку Шавуот обычно предшествует Троице, это христиане копируют еврейские обычаи, и тоже носят в дом зелень, украшают церкви березовыми ветками и плетут венки. Соседство двух похожих праздников в культуре соседствующих народов неизбежно порождает переплетение некоторых обрядовых практик.

Отдельным жанром еврейского народного искусства стало другое украшение дома на праздник Шавуот — «рейзелах» (розочки) или «швуэслех». Это резные картинки из бумаги: цветы, магендавиды, меноры, фигурки животных и т.п. Их любили вырезать ученики иешив, ими украшали окна на праздник.

Евгений Коган делится своими читательскими впечатлениями о книге «фантастических повестей и рассказов» поэта и исследователя идишской литературы Велвла Чернина, которая при прочтении оказывается совсем не той фантастикой, к которой мы привыкли.

В первую ночь праздника Шавуот, который длится два дня, в каббалистической традиции принято не спать, учиться Торе и молиться. Существует особая молитва «тикун лейл шавуот», которая символически «исправляет» мир. Считается, что если не спать в эту ночь и заниматься изучением Торы, все остальные ночи этого года пройдут спокойно. Также в народной традиции было принято смотреть на небо, поскольку в эту ночь оно может отвориться, и тогда надо загадать желание и сказать «кол тов» (т.е. всего хорошего).

В ортодоксальных кругах существует обычай начинать учить детей Торе именно в Шавуот. Утром детей ведут к учителю и показывают им табличку с буквами алфавита. Эти буквы специально смазывают медом. Маленький ученик слизывает мед и таким образом на всю жизнь запоминает, что учение — это сладость.

«Zuntik bulbe, montik bulbe…», «Varnichkes», «Beygelekh»… Существует немало еврейских песен, в которых упоминается еда — праздничная или повседневная. О чем говорят эти песни слушателям?

В новом материале рассказываем, о чём поёт еврей, когда он поёт о еде.

Теперь, время от времени, будем обозревать не только книжные новинки, но и кинематограф.

Да! Как всегда, отобрали, отсмотрели, осмыслили — и теперь рассказываем, почему это стоит смотреть.

Фёдор Дубшан разбирает нетфликсовскую новинку — Сериал «Transatlantic» — и поясняет, почему некоторая избыточность не повредила проекту, а совсем даже наоборот.

В недельной Главе «Насо» (Бемидбар 4:21 – 7:89) читающий обнаружит не только детализированные подсчёты пригодных к служению и переноске Святилища (ровно 8580 левитов в возрасте от 30 до 50 лет), не только длинный перечень подношений от двенадцати колен Израилевых в честь освящения жертвенника (ложки, чашки, блюда, благовония, быки, бараны — читайте и попробуйте подсчитать самостоятельно), но и весьма примечательные законы.

К примеру, закон “о распутной жене” — отличная вводная для мистического детектива: женщина заподозрена ревнивцем в измене, но разрешить конфликт может священник с помощью… “святой воды”, “земли с пола Скинии”, смешав которые получит “горькую воду, наводящую проклятие”.

Что же произойдёт с преступницей, испившей горькой водицы, читайте/слушайте в недельной главе.

P.S. Напомним, что у нас на сайте ТаНаХ доступен в новом научном переводе — читайте, слушайте, изучайте комментарии переводчика.

Он начал рисовать портреты, будучи еще совсем младенцем, и, по его словам, рисунки его были более поxожи на оригиналы, чем фотографии Льюиса Кэррола. Ему завидовал Дега и покровительствовал Тулуз-Лотрек. Он придумал сюрреализм и убедил Бретона написать манифест, он изобрел кубизм, сыграл Луну в фильме Мильеса «Путешествие на Луну»…

Рассказываем, почему стоит обратить внимание на книгу французского сюрреалиста Ролана Топора.

В недельной главе «Беhаалотха» (Бемидбар 8:1 – 12:16) приводятся несколько хорошо понятных современному читателю историй.

Например, сброд (вполне себе еврейский) начинает “выказывать прихоти” и требовать мяса вместо манного довольствия: «Кто даст нам поесть мяса? Мы помним рыбу, что ели в Египте даром, огурцы и дыни, зелень, лук и чеснок. А теперь иссохли наши души — ничего нет, одна манна перед глазами». (Знакомо, не правда ли?)

В ответ, как ни странно, их не банят и не кенселят, а поднимается ветер, приносит перепелов с моря, причем в промышленных масштабах (вокруг стана на расстоянии дня пути с одной стороны и дня пути с другой и на высоте двух локтей над землей). Но ничем хорошим эта поучительная история для сброда всё равно не кончилась (подробности читайте сами).

Не менее актуальна и история случившаяся с Мирьям (и не случившаяся с Аароном). Обсуждая за какой-то надобностью (а вероятней, по всечеловеческой склонности к сплетням и осуждению) своего родственника Моше и его новую супругу (то ли да, вторую, то ли нет — первую), Мирьям и Аарон “злословили”. Но отдуваться пришлось только Мирьям, которая за злословие “покрылась чешуйками, как снегом” (то ли проказой её наградили, то ли псориазом — мнения расходятся). Почему опять все шишки на голову женскую, а не (хотя бы) на обе виновные головы — узнаете из комментариев переводчика.

Наконец, рекомендуем прочесть недельную главу просто ради одной из самых поэтичных в истории жалоб в вышестоящую инстанцию на подчинённых. «Отчего не нашел я милости в глазах твоих и ты возложил на меня бремя всего этого народа? Разве это я носил весь этот народ во чреве или родил его, что ты мне говоришь: Неси его за пазухой, как нянька младенца? Не могу я вынести весь этот народ! Убей меня, чтобы мне больше не мучиться!» — за точность цитаты, почти не ручаемся, проверяйте сами.

P.S. Напомним, что у нас на сайте ТаНаХ доступен в новом научном переводе — читайте, слушайте, изучайте комментарии переводчика.

Прежде всего это историческая книга, но еще и книга по психологии и поведению, ведь анекдоты — живая реакция анонимного человека на происходящее вокруг.

Евгений Коган рассказывает, почему стоит обратить внимание на сборник анекдотов (не абы какой, а вполне определённый!).

В недельной главе «Шлах» (Бемидбар 13:1 – 15:41) читатель обнаружит не только заповедь про цитит и заповедь об отделении халы, но и весьма поучительные истории (и принципиально важные вплоть до сегодняшнего дня).

Во-первых, не собирай дрова в субботу, поскольку очень давно для кое-кого это уже кончилось весьма плохо (подробности кровавой казни через побивание камнями читайте в главе). Историю эту можно воспринять, как поучительную байку о важности блюсти заповедь, а можно — и как тонкий намёк на необходимость соответствовать стандартам поведения, установленным в общине (никто же, правда, не сомневается, что даже наши современники вполне способны закидать ближнего камнями при первой же возможности, а потом оправдываться: «не мы это, а самое высочайшее распоряжение на сей счёт поступило»).

Во-вторых, в главе находим чуть ли не самый известный в мировой культуре рассказ о тяжкой профессии разведчиков. Направили их изучить обетованные территории, но не все из 12 шпионов преподнесли агентурные данные в том виде, в котором ожидалось. Десятерым, выразившим сомнение в успешности планируемой операции по аннексии территорий, в итоге пришлось несладко (да, и их тоже забили камнями).

В-третьих, именно в этой главе мы узнаем, что преступно сомневающимся иногда выпадает нелегкий путь бродить по пустыне 40 лет, «пока ваши трупы все не лягут в пустыне» (такая вот картинка про “не всё так однозначно”, ну или про что угодно другое, на ваше усмотрение).

Наконец, именно из этой главы можете выписать в блокнотик для цитат великих самый лаконичный и поэтичный геополитический отчет: «Земля, которую мы ходили исследовать, пожирает своих жителей».

P.S. Напомним, что у нас на сайте ТаНаХ доступен в новом научном переводе — читайте, слушайте, изучайте комментарии переводчика.

Книг про Холокост очень много — от выжимающей слезы художественной литературы до серьезных исследований, от сохранившихся дневников жертв до протоколов допросов палачей. «Моя Вена» очень отличается от них. Эта книга — сухое и (почти) лишенное эмоций изложение методов — социально-политических, социокультурных, юридических, — с помощью которых арийские жители Вены, при поддержке новых властей, отбирали то, что принадлежало неарийской части населения австрийской столицы — от квартир, денег и произведений искусства до жизней.

Рецензия Евгения Когана.

В спецпроекте по материалам J-DOC вместе с иллюстратором Сашей Филатовой продолжаем рассказывать невероятную историю Мульки Иоффе — одного из лидеров проекта «Бриха», организовавшего переправу сотен евреев из послевоенной Восточной Европы в подмандатную Палестину.

Во второй главе рассказываем:

• как Мулька хитростью получил от НКВД разрешение вернуться в Ригу

• как за несколько дней в полуразрушенном доме на границе Мульке с подругой пришлось пройти «ускоренный курс польского языка», чтобы пересечь границу под видом «коренных польских граждан»

• как Мулька через всю Европу добирался до Милана, по пути выправив себе кучу поддельных документов

• наконец, рассказываем, почему вместо Палестины Мулька из Милана направился обратно в ненавистный Советский Союз.

«Если в искусстве и есть смысл, заключается он в том, чтобы дать человеку возможность тем или иным способом оформить переживание — и дать прочувствовать это воплощенное переживание другим…»

Евгений Коган делится впечатлениями от прочтения антологии поэзии раннего немецкого экспрессионизма.

Да! Как всегда, отобрали, отсмотрели, осмыслили — и теперь рассказываем, почему это стоит смотреть.

Фёдор Дубшан разбирает новинку — cериал «A Small Light» — и поясняет, как взгляд со стороны, из Америки, помог отойти от привычного “коммерциализированного” подхода к пересказу всемирно известной истории еврейской девочки.

Рассказываем, чем роман, считающийся классикой литературы Азербайджана, покорил сердца читателей по всему миру, заодно объясняем, при чем здесь евреи.

Рассказываем о долгожданной монографии, выпущенной издательством престижного американского университета, автор которой, наконец, разложил по полочкам книги, из которых советские евреи могли выудить крохи информации о еврейской религии, истории и культуре.

«Разумеется, Гейзер не пытается показать своего героя тайным диссидентом и борцом с режимом, и честно пишет, в том числе, о том, о чем потомки и почитатели Маршака, возможно, предпочли бы не вспоминать…»

Рассказываем, чем интересна книга Матвея Гейзера о Маршаке.