Noi răspundem: un diplomat român cu fete goale, alt beat chrița? Și ce rău a făcut SIS atunci? 😁 Acasă – la soții, la viață trează.

Diplomați (spioni) români trebuie aici să se lupte cu rușii, să lucreze pentru Unire, nu să vina aici ca la curort provincial să se fută cu amantele și prostituate și să crapă jin și rachiu până chică chiloții.

‼️ BREAKING NEWS ‼️
Ion Ceban a ajuns la Palermo, Italia, unde a fost speaker timp de o oră și jumătate la o tabără pentru tineri, scrie Ziarul de Gardă. Invitația i-a fost făcută de un politician italian, prieten al fostului premier moldovean Chiril Gaburici, cunoscut pentru auto-definiția sa de „gay și teolog”.

TVR Moldova

***

💅🏼 Никогда такого не было и, вот, опять. 🦄🏳️‍🌈

Ровно 24 года назад.

Вместо внутрисалонной связи террорист Атта по ошибке выходит в радиоэфир.

Атта: У нас несколько самолетов. Сохраняйте тишину — и все будет в порядке. Мы возвращаемся в аэропорт.

Сектор Бостон: И, э-э... кто пытается дозвониться до меня? American 11, вы меня вызываете?

Атта: Никому не двигаться — все будет в порядке. Если попытаетесь что-то предпринять, пострадаете вы и самолет. Просто сохраняйте тишину.

Диспетчеры Бостона пытаются связаться с военными. Вызов принимает служащий северо-восточного сектора воздушной обороны Джереми Пауэлл. Там сегодня проходят те самые учения, и сержант поначалу сомневается, что тревога настоящая.

Пауэлл: Пост боевого управления «Хантерс», сержант Пауэлл.

Купер: Привет, это Бостонский центр управления полетами. У нас здесь проблема: угнали самолет, летевший в Нью-Йорк. Нам нужно, чтобы вы, ребята, подняли в воздух несколько F-16 или что-то в этом роде, чтобы помочь нам.

Пауэлл: Это реальная ситуация или учения?

Купер: Нет, это не учения, не проверка.

Пауэлл: Хорошо. Подождите секунду, ладно?

Диспетчеры просят пилотов рейса 175 помочь найти самолет, пропавший с радаров, — рейс 11 компании American Airlines. Он должен находиться примерно в 10 милях к югу.

Пилоты 175-го не знают, что на их собственном борту находятся пятеро захватчиков.

Рейс 175 входит в воздушное пространство Нью-Йорка. Контроль за ним переходит к диспетчеру Дейву Батталье. Он переговаривается с капитаном 175-го по поводу рейса 11, с экипажем которого потеряна связь. В этот момент его сосед по рабочему месту, диспетчер Марк Мерсед указывает на точку на радаре:

— Видишь эту точку? Это рейс 11, American Airlines. Бостон считает, что это угон.

Удивленный сообщением об угоне, Дейв Батталья переключается от наблюдения за 175-м рейсом на захваченный 11-й и будет смотреть на метку самолета, пока она не исчезнет с радаров над Нью-Йорком.

Именно в этот момент происходит угон рейса 175.

Стюардессы рейса 11 оказывают помощь пострадавшим и делают объявление по громкой связи: есть ли среди пассажиров врач? Вдруг самолет делает резкий крен.

— Что-то не так. Мы резко снижаемся. Нас болтает во все стороны, — говорит по телефону стюардесса Эми Суини менеджеру American Airlines Майклу Вудворду.

Стюардесса рейса 11 Эми Суини до последнего остается на линии с Майклом Вудвордом, менеджером American Airlines. Он просит описать, что она видит в иллюминатор.

— Я вижу воду. Я вижу здания. Мы летим низко. Очень, очень низко. Мы летим слишком низко. О боже…

Рейс 11 врезается в Северную башню Всемирного торгового центра между 93-м и 98-м этажами на скорости 755 км/ч. Он пробивает здание до середины, где расположены его силовые конструкции, и перерезает все три лестницы, засыпая их обломками. Тонны авиационного керосина создают огромный пожар.

На 106-м этаже Северной башни — выше места удара самолета — в том самом ресторане Windows on the World проходит финансовая конференция по вопросам электронных торгов. На ней около сотни участников: представители крупнейших банков, инвестиционных компаний и технологических фирм.

Среди них — сотрудник дочерней структуры компании «Рейтерс» Кристофер Хэнли. Он делает один из первых записанных звонков в службу спасения.

CNN прерывает рекламу и начинает трансляцию пожара во Всемирном торговом центре.

Среди миллионов зрителей канал смотрит исполнительный директор United Airlines Джим Гудвин. Он уже знает, что самолет принадлежал другой компании — American Airlines.

Но в этот момент ему сообщают:

— Босс, мы потеряли связь с одним из наших самолетов.

Речь идет о рейсе 175.

Отклонившийся от курса рейс 175 совершает полный разворот и берет курс на Нью-Йорк. Это видит диспетчер Марк ДиПальмо.

«Когда United 175 сделал последний разворот в сторону Манхэттена, нам окончательно стало ясно, что происходит. Наш мир и наша жизнь уже не будут прежними. Пока весь остальной мир еще думал, что это просто страшная авария, мы наблюдали это из первых рядов — первую крупную атаку на территории США со времен 7 декабря 1941 года», — вспоминает диспетчер.

Одна из стюардесс рейса 175 дозванивается до технического центра United Airlines в Сан-Франциско: «О боже. Экипаж убит. Бортпроводник ранен ножом. Нас захватили».

Связь обрывается. Диспетчер отправляет сообщения на борт — но ответа уже нет.

Президентский кортеж Джорджа Буша прибывает в начальную школу в городе Сарасота. В этот момент его помощникам на пейджеры приходят новости о событиях в Нью-Йорке.

Старший советник Карл Роув подходит к Бушу в коридоре и сообщает, что в здание Всемирного торгового центра врезался самолет, но причина катастрофы пока неясна.

«Я был ошеломлен. Этим самолетом управлял, должно быть, самый худший пилот на свете. Как он мог врезаться в небоскреб посреди бела дня? Возможно, у него случился сердечный приступ», — вспоминает Буш.

Рейс 77, следующий из Вашингтона в Лос-Анджелес, отклоняется от своего маршрута без разрешения. Это замечает диспетчер в Индианаполисе. Все попытки связаться с пилотами безрезультатны.

В отличие от рейсов 11 и 175, с 77-го не приходит никаких радиосообщений. Он продолжает крутой разворот и внезапно отключает транспондер. В этом районе используются только радары, которые работают именно по сигналу транспондера. Обнаружить самолет больше невозможно.

Следующие 36 минут диспетчеры ищут его по ходу изначально заданного курса. Все это время, никем не отслеживаемый, самолет летит обратно на Вашингтон.

Советник по национальной безопасности Кондолиза Райс находится в своем офисе в Белом доме. Ее молодой помощник, армейский офицер, кричит:

— Самолет врезался во Всемирный торговый центр!

«Что за странная авария?» — думает Райс.

— Это был частный самолет? — спрашивает она.

— Нет, это был пассажирский лайнер.

Пожарный Джон Морибито прибывает по тревоге ко Всемирному торговому центру. Вот что он вспоминает об увиденном.

— …Вокруг много фрагментов серого и розового цвета, похожих на теплоизоляцию. Позже я понял ужасную правду: это не изоляция — это куски человеческой плоти, разорванной при крушении самолета или взрыве. Трупы были разбросаны повсюду, буквально по всему двору. Я доложил командиру, что, похоже, разбился действительно большой самолет, а не маленький.

На внутренних авиалиниях США широко распространена система Airfone — телефонная связь на борту самолета. На спинках кресел установлены телефонные трубки. Чтобы позвонить, нужно всего лишь вставить кредитку. Правда, тарифы очень высокие: 2–3 доллара за подключение и столько же — за каждую минуту разговора. Сигнал при этом идет не через спутники, а через сеть наземных вышек.

Пассажир рейса 175 Брайан Суини звонит жене с помощью Airfone, но попадает на автоответчик:

— Джулс, это Брайан. Слушай, я в самолете, который захватили. Если все пойдет плохо, — а пока все выглядит не очень хорошо, — я просто хочу, чтобы ты знала: я тебя очень люблю… Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, чтобы ты жила полной жизнью. То же самое касается моих родителей и всех остальных… Я просто очень тебя люблю. Увидимся, когда ты тоже окажешься здесь. Пока, детка. Надеюсь, я тебе еще позвоню.

Пассажир рейса 175 Питер Хансон снова дозванивается до своего отца:

— Все плохо, папа. Стюардессу зарезали… У них, похоже, есть ножи и перцовый баллончик. Они сказали, что у них есть бомба… В самолете все очень плохо. Пассажиров тошнит… Самолет делает резкие движения. Не похоже, что им сейчас управляет пилот… Похоже, мы падаем. Я думаю, что они намерены лететь в Чикаго или куда-то еще и врезаться в здание… Не волнуйся, пап. Если это произойдет, то очень быстро… Боже мой, боже мой…