Весь день спикер Руслан Стефанчук ждет звонка от Нэнси Пелоси, которая занимает аналогичную должность в Конгрессе США. Когда она наконец звонит, Стефанчук находится в гараже Верховной рады.

— Ситуация страшная. Я вас очень прошу: разбудите Конгресс. Соединенные Штаты должны поддержать Украину.

— Не переживайте, господин спикер, я сделаю все, что от меня зависит. Обещаю, что поддержка США у вас будет.

В Киеве снова звучат взрывы. Стефанчук вспоминает, что должен беречь жизнь, как потенциальный глава государства.

— Прошу прощения, я должен перемещаться с места на место, поэтому давайте так: вы сделайте свое дело, и мы с вами еще обязательно встретимся. А может, и нет…

ВСУ взрывают мост через реку Оскол в селе Сеньково Харьковской области, чтобы замедлить продвижение российских войск. В этот момент по нему проезжает легковушка.

После антивоенных протестов на воротах Госдумы остается надпись «Нет войне». В центре Москвы на акцию вышли 4 тысячи человек. По всей России задержано более полутора тысяч.

В Киеве гражданским лицам роздано уже 10 тысяч автоматов.

Глава МВД Монастырский считает это сдерживающим фактором как для россиян, так и для потенциальных украинских перебежчиков: любой чиновник, думающий о предательстве, поймет, что снаружи его ждут 20 человек с оружием.

Ночная перестрелка идет прямо в жилом квартале города Сумы. Пули ударяются о стену многоквартирного дома. Кто-то включает свет, и опомнившись, тут же выключает.

Итоги первого дня военной операции подводят в программе Владимира Соловьёва.

— Россия за считанные часы вывела из строя украинскую военную инфраструктуру, ПВО, военные аэродромы и авиацию, — уверенно объявляет ведущий. — При этом никаких ударов по городам и гражданским объектам.

Маргарита Симоньян, весь день писавшая в твиттер с айфона, сообщает доверчивой аудитории федеральных каналов, что «как жила без айфона, так проживет и без Парижа»:

— Даже если будет изоляция — это проблема горстки людей, которые думают холодильником, а не сердцем.

Симоньян обращается к людям, пишущим в соцсетях, что сегодня им стыдно быть русскими.

— Вы думаете, мы просто любим войну? Нам вот нравится? Нам хочется? Мы такие имперцы и такие садисты? Ну, конечно, нет! Вам же объяснили — никто не бомбит мирное население.

Симоньян: Это же не из мести! Не из мести! Правда! А для того, чтобы это [война на Донбассе] прекратилось. Нет здесь того, что «мы сейчас вам покажем». Это от милосердия!

Политолог Сергей Михеев: Наше милосердие будет беспощадным.

Соловьев: Реклама!