16 июня — всемирный Блумсдэй, а еще день рождения Сергея Курехина — и именно сегодня мы решили сообщить важную новость. Запускается новое издательство «Да»

Мы видим своей целью не только знакомство читателей с лучшими образцами интеллектуальной литературы прошлого и настоящего. Не менее значимо для нас транслировать гуманистические ценности, которые особенно важны сегодня.

Мы запускаем три направления:
«Ворованный воздух» — интеллектуальный фикшн и нон-фикшн. Особое внимание собираемся уделить героям неподцензурной культуры Ленинграда-Петербурга.

Серия «Репринт» посвящена книгам, последний раз издававшимся давно, или рукописям, не публиковавшимся вовсе.

Детская серия «Петрушка» Нам очень хочется издавать эстетские книги про героев, которые могут быть интересны не только взрослым, но и детям (и наоборот!)

Книги в нашем портфеле — абсолютно не случайны, и мы верим, что они найдут своих читателей.
Скоро мы расскажем о нашей команде и нашем портфеле.
( фото Анастасии Кемлер)

Привет, друзья, начинаем знакомить вас с нашим издательским портфелем.

Сегодня мы расскажем о книгах, которые выйдут в серии «Ворованный воздух» в ближайшее время

Сергей Ландо. «Олег Каравайчук. Непойманный миром»

Олег Николаевич Каравайчук (1927–2016) — (кино)композитор, перформансист, легенда «Ленфильма», чья биография еще при жизни обросла множеством мифов, чему способствовал и сам Олег Николаевич. Музыку Каравайчука можно услышать в фильмах Киры Муратовой, Ильи Авербаха, Петра Тодоровского и многих других.

Сергей Ландо — режиссер, оператор и прозаик, много лет знавший Каравайчука — предпринял попытку написать более-менее точную биографию композитора, основываясь на множестве устных и письменных источников и в первую очередь на том, что рассказал ему сам Олег Николаевич.

Екатерина Андреева. «Мультиэкранное время. Искусство 1910–2010 годов»

Новый сборник статей искусствоведа Екатерины Андреевой включает в себя статьи и рецензии, написанные в 1990 — 2021 годах и посвященные широкому спектру тем: искусству русского авангарда, советскому искусству и нонконформизму, московскому концептуализму и петербургскому неоакадемизму, работам известных искусствоведов и художников М.Ю. Германа, М.М. Алленова, И.Д. Чечота, И.И. Кабакова, В.Н. Шинкарева а также теоретическим проблемам мирового искусства ХХ века.

Екатерина Андреева — российский искусствовед, куратор, арт-критик, ведущий научный сотрудник отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Мы начинаем знакомить вас с нашей командой. Сегодня о себе расскажет наш главный редактор — Мария Нестеренко:

Привет, меня зовут Маша, я занимаюсь всеми издательскими процессами в «Да».

Рассказывать о себе мне всегда немного трудно, потому что разговор этот неизменно сводится к книгам, над которыми сейчас работаю. Или хотела бы работать. Я защитила PhD по русской литературе, работала в издательской сфере на разных позициях: и как редактор, и как пиарщик, и как продюсер. Больше всего на свете люблю работать с рукописями, а еще — в архивах и газетных фондах. Это самое захватывающее занятие на свете, и этот мой интерес скоро отразится в издательском портфеле.

Как филологу мне больше всего интересны забытые или полузабытые фигуры. Так, несколько лет подряд я вела Ф-серию в издательстве Common Place, посвященную забытым писательницам. Вы могли видеть в магазинах книги Любови Копыловой, Ларисы Рейснер или Анны Мар.

В Петербург я хотела перебраться давно, и вот все сошлось. С романтическим мифом Петербурга я познакомилась еще в детстве, но не из книг, а благодаря пластинкам групп ленинградского рок-клуба (тогда я, разумеется, не знала еще, что это все рок-клуб), а потом, конечно, было увлечение Серебряным веком, неподцензурной культурой и многое другое.

Что еще сказать о себе?
Обожаю музыку и беспорядочно скупаю все книги по теме. На моей полке уживаются «Беседы с Альфредом Шнитке» и мемуары Марка Алмонда

Если вы вдруг размышляете над тем, какой фильм посмотреть на выходных, то мы спешим вам на помощь. В эту пятницу мы решили поделиться с вами кино, которое смотрим и любим

«Тимур Новиков. Ноль объект» (2014) — третий документальный фильм из цикла «Антология современного искусства» сопродюсеров Евгения Митты и Александра Шейна, куда вошли также фильмы «Олег Кулик: Вызов и провокация» (2008) и «Виноградов и Дубосарский: Картина на заказ» (2009).

Картина рассказывает о художественном объединении «Новых художников», появившемся в начале 1980-х годов в Ленинграде. В фильме использованы архивные материалы и съемки с участием Георгия Гурьянова, Владислава Мамышева-Монро, Сергея «Африки» Бугаева, Виктора Цоя, Сергея Курехина и других соратников Тимура Новикова.

Тимур Новиков — один из героев готовящейся к выходу книги Екатерины Андреевой «Мультиэкранное время. Искусство 1910–2010 годов»:

«Новые художники» появляются как дружеский круг, внезапно сплоченный необходимостью противостоять старшим нонконформистам. Осенью 1982 года на разрешенной ленинградским неофициальным художникам выставке в ДК им. Кирова Тимур Новиков и Иван Сотников совершают неожиданный концептуальный жест: они прикрепляют этикетку с надписью «Ноль-объект» под горизонтальной прямоугольной дырой в выставочном стенде.

По выражению Екатерины Андреевой, «Новых художников» отличала абсолютная свобода в творчестве и в жизни. Они не делали из своего искусства открытый протест советской власти. Они жили и работали так, словно никаких ограничений не было вовсе. «Новые художники» преобразили художественную сцену своего времени, а их идеи до сих пор оказывают влияние на современное искусство.

Ровно 70 лет назад скончался советский художник Василий Николаевич Яковлев.

По выражению Екатерины Андреевой, картина Яковлева «Спор об искусстве» (1946) является концептуальным актом, деконструирующим соцреалистскую академическую живопись как метафору Высокого искусства, художественным жестом, носящим эротический и насильственный характер:

«„Спор об искусстве“, таким образом, превращается в невольную иллюстрацию гипотезы Батая о насильственном сексуально-деструктивном факторе в происхождении искусства, соответствующую убеждениям 1930-х годов о насилии как средстве подчинения субъективного, то есть жалкого и ничтожного. Убеждения, которое демонстрирует характерную подмену ценностей индивидуалистического ницшеанства в тоталитарной идеологии. Академизм или большой стиль, ассоциирующийся с универсальной живописью на все времена, — собственно, и есть путь к победе над индивидуалистическими заблуждениями, над модернизмом, приверженным чистоте ницшеанской доктрины. И однако победа эта — пиррова. Она не приносит желанной плавности, свободного дыхания большой формы, просветленной трагедии Рубенса или Пуссена. Финал — „возмущенная“, диссонансная живопись, с диксовскими трупно-неоновыми отсветами на обнаженной спине натурщицы вместо перламутровых рубенсовских переливов; хаотическая композиция свалки предметов, напоминающей энкавэдэшный склад экспроприированного, а не артистический беспорядок в ателье; и, главное, — неприятное пугающее предчувствие, словно бы сквозь искусно наложенный грим вот-вот станет просвечивать череп филоновского монстра, наполненный бурым клеточным бульоном».

Екатерина Андреева. «Мультиэкранное время. Искусство 1910–2010 годов».

В рамках серии «Репринт» мы стремимся внести существенный вклад в возвращение голосов, не прозвучавших в своё время громко.

Мария Шкапская. Дневники. 1907—1912 (издаются впервые)

Мария Михайловна Шкапская (урожд. Андреевская) — русская поэтесса и журналистка, чей литературный талант был отмечен многими современниками. По окончанию Петровской гимназии вместе с мужем занималась переписью и исследованием условий жизни и труда прибрежного рыбацкого населения Псковщины, а также выполняла поручения Академии наук по сбору фольклора. За выход на демонстрацию в связи с Ленским расстрелом 1912 года и участие в студенческой политической организации была дважды арестована, приговорена к высылке в Олонецкую губернию, однако по ходатайству московского филантропа Н. А. Шахова ей вместе с мужем и другом семьи И. М. Бассом было разрешено выехать в Европу, где Шкапская закончила литературный факультет в Тулузе. В 1916 году вернулась в Россию. В начале 1920-х годов была принята в члены петроградского Союза поэтов, представив к рассмотрению ещё не опубликованную книгу стихов «Mater Dolorosa» (1921). Всего в 1922–1925 годах Шкапская издала семь поэтических сборников, а также книгу стихов для детей. В 1925 году оставила поэзию и занялась журналистикой.

Дневники 1907–1912 годов интересны по многим причинам. Во-первых, это типичный документ своей эпохи: в нем фиксируется, о чем думает, мечтает и к чему стремится юная девушка накануне бурных исторических событий. Во-вторых, в них виден образ мысли будущей поэтессы, и в этом смысле ее дневники — бесценный материал для исследователей и просто читателей.

«Ночи — это мое мучение — без сна одна-одинешенька среди мертвой тишины, со своими мучительными думами, с галлюцинациями наяву, я хожу по комнате, уставившись в одну точку, и думаю, думаю без конца, отрывочно, бессвязно, бестолково думаю. И как стыдно, как больно перед собой, перед людьми за себя. Днем я не одна, и занята, отвлечена, но тут я бессильна, одинока, покинута, одна со своими думами и муками! Голова не вмещает всех мыслей».

6 июля 1932 года родилась Дебора Турбевилль.

Известная своими атмосферными и выразительными работами, Дебора Турбевилль бросила вызов традиционным представлениям о красоте и моде, привнеся новый взгляд на индустрию моды, а также навсегда изменила восприятие фэшн-фотографии. Её фотоработы привлекают внимание благодаря своему нестандартному подходу: оторвавшись от глянцевого, коммерческого стиля, она выбирала более интроспективный и повествовательный подход, создавая мир двусмысленности, тайны и меланхолии.

Работы Деборы Турбевилль служат напоминанием о том, что красота не ограничивается совершенством, а фэшн-фотография может выйти за рамки коммерческой сферы и стать формой художественного самовыражения. Её фотографии — свидетельство силы индивидуальности, творчества и стремления к своему уникальному художественному видению.

Дебора впервые посетила Санкт-Петербург в октябре 1995 года, привлеченная его величием и красотой: она была очарована атмосферой разрушающихся зданий и оставленных дворцов, которые перекликались с ее увлечением увядающим глянцем и забытыми историями. В петербургских фотографических работах Деборы Турбевилль не только модели, позирующие на фоне петербургской архитектуры, но и обычные прохожие оказываются включены в визуальную ткань города: превращенные в бесплотные фигуры, они предстают как тени, появившиеся из городского исторического прошлого.

Фирменный стиль Деборы, характеризующийся мягким фокусом, рассеянным освещением и наличием фотографических артефактов и повреждений, превратил знаковые достопримечательности в загадочные и призрачные места, а городские улицы, дворы и повседневные обыденные сцены благодаря ему оказались исполнены романтикой и ностальгией, в результате чего возникает ощущение существования в неопределённом пространстве. Время, проведенное Деборой в Петербурге, было не только личным путешествием и художественным исследованием, но и данью уважения непреходящей привлекательности и мистике города.

Фото: Vogue Italia #580, 1997 г. / Из архива Татьяны Ермолаевой

Спешим сообщить, что книга Сергея Ландо «Олег Каравайчук. Непойманный миром» сдана в печать!

«В поисках новых неожиданных тембров Каравайчук шел на самые экстравагантные, сумасшедшие решения. При создании музыкальной ткани фильмов он использовал и гробы (разных размеров для разнообразия тембров), и сырое мясо (по которому сам бил ладонями), и презервативы вместо сурдинок для духовых инструментов, и валенки, которыми он „глушил“ струны рояля. Рассказывали, как он шел по студии „Ленфильм“ с привязанным за веревочку металлическим хламом и вслушивался в этот душераздирающий звон. Но все злопыхатели, которых шокировал великий композитор, замолкали, когда в результате рождалась небывалая музыка. Эта музыка, возникшая, казалось бы, из сора, приподнимала картину и уносила ввысь, на ту высоту, о которой режиссер, приступая к съемкам, нередко и не догадывался».

Как пишет Сергей Ландо, Олегу Каравайчуку нужна была только истинная музыка, рождающаяся на глазах у зрителя, но не механическая копия заученного умершего вдохновения.

Стоимость книги — 750 ₽

Оформить предзаказ со скидкой 20% можно написав нам по адресу da.book.publisher.sales@gmail.com

В рамках серии «Репринт» готовится к выходу переиздание книги Якоба Вальхера «Форд или Маркс».

Немецкий политик и профсоюзный деятель Якоб Вальхер в июле 1920 года в составе делегации Коммунистической партии Германии прибыл в Москву, где выступал за кооперацию коммунистов с социал-демократическими профсоюзами. В 1924–1926 годах Вальхер работал в Исполнительном комитете Красного интернационала профсоюзов в Москве заместителем заведующего Организационным отделом.

Книга «Моя жизнь, мои достижения» Генри Форда, ставшая классическим произведением по научной организации труда, породила фордизм как явление, которое Якоб Вальхер с публицистическим задором критикует с марксистских позиций, отмечая при этом и его сильные стороны. Он предлагает прагматичный подход, который опирается как на промышленные инновации Генри Форда, так и на критику капиталистической эксплуатации Карлом Марксом. Смешивая элементы этих, казалось бы, противоречивых мыслителей, Вальхер предлагает новые решения социальных проблем.

В эпоху, характеризующуюся ростом неравенства доходов, технологическим прогрессом и необходимостью создания инклюзивных экономических систем, книга Якоба Вальхера предлагает ценные идеи и практический подход к решению актуальных социальных проблем. Предлагая синтез фордизма и марксистских принципов, Вальхер вносит свой вклад в продолжающуюся дискуссию о создании более справедливого и равноправного общества.

Также предзаказ на книгу Сергея Ландо «Олег Каравайчук. Непойманный миром» можно оформить на сайте книжного магазина «Порядок Слов»

https://wordorder.ru/catalog-ru/muzyka/oleg-karavaychuk.-nepoymannyy-mirom/