Мир полон чудес, которые большинство людей даже не пытается разглядеть. Они цепляются за привычное, за знакомое, боятся сделать шаг за черту, которая, по их мнению, означает опасность. А я? Я смотрю на эту «опасность» и вижу лишь следующую ступеньку к познанию. Проклятия, древние артефакты, забытые цивилизации – это не пугающие слова, это ключи. Ключи к пониманию того, как всё устроено, откуда мы пришли, и куда можем отправиться, если только хватит смелости оторвать взгляд от земли и посмотреть на звёзды. В конце концов, самое большое сокровище – это не золото или древние реликвии, а знания, которые они открывают.

#𝑸𝑼𝑶𝑻𝑬𝑺 — цитаты.
#𝑭𝑹𝑰𝑬𝑵𝑫𝑺 — пост с моими друзьями.
#𝑳𝑶𝑽𝑬 — пост о моей любви.
#𝑯𝑬𝑨𝑫𝑪𝑨𝑵𝑶𝑵 — хэдканоны.
#𝑷𝑶𝑬𝑴𝑺 — стихи.
#𝑶𝑻𝑯𝑬𝑹 — что-то другое.
#𝑴𝑬𝑴𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺 — пост о воспоминаниях Билла.
#𝑷𝑳𝑶𝑻 — сюжетный пост.
#𝑺𝑲𝑬𝑻𝑪𝑯 — простой пост из жизни Билла.
𝑨𝑵𝑶𝑵𝒀𝑴𝑶𝑼𝑺 𝑴𝑬𝑺𝑺𝑨𝑮𝑬𝑺
𝑩𝑶𝑶𝑺𝑻
𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻 𝑳𝑰𝑺𝑻

Дружба—это огонь. Но далекой не весь огонь согревает.

𝑹𝑼𝑳𝑬𝑺 𝑪𝑶𝑵𝑵𝑬𝑪𝑻 𝑳𝑰𝑺𝑻

|я—единственный билл уизли,ваш перс будет так же единственным у меня. насчет фк тоже самое.( у меня домнал глисон.)

|взаимный актив на каналах. а именно: взаимная подписка,реакции, посвещение постов друг другу(по возможности), репосты.

|я имею право отказать вам в коннекте без причины.

|фандомы в пределах фт/гп. желательно второе.

|админку даю только взаимно.

!!СПИСОК КОННЕКТОВ В КОММЕНТАРИЯХ!!

1. Его модные аксессуары – не просто украшения. Серьги, кулон, браслет – все это не только стиль, но и своего рода защитные амулеты, которые он сам изготавливал или находил в своих экспедициях. Каждый предмет имеет свою историю и обладает определенными свойствами, помогающими ему в работе с темными искусствами или в защите от проклятий.

2. Он тайком коллекционирует проклятые артефакты. Не все, конечно, что-то он уничтожает без колебаний. Но некоторые, особенно те, что представляют исторический или магический интерес, он тщательно каталогизирует и хранит в особо защищенном месте. Это не ради зла, а ради изучения и понимания, как они работают.

3. Несмотря на свою работу, он всегда находит время для семьи. Даже если он где-то на другом конце света, он умудряется находить способы поддерживать связь, отправлять экзотические сувениры и, конечно, находить время для объятий и разговоров, когда он дома. Возможно, он даже научился использовать определенные древние заклинания для связи на дальние расстояния.

4. Билл — настоящий мастер маскировки и проникновения. Его опыт работы с проклятыми артефактами и в опасных местах научил его быть незаметным, сливаться с окружением и проникать туда, куда обычным волшебникам вход заказан. Мужчина может выдать себя за кого угодно, будь то древний торговец, местный шаман или просто заблудившийся турист.

5. Он владеет несколькими древними, почти забытыми диалектами. Не только для перевода, но и для понимания нюансов магии и культуры. Уизли может прочесть древние письмена, которые современная магия просто игнорирует, и извлечь из них ценные сведения.

6. Билл — отличный кулинар, специализирующийся на экзотических блюдах. Его путешествия привели к знакомству с самыми разнообразными кухнями мира. Он может приготовить блюдо из редких ингредиентов, которые никто другой и представить не сможет, и эти блюда могут обладать легким магическим эффектом (например, повышать концентрацию или придавать немного смелости).

7. Несмотря на всю его увлеченность магией и древностями, мужчина очень дорожит своей семьей и своим домом. Работа – это его страсть, но семья – это его якорь. Уизли всегда старается вернуться домой, когда это возможно. Возможно, даже использует какие-то обереги, чтобы обеспечить безопасность своей семьи, пока он в отъезде.

8. У Билла есть небольшая коллекция "магических инструментов" из разных культур, которые он использует в повседневной жизни. Например, перо, которым он пишет, может быть зачаровано для улучшения письма, или чашка, из которой он пьет, может слегка очищать воду от любых вредных примесей.

9. Он может быть очень хорошим в импровизации. Когда что-то идет не по плану (а это случается часто!), Билл умеет быстро адаптироваться, использовать подручные средства и находить нестандартные решения, чтобы выйти из положения. Это качество, отточенное годами работы в непредсказуемых условиях.

Гринготтс в три часа ночи пахнет пылью веков, жадностью гоблинов и… жжёным кофе. Последнее — моя вина.

Я роняю древний амулет на стол (он шипит, как возмущённая кошка), *вытираю пальцы о кожаную куртку* и пью кофе, который по вкусу напоминает золотую пыль с нотками отчаяния.

«Уизли, — хрипит гоблин из отдела проклятых артефактов, — если ты взорвёшь ещё один дешифратор, мы вычтем это из твоей зарплаты».

Я ухмыляюсь и показываю ему средний палец левой рукой. Правой в это время допиваю кофе и пытаюсь расшифровать надпись на амулете.

«Это или древний защитный символ, или рецепт тыквенного пирога, — бормочу я. — Всё зависит от того, под каким углом смотреть».

Я откидываюсь на спинку стула (он скрипит, как моя совесть) и смотрю в потолок. Где-то там прячутся летучие мыши Гринготтса. Или призраки гоблинов.

«Завтра, — обещаю я всем одновременно. — Завтра я всё расшифрую, посплю и даже поем».

Но древние руны на амулете моргают мне красным — как вызов.

А я никогда не умел отказываться от вызова.

К четырём утра кофе закончился, амулет перестал шипеть и теперь просто мерцал тусклым зелёным светом, будто насмехаясь надо мной.

Я перевернул его в руках, ощущая холод металла и лёгкое покалывание древней магии. Надпись так и оставалась загадкой — то ли заклинание, то ли предупреждение, то ли чьё-то давно забытое имя.

Гоблины разошлись по норам, оставив меня наедине с тишиной и горой пыльных свитков. Где-то в глубинах Гринготтса скрипели механизмы, будто сам банк дышал — тяжело, размеренно, словно древний дракон, охраняющий свои сокровища.

Я протянул руку к чернильнице, но вместо неё схватил пузырёк с зельем — обезболивающим, на случай, если шрамы решат напомнить о себе. Выпил залпом, даже не поморщившись. Привык.

К рассвету я наконец нашёл ключ — не к амулету, а к двери.

Улицы Лондона были пустынны, туман стелился по камням, а фонари мерцали, будто огненные мухи. Я шёл, засунув руки в карманы, и думал о том, что проклятия — как люди — одни громкие и яростные, другие — тихие, но куда более опасные.

Амулет лежал в сумке, тяжелый и молчаливый.

Завтра, решил я.

Завтра я его разгадаю.

#𝑭𝑹𝑰𝑬𝑵𝑫𝑺

me and @R0S43R

Подземелья Гринготтса, этот лабиринт из камня, золота и вековых тайн, дышали собственной жизнью. Воздух здесь был плотным, пропитанным запахом старого пергамента, металлической пыли и той особой, едва уловимой магической аурой, которая исходит от мест, где века назад вершились великие дела, а ныне покоятся забытые артефакты. Среди этого царства сокровищ и проклятий, Билл Уизли, ликвидатор проклятий с, склонился над очередным таким артефактом. Это был не просто очередной амулет или зачарованный предмет; это была сущность, пульсирующая скрытой энергией, которая, по всем признакам, готова была пробудиться. Его опыт подсказывал: это нечто гораздо более древнее и опасное, чем обычные проклятия, на которые он привык натыкаться.

Билл работал с присущей ему тщательностью, его пальцы, привыкшие к тонкой работе с магическими реагентами и рунами, аккуратно исследовали поверхность объекта. Он видел в этом артефакте не только потенциальную угрозу, но и загадку, которую нужно было разгадать. Его задача была двойной: не дать этой силе вырваться наружу, и, по возможности, понять ее природу. Он чувствовал, как артефакт реагирует на его прикосновения, как меняется температура воздуха вокруг, как тени на стенах начинают приобретать зловещие очертания.

Внезапно, тишина, которая была лишь иллюзорной благодаря магическим барьерам, прорвалась. Ее нарушил не звук, а ощущение – резкое, чужеродное присутствие, нарушающее хрупкое равновесие. Из самой гущи теней, словно сотканный из них, материализовался Эван Розье. Его появление не было актом случайности; это было вторжение, расчетливое и целенаправленное. Розье, чья репутация как Пожирателя Смерти и специалиста по темным искусствам опережала его самого, не нуждался в приглашении. В его глазах, холодных и оценивающих, не было ни искорки любопытства или профессионального интереса, лишь неумолимое стремление к контролю.

— Уизли, – произнес он, его голос звучал ровно, как лезвие, без малейшего намека на человеческое тепло. — Ты копаешься в вещах, которые тебе не по зубам. И, что хуже, ты мешаешь тем, кто знает, как с ними обращаться. Отдай мне это.

Билл, не поднимая глаз от артефакта, медленно выпрямился. Он почувствовал запах чего-то гнилого, исходящего от Розье – запах темной магии, смешанной с дешевым зельем, которое он, вероятно, использовал для маскировки. — Думаю, ты ошибаешься, Розье, – ответил Билл, его рука инстинктивно скользнула под мантию, нащупывая рукоять палочки. — Моя работа – не дать таким, как ты, добраться до подобных вещей. Это место – не твой рабочий кабинет.

Работа? – Розье издал короткий, сухой смешок. — Моя работа – это власть, Уизли. А эта штука... она даст мне больше власти, чем ты можешь себе представить. Ты – помеха, но, возможно, и ценный ресурс. Я могу позволить тебе уйти, если ты просто оставишь меня с этим.

— Оставить тебя с этим? И позволить тебе использовать это, чтобы причинять боль другим? Не думаю, – твердо ответил Билл. Он знал, что Розье не остановится ни перед чем. Попытка переговоров была бессмысленной.

В тот же миг, когда слова сорвались с его губ, Розье уже атаковал. Из кончика его палочки вырвался сгусток черной энергии, стремительно летящий к Биллу. Билл, реагируя с молниеносной скоростью, выставил перед собой щит из света, блокирующий заклятие, но ударная волна отбросила его на несколько шагов назад. Битва началась.

Подземелье, ранее служившее местом уединения и исследования, превратилось в арену магического противостояния. Проклятия летели во все стороны, отражаясь от древних стен, вызывая искры и тени. Билл, ловко маневрируя, использовал свои знания о местности, активируя заложенные им же защитные руны, создавая временные барьеры и ловушки. Он не мог позволить себе прямое столкновение, понимая, что Розье, скорее всего, обладает более разрушительной магией. Его стратегия заключалась в том, чтобы измотать противника, использовать окружающую среду и, по возможности, направить силу артефакта против самого Розье.

Розье, будучи Пожирателем Смерти, действовал с безжалостной эффективностью. Его заклинания были нацелены на уничтожение, на подавление. Он не колебался, выпуская поток темных проклятий, которые, казалось, поглощали свет. Он был опытным бойцом, и его единственной целью было захватить артефакт, чего бы это ни стоило. Он видел, как Билл пытается использовать артефакт, и это только подстегивало его. — Ты играешь с огнем, Уизли! – крикнул он, направляя на него поток проклятий, которые, казалось, вырывались из самого сердца тьмы.

В один из моментов, когда Розье прижал Билла к стене, казалось, что все кончено. Билл чувствовал, как силы покидают его, но его взгляд упал на артефакт. Он понял, что должен рискнуть. Собрав остатки сил, он направил свою палочку не на Розье, а на сам артефакт, пытаясь активировать один из его скрытых защитных механизмов, который он успел частично расшифровать.

Это был момент чистого хаоса. Когда магия Билла коснулась артефакта, он вспыхнул неземным светом, искажая пространство вокруг. Розье, ожидая, что артефакт проявит свою разрушительную силу, выпустил свое самое мощное заклятие, надеясь уничтожить и артефакт, и его защитника. Но Билл предусмотрел это. Перенаправив энергию Розье, он направил ее не на уничтожение, а на активацию древнего ритуала.

Вместо того, чтобы взорваться, артефакт поглотил магию, а затем высвободил ее в виде сложной, переплетающейся сети света, которая окутала стены подземелья, оставляя на них светящиеся руны. Проклятие не было обезврежено, оно трансформировалось. Оно стало частью самой структуры этого места, более глубоким, более скрытым, но все еще присутствующим.

Розье, увидев, что его план провалился, что артефакт не попал к нему, но и не был уничтожен, взревел от ярости. Его холодные глаза наполнились злобой. Он не мог взять то, что хотел, и Билл Уизли, этот ликвидатор проклятий, оказался более сильным противником, чем он предполагал.

— Ты еще пожалеешь об этом, Уизли! – прорычал он, его фигура начала тускнеть, сливаясь с тенями. — Это еще не конец!

Розье исчез так же внезапно, как и появился, оставив Билла одного в тишине, нарушаемой лишь гулом ожившей магии, эхом которой были заполнены древние стены. Билл прислонился к стене, чувствуя усталость, но и некоторое удовлетворение. Он не победил, но и не проиграл. Он спас нечто от рук Пожирателя Смерти, но теперь знал, что враг вернется, и что эта битва была лишь началом. Его работа в Гринготтсе стала гораздо опаснее, и он понимал, что ему предстоит столкнуться с гораздо большими испытаниями, чем просто древние проклятия.

#𝑭𝑹𝑰𝑬𝑵𝑫𝑺

me and @kittibell

Лето 1996 года было временем не только отдыха, но и неопределенности. Для Кэти Белл, как и для многих других студентов, война внесла свои коррективы в привычную жизнь. Хогвартс был под угрозой, и будущее казалось туманным. Однако, даже в эти непростые времена, магический мир продолжал жить своей жизнью, а косой переулок, как всегда, бурлил событиями.

Именно в один из таких летних дней, когда солнце щедро заливало улицы Лондона, а Косой переулок пестрел волшебниками, спешащими по своим делам, Кэти оказалась в самом центре этого оживления. Она шла по улице, пытаясь отвлечься от мрачных мыслей о предстоящем, когда ее взгляд случайно упал на знакомую фигуру. У витрины магазина волшебные вредилки Уизли стоял Билл Уизли. Он был одет в свою обычную одежду – удобные, немного потертые штаны, простую рубашку, а на его шее висел знакомый золотой медальон.

Кэти не ожидала его здесь увидеть. Она знала, что он работает в Гринготтсе, и его командировки часто уносили его далеко от Лондона. Но сейчас он стоял совсем рядом, и ее сердце учащенно забилось. Она набралась смелости и подошла.

— Мистер Уизли? – спросила она, ее голос был немного неуверенным.

Билл обернулся, и на его лице появилась мягкая улыбка, когда он узнал ее. — О, Кэти! Привет! Не ожидал тебя здесь увидеть.

Я тоже, – ответила она, чувствуя, как ее уверенность возвращается. — Просто прогуливаюсь, пытаюсь развеять летнюю скуку. Вы как, вернулись из какой-то поездки?

— Как раз сегодня утром, – подтвердил Билл. — Работы в Гринготтсе сейчас много, очень много. Все эти древние артефакты, которые нужно проверять, иногда попадаются такие, что лучше бы их оставили в покое.— Он коротко улыбнулся. — Но сегодня я решил взять небольшой перерыв и прогуляться по косому переулку, чтобы посмотреть, что новенького. А потом, возможно, заглянуть в лавку всякой всячины, мне нужны были некоторые реагенты.

— Я тоже ищу кое-что, – сказала Кэти, вспомнив, что ей нужно было приобрести новые ингредиенты для зельеварения. — Может быть, мы могли бы пройтись вместе?

Билл взглянул на нее, и в его глазах мелькнул какой-то особый интерес. — Почему бы и нет? Я как раз собирался зайти к мадам Малкин, мне нужно было кое-что обновить из своей одежды. А ты, я так понимаю, ищешь что-то для себя?

— Да, – кивнула Кэти. — Нужно кое-что прикупить для учебного года

Так они и пошли вместе по Косому переулку. Билл рассказывал о своих последних экспедициях, о том, как он сталкивался с различными проклятиями и как ему удавалось их обезвреживать. Он говорил не хвастливо, а скорее сдержанно, описывая детали работы, которые могли бы быть интересны для кого-то, кто разбирается в магии. Кэти слушала с неподдельным вниманием, задавая вопросы, которые показывали ее интерес и понимание.

— "А как вы обезвредили то проклятие, которое было наложено на древний сундук? – спросила она, когда Билл описывал свою поездку в Египет. "Я слышала, что такие проклятия очень опасны, и их трудно снять."

— Да, это было непросто, – ответил Билл, задумчиво потирая подбородок. — Пришлось использовать целый комплекс заклинаний, начиная с отведения внимания, затем нейтрализации основного источника энергии, и в конце – ритуальное очищение. Главное – никогда не терять концентрацию и быть готовым ко всему, что может пойти не так.

Кэти слушала, мысленно представляя себе весь процесс. Она вспоминала, как сама сталкивалась с простыми ловушками в Хогвартсе, и понимала, насколько сложнее должна быть работа Билла.

В свою очередь, Билл тоже интересовался ее жизнью. Он знал, что она ученица Хогвартса, и ему было интересно, как она справляется с учебой, особенно в такое неспокойное время. — А как твоя учеба, Кэти? Все идет по плану, несмотря на... ситуацию?

— Ну, пытаюсь, – вздохнула Кэти. — Некоторые уроки приходится пропускать, когда нужно помогать с разными делами. Но я стараюсь не отставать. Особенно с зельями и зоти. Это, думаю, будет полезно в будущем.

— Очень надеюсь, что будущее будет спокойнее, – сказал Билл, но в его голосе звучала нотка сомнения. "Но ты права, знания никогда не бывают лишними."

Они зашли в лавку Мадам Малкин, где Билл выбрал себе новую мантию, а Кэти присмотрела себе несколько мантий для занятий, которые были более практичными и удобными. Потом они вместе отправились в лавку всякой всячины, где Билл приобрел некоторые ингредиенты для своих нужд, а Кэти нашла редкие травы, которые искала.

Во время их прогулки, они случайно стали свидетелями небольшой стычки между двумя волшебниками, которые спорили из-за какого-то предмета. Билл, будучи опытным в подобных ситуациях, сумел быстро вмешаться, используя несколько успокаивающих заклинаний, и разрядил обстановку, прежде чем она переросла во что-то большее. Кэти наблюдала за его действиями с нескрываемым восхищением.

К концу дня, когда солнце начало клониться к закату, они расставались у выхода из Косого переулка. Их встреча, начавшаяся как случайность, оставила после себя приятное послевкусие. Они обменялись любезностями, и Билл, на прощание, сказал: «Если тебе когда-нибудь понадобится помощь или совет по магии, особенно по защитной, не стесняйся обращаться. Я всегда рад помочь.»

Кэти, чувствуя тепло в душе, поблагодарила его. Эта случайная встреча в Косом переулке, среди суеты летнего дня, стала для нее не просто приятным воспоминанием, но и доказательством того, что даже в самые трудные времена можно найти поддержку и, возможно, что-то более значимое.

доркас, сириус, кокетка, вишневый сад, ди, эван, билл, настюшка, я вас люблю пиздец как

#𝑭𝑹𝑰𝑬𝑵𝑫𝑺

me and @R0S43R , @meg_goddessn

Было дождливое октябрьское утро в Хогвартсе. Капли барабанили по окнам Большого зала, создавая уютный, но немного меланхоличный аккомпанемент. В одном из укромных уголков, подальше от шумных потоков студентов, за столиком сидели трое. Билл Уизли, с его длинными рыжими волосами, уже украшенными парой серебряных сережек, и небрежно наброшенной мантией поверх свитера с вышивкой – воплощение стиля и авантюризма. Напротив него, с книгой, которую он, казалось, держал скорее для антуража, сидел Эван Розье. Он был одет безупречно, сдержанно, но в его глазах всегда мелькала искра чего-то более живого, чем обычная ученическая беззаботность. А рядом с ними, с очаровательной улыбкой и блестящими от любопытства глазами, располагалась Маргарет Годфри. Ее волосы были собраны в аккуратный хвост, но несколько прядей выбились, обрамляя лицо, полное живого интереса к миру.

— Я говорю вам, это просто немыслимо! – Билл отпил глоток чая, его голос был полон легкого возмущения. – Я слышал, как на факультете Пуффендуй обсуждают новую метлу. Говорят, она летает сама по себе, если ее хорошо попросить. Ну, или если дать ей монетку. Серьезно, кто-то из них, кажется, обменял свои последние галлеоны на говорящую метлу!

Эван усмехнулся, отложив книгу. — Билл, ты же знаешь, Пуффендуй всегда был немного… эксцентричным. Может, это просто очередная утка, которую запустил кто-то из близнецов Уизли?

— Нет-нет, в этот раз не они, – возразил Билл, поправляя сережку. – Говорят, это какая-то новая разработка в лавке 'Все для Квиддича'. Очень эксклюзивная. А вот что действительно интересно, так это слухи о новой студентке с Когтеврана. Говорят, она приехала из какой-то далекой страны, и её фамилия… кажется, Захария? И она разбирается в древних рунах так, как никто до нее.

Маргарет задумчиво размешала сахар в своем чае. — Захария… Я где-то слышала это имя. Может, это связано с тем, что профессор Флитвик недавно упоминал о новых поступлениях в библиотеку? Редкие книги по рунам, которые, по слухам, могут раскрыть тайны забытых заклинаний.

— Забытые заклинания? – Билл оживился. – Вот это уже интереснее. Я как раз размышляю над каким-нибудь новым, безопасным способом заработать немного денег. Может, если узнать пару таких заклинаний, можно будет… ну, скажем, автоматизировать процесс чистки сережек?

Эван покачал головой, но в его глазах читалось любопытство. —Билл, твои идеи всегда на грани гениальности и полного безумия. А что вы думаете о недавнем назначении нового профессора по Уходу за Магическими Существами? Я слышал, он какой-то странный тип. Говорят, он больше времени проводит с тестированием новых зелий, чем с самими существами.

— А, это про того, кого нашли в лесу с каким-то подозрительным мешком? – Маргарет живо кивнула. – Я видела его вчера. Он выглядел немного… потерянным. Но на нем была мантия с очень интересной вышивкой. Похоже на какие-то символы, но я не могла разобрать. Может, это тоже как-то связано с древними рунами?

Билл усмехнулся, его взгляд блуждал по залу, словно выискивая следующие сплетни. — А вы слышали, что в замке снова завелись домовые эльфы? Только теперь они не просто моют пол, а, говорят, переставляют вещи по ночам. Я утром нашел свою книгу по Древним Рунам на полке с Пуффендуем. Чудеса!

Эван, хоть и старался сохранять скептический вид, явно наслаждался беседой. — Ты говоришь это так, будто сам не мог её туда переставить, Билл. Или, может, это проклятие на метлах? Кто знает, на что способны эти новые модели.

Маргарет тихонько рассмеялась. — Знаете, я рада, что у нас есть такие моменты. В Хогвартсе всегда столько всего происходит, иногда просто нужно остановиться, выпить чаю и обсудить все эти странности. Иначе можно просто сойти с ума от того, сколько всего нужно успеть. Билл кивнул, его взгляд остановился на ком-то вдалеке, кто, казалось, шептался с чем-то, что напоминало… цветок. —Да, Мэг, ты права. Но, с другой стороны, кто знает, какие тайны скрываются за всем этим? Возможно, эти слухи о метлах, новая студентка, странные профессора – это всё звенья одной цепи. А мы, как всегда, в самом эпицентре.

Его взгляд был полон того самого предвкушения приключений, которое всегда делало его таким особенным. Эван и Маргарет, каждый по-своему, разделяли этот интерес к неизведанному. Этот утренний чай стал не просто перерывом, а маленьким островком спокойствия перед новым витком событий, которые, как всегда, не заставят себя ждать в стенах Хогвартса.