Уезжают ли российские разработчики за рубеж, сколько и почему?

История с попавшей в СМИ релокацией российских разработчиков, в том числе и разработчиков игр, относительно проста.

Во-первых, да, они уезжают, если получают интересные предложения. У нас свободная страна.

Во-вторых, мы не можем оценить количественно размер этой истории: люди, которые уезжают за рубеж по работе не оставляют записи в журналах вида «Я разработчик игр, я пошёл».

В-третьих, далеко не всегда самые хайповые объяснения являются корректными и «после не значит вследствие». Сколько людей знает, что в России проблемы со связью? Да все знают. Сколько людей знает, что в апреле «Челябинвестбанк» перестал проводить в Россию платежи из Steam? (а это для отрасли один из последних способов получения денег из-за рубежа, если не последний). Вряд ли больше нескольких тысяч, и даже разработчики-игровики могут быть не в курсе. Как гейм-компании работать без денег? Никак, вообще-то. С плохой связью работать можно, хоть и неудобно, а вот без денег работать нельзя вообще.

Для компаний, делающих игры с участием российских разработчиков всё просто:

— В работе используется набор инструментов характерный для международных компаний.
— В их работе нужно собирать деньги с международной аудитории.

Финансовая работа и связность интернета в последние полгода — существенно осложнились.

Ситуации когда люди банально на рабочем созвоне не могут присутствовать, потому что они за городом живут, им врубили интернет по белым спискам, а Zoom в него не входит — становится банальностью. Иногда программисты даже не могут внести какие-то изменения в программный код продукта, и от них не то что присутствия на связи не дождёшься, а даже захода в список задач.

Ожидается и неопределённость в отношении трансграничных переводов криптовалют, использование которых в России в ближайшее время планируется радикально усложнить и/или ограничить.

В такой ситуации, очевидное решение с точки зрения бизнеса, поскольку деньги в игровые проекты идут из-за рубежа — переместить за границу и юрлицо для работы с финансовыми потоками, и юрлицо для выплаты зарплат разработчикам, и самих разработчиков.

При выборе места для переезда желательны:

а) привычный россиянину менталитет и язык
б) неплохой уровень жизни, без веерных отключений света и воды
в) открытые двери для приезда иностранных айтишников

В Узбекистане сейчас размещать разработчиков дешевле всего, там хорошая и простая корпоративная система для IT-компаний и мягче всего климат, при этом легко доступны поездки как в российские города, так и любимые туристичские страны (Таиланд, Дубай). Чаще всего в Узбекистане не очень жёсткая зима.

Является ли это «исходом» разработчиков или нет сложно судить, но данные и деньги в IT должны перемещаться, иначе просто не получается работать. И айтишники перемещаются туда, где данные и деньги текут с меньшими расходами.

Тут переезд разработчика за рубеж — это удобно для работодателя, но необязательно, поскольку возникает лишь некоторая потеря эффективности сотрудника, с которой можно мириться регулируя размер вознаграждения.

А вот без перемещения точки сбора финансов за рубеж — обойтись уже трудно, но эти трудности, в основной массе, создаём не мы.

Так что переезд разработчиков игр за пределы российских границ был, есть и будет, но основной его движущей силой, полагаю, сохранится проблема с трансграничным перемещением финансов, а не проблемы со связностью в российском интернете, которые, конечно, могут быть раздражающим триггером при переезде, но это, скорее, эмоциональная и более попсовая причина для обсуждения, чем рациональная и более материальная проблема с трансграничными переводами в отрасли.

В мире Pax Americana в играх и разработке всё ещё огромное количество денег, и если кто-то хочет их получать — ему приходится соблюдать правила установленные США, такова жизнь. А эти правила на сейчас включают в себя очень простое ограничение — россиянам денег давать как можно меньше. И тут мало что меняется последнюю пятилетку.

Синодов Юрий, директор по развитию СМИ2

Виноваты не телефоны!

У нас тут пара угарных работ.

Дети растут такими стрёмными не потому что сидят в телефонах, а потому что не могут нормально играть. Выйти из дома одному и встретиться с друзьями во дворе теперь почти невозможно. А телефоны заполняют пустоту, которую создали сами родители. Они заменили свободную уличную жизнь на постоянный надзор и расписанные кружки.

C 1955 года дети стали меньше играть на улице. И параллельно у них резко выросли тревожность, депрессия, чувство беспомощности и нарциссизм. А сотовых ещё не было, и списывать было не на что!

Свободная игра — это нифига не отдых или баловство. Это прям серьёзная работа, механизм, через который ребёнок становится психически здоровым взрослым.

Изменения с 1981 по 1997, дети 6–8 лет:
— Играют на 25% меньше
— Говорят дома на 55% меньше
— В школе на 18% дольше
— Домашних заданий +145%
— Походы по магазинам с родителями +168%.

Главный фактор — 82% матерей боятся отпускать детей.

А сами дети не разлюбили двор.

Плюс молодёжи стало заметно хуже по всем психологическим показателям — больше тревоги, грусти, считают себя бессильными перед судьбой — и при этом раздули эго.

Что меняет игра? Ну:
— Жизнь из "делай ради чего-то будущего и непонятного" — годный рецепт тревоги. В игре не так.
— В игре ребёнок контролирует свои импульсы, иначе игра невозможна. Без игры ребёнок вырастает с ощущением, что всё решают за него.
— Игра учит регулировать эмоции. Дети сами лезут на качели и горки — добровольно дозируют себе страх в безопасной ситуации. Если страха слишком мало — скучно; слишком много — уже не игра. Дозу знает только сам ребёнок, поэтому игра должна быть самостоятельной.
— Игра — это работающий способ заводить друзей и учиться равенству. Надо учитывать чувства других, договариваться о правилах. Самые эгоистичные быстро получают лопаткой по лицу.
— Игра тупо делает детей счастливыми.

У работы главное слабое место кроме общей поэтичности — корреляция ≠ причинность, там слишком много факторов менялись, и выделить один очень сложно. Плюс рядом же изменилась диагностика. Может, все такие и были и во Вторую Мировую, просто недообследованные.

Похожая работа. Интересное:
— Право самому идти домой из школы: 86% детей в 1971 году, 35% в 1990 и 25% в 2010.
— Право ездить на автобусе одному: 48% → 15% → 12%.

В Финляндии до сих пор большинство 7-летних спокойно ходят и ездят сами, к 10 годам — ездят на автобусе одни.

Говорят, во всём плохом с психикой детей виновата гиперопека и домашние задания. Отстаньте от телефонов. Дайте ребёнку палку и возможность самому где-нибудь накосорезить.

Самый угар — детсадовские называли игрой всё, что угодно, если рядом не было взрослых, потому что взрослые сразу превращают игру в какое-то контролируемое недоразумение.

Приключенческая игра — это естественная экспозиционная терапия. Ребёнок учится не избегать страшного, справляться, терпеть неопределённость и не бояться ощущения страха.

В Великобритании ряд школ запретил игры в догонялки, в Бельгии в некоторых регионах — снежки. Тревожные родители ограничивают игру. Говорят, есть куча косвенных доказательств, что надо отстать от детей с такими идеями, но прямых исследований нет. Поэтому хрен его знает.

И тут про походы. Около 13% детей по миру тревожные, депрессивные или с СДВГ. Предлагают лечить в лесу у костра. Доказанно помогает с самооценкой, стойкостью и учёбой. Учатся работать в команде и руководить, и это переносится на школу. Похудеть, кстати, не помогает, они там начинают жрать как не в себя.

5 часов в лесу улучшают настроение, а 15 минут — нет.

Один из самых сильных эффектов — 10-дневное плавание на реальном корабле в Новой Зеландии. Тамошние школы массово отправляют детей в море, и это, кажется, работает.

Методология везде в опорных работах отстой, по 1-2 класса без контроля.

Так что вроде бы надо вернуть все эти как-бы-опасные штуки и свободу получить лопаткой по лицу, но данных не хватает!

--
Вступайте в ряды Фурье! | Лучшие посты
Первое правило клуба спортивного ориентирования — никому не рассказывать, где находится клуб спортивного ориентирования!

Где-то я это уже видел…

На Хабре получилось хорошее обсуждение
https://habr.com/en/articles/1033360

В 2010 году я участвовал в интервьюировании на позицию по моделированию и верификации процессорных ядер. Один из кандидатов был благообразный седой американец, который до этого работал в IBM.

Я задал вопрос про язык описания и верификации аппаратуры SystemVerilog. На это кандидат сказал, что он еще не освоил SystemVerilog, вписал его в резюме на будущее, но вообще использовал Verilog-95 и немного Verilog-2001.

“Нет проблем”, - сказал я и задал вопрос по Verilog-95: “приведите примеры гонок (race conditions) при использовании верилога”.

На это кандидат сказал, что вообще его опыт был больше связан с VHDL. “Блин, как он выкрутился” - подумал я, ведь в VHDL нет гонок как в верилоге из-за дизайна языка.

VHDL так VHDL. Спросил: допустим переменная A имеет размер 10 бит, B 7 бит, а C 5 бит. Напишите как вычислить “A = B + C”.

Правильный кандидат, который знает VHDL, сразу бы спросил, может ли он использовать стандартную библиотеку ieee.numeric_std или проприетарную std_logic_arith от компании Synopsys. Далее правильный кандидат поинтересовался бы, являются ли A, B и C числами со знаком или без знака. После чего написал бы на доске что-нибудь типа:

A <= std_logic_vector (resize (signed (B), 10) + resize (signed (C ), 10))

Но кандидат ничего такого писать не стал, а сказал, что он использовал VHDL как своего рода расширение языка Ada, на котором у него реально много опыта. Тут я начал подозревать, что кандидат просто прыгает с языка на язык, чтобы завести меня в область, в которой я ничего не знаю, чтобы я его отпустил (его ждали интервьировать еще три человека в компании).

Но кандидату не повезло. Когда я учился в 1986 году в 9 классе физматшколы номер 145 города Киева, мне попала в руки переводная книжка про Аду, я ее читал и даже писал ручкой в тетради на ней программы, так как компиляторов с Ады на Украине не было, первый я увидел только в Москве, в институте авиационных систем ГосНИИАС в 1991 году.

Короче я попросил кандидата описать мне механизм рандеву (rendezvous) в языке Ада. Это ключевая черта, одна из главных особенностей языка которая отличала его не только от Паскаля, от которого Ада развивалась, но и других языков типа Coral-66, применявшихся в ракетно-радарно-авиационном народном хозяйстве.

На это кандидат удивился и смущенно пролепетал что-то про язык Jovial, после чего посмотрел на меня с таким видом “А вот хрен ты хоть что-то про Jovial знаешь!”

И вот тут кандидату не повезло просто конкретно. Да, Jovial - это действительно редкий язык, который несколько десятилетий поддерживался какой-то конторой в Канаде для военных клиентов, у которых много древней легаси. Но я во все том же 9 классе прочитал упоминание про этот язык в культовой в СССР книжке Чарльза Уэзерела “Этюды для программистов”, а потом, уже в середине 1990-х, увидел книжку про Jovial в библиотеке Стенфордского университета, и с интересом ее пролистал.

Ну как вы поняли, я задал кандидату вопрос про Jovial: чем этот язык, который произошел от Algol-58, отличается от других языков своего времени, например более известного Algol-60? (Я прочитал про Алгол-60 в 8 классе в учебнике МГУ по программированию, а до этого - в 7 классе в книжке серии “Популярные лекции по математике”).

Выражение лица кандидата после этого вопроса было бесценным. (Правильный ответ, например “в частности в обработке строк” - он дать не смог.)

Интересно что я увидел этого товарища через несколько лет трудоустроенным в другой компании. Моя гипотеза как такие граждане выживают: в индустрии есть куча работ, где нужно не знание по существу, а просто копипаста, например для поддержки однообразных тестов в легаси проектах. В комбинации с респектабельной наружностью это работает. А вы как думаете?

#возвращаясь_к_напечатанному

И еще раз об эффективности аспирантуры. Коллеги, наша гипотеза не противоречит мнению @kedr2earth, а органично его дополняет.

"Земля, я Кедр" полагает:

"Восемь аспирантов из девяти просто купили отсрочку от армии"

Мы практически того же мнения. Просто раньше в конце такой покупки можно было сравнительно недорого бонусом получить ученую степень, потом это стало сложнее, потому что в ВАК (в значительной степени усилиями "Диссернета") малость навели порядок: позакрывали продажные советы, повыгоняли наиболее одиозную дрянь-"решал" из экспертных советов, были вынуждены аннулировать довольно много более ранних защит. Мы тогда с откровенным удовольствием наблюдали за тем, как мощно горят пуканы у всякой Великой Профессуры, которая рубила на этом баблосик, вой был колоссальный, но пацаны, как всегда, не обратили внимания на визгливое кукареканье.

Результат: раньше кандидатскую корочку можно было купить за Х рублей, после этих событий, условно, за 3Х рублей. При условии, что человек закончил аспирантуру в 25-26 лет, 1-2 года гаситься от армии можно иными способами и дешевле, поэтому "рыночек порешал" и липовых защит стало меньше. Вот и вся механика. Никакой морали, ничего личного, просто бизнес.

Ну и еще два момента, чтоб два раза не вставать.

Первое: нам в комменты пришли плакаться, что

На успешную защиту оказывает влияние совокупность огромного количества обстоятельств, среди которых упорство и умения аспиранта играют ну вот вообще не первостепенную роль.

Не отрицая, что в жизни бывает всякое, объяснять "огромным количеством обстоятельств" (с) то, что подавляющее большинство (8 из 9) аспирантов не доходят до финиша как-то ту мач. Плохому танцору, как известно, много что мешает, но не до такой же степени.

Гораздо ближе к истине:

Как начальник аспирантуры отраслевого вуза скажу, что есть три ключевые причины такого низкого числа защит. Первая и самая главная - аспирантура чудовищно раздута, ни в одной организации нет столько науки, научных руководителей и материалов, чтобы защитился весь набор поступающих. Вторая причина, нищета аспирантов. Аспиранты не живут на стипендию и вынуждены искать работу, а если человек работает параллельно, то ни о какой защите в срок и речи идти не может. Третья причина это качество аспирантов и их способность заниматься научной работой.

Попросту говоря, аспирантуру открывают там, где не надо, берут туда того, кого не надо и к тому, к кому не надо. Нищета - это часто не причина, а следствие. Да, с деньгами в науке дела обстоят не очень, но даже с учетом этого в среднем сравните две ситуации:

-аспирант - боевая единица лаборатории, научрук - хороший ученый,
-аспирант - бесполезное существо с нулевой мотивацией, косящее от армии, научруку он на хрен не сдался, а реальной научной работы не ведется,

Нетрудно догадаться, где в среднем аспирант будет получать больше денег.

Ну и второе: государство в прошлом году анонсировало наведение порядка с платным высшим образованием, а также с КЦП по всяким экономикам, связям с общественностью и прочим специальностям, известным как "в 90% случаев - продажа диплома о ВО". Самое время сделать то же самое с аспирантурой.

Помнится, в свое время ЛДПР предлагала сделать "официальный откуп от армии" - их тогда гневно обфыркали, дескать, как можно превращать священный долг гражданина в товарно-денежные отношения.

По факту значительная часть аспирантуры - это сейчас и есть тупо продажа откоса от армии в рассрочку, только еще и с кучей неприятных побочных эффектов. От вранья по поводу великого числа аспирантов, которые все, как один, будут обеспечивать Технологическое Лидерство, Импортоопережение и другие красивые слова, и до того, что в итоге наплодили кучу "тоже профессуры", которая по факту никому нафиг не нужна, потому что никакой пользы ни науке, ни стране, ни науке в стране она не приносит. Про то, сколько денег тратится на поддержание этой системы, молчим.

Так вот, ей-Богу, лучше бы сделали то, что предлагала ЛДПР. Это было бы хоть честно.

А число мест в аспирантуре можно и нужно порезать как минимум раза так в два.