В петербургском ГУ МВД отправили на металлолом старые сейфы

После их приема работники компании по утилизации немного растерялись — по информации «Фонтанки», в 20 сейфах они обнаружили 35 уголовных дел периода 1994–1998 годов, четыре пистолета «ТТ», обрез, кучу патронов, ружье и заодно револьвер марки «Агент».

Пока я тут в Москве обустраиваюсь, супруга ощущает на себе всю мощь нью-йоркского принципа «ваши дети – ваши проблемы».
Старший сын пожаловался, что не очень себя хорошо чувствует. Приехали к врачу, температура 37 (здесь и далее в понятном Цельсии, не буду любезных читателей мучить Фаренгейтом, да и сам его плохо знаю), врач уверенно говорит «Здоров!». На следующий день жене звонят из школы, медсестра, «у ребёнка сопли, забирайте!».
-А температура?
- 37!
- Нам вчера врач сказал, что это здоров.
- А по классификации департамента образования болен, забирайте!
- Но я работаю! (Ухода за детьми нет, не было и не будет. С работы не отпускают, больничных тоже нет.) У него есть разрешение, пускай сам идёт домой.
- Не положено, он болен! (Есть что-то случится, ушлые юристы вчинят иск от имени родителей городу Нью-Йорку на миллионы.) Будет сидеть в отдельной комнате на стуле!
Жена поспрашивала. Папа соседа в том же классе, может забрать.
- Заберёт такой-то.
- Не положено, его имени нет в личной карточке как доверенного лица.
- Но как же быть?
- Приезжайте, внесите его разрешение в карточку, потом может забрать.
- Подумайте, пожалуйста, что Вы сейчас сказали.
- Звоните директору!
Пока жена звонила, сосед пришёл, ребёнка выпустили, медсестра спохватилась, было поздно.
Сделают Америку великой снова!

Продолжаю придерживаться своего мнения, что Дональду Украина малоинтересна, занимается он ей по остаточному принципу, чтобы всякие линдсигрэмы от него отстали. Хотя высказал я его уже давно, неоднократно, аргументировано, мнение это продолжает оставаться непопулярным. Почтенная публика в основном продолжает приписывать Дональду свои мысли и мотивы, и ожидает то ли договорнячков, то ли срыва масок. На самом же деле раз за разом жизнь мои наблюдения подтверждает. Возьмём нынешнюю ситуацию с Венесуэлой. Видно, что «лидеру свободного мира» эта тема интересна. Нефть, деньги, внутренняя политика, пиф-паф, пальмы, сеньориты и т.д. Человек этим живёт. Или Гренландия. Вы карту видели? Остров-то ого-го! А Украина? Скучно же!

Также продолжаем убеждаться, что главное значение Дональда для истории в том, что своими действиями, вольно или невольно, он выворачивает наружу машинерию американского государства.
Например, очевидно, что государство это олигархическое. Однако кто же эти олигархи, которые правят США? Неужели все эти, с позволения сказать, соросы, безосы и прочие маски, которые изображают богачей в шоу для публики?
И вот теперь мы узнаем, что венесуэльской нефтяной индустрией у Дональда занимается некий Гарри Саржент (а, может даже, и Дональд у него), человек с занимательной биографией: служил в морской пехоте, а потом стал миллиардером. Бывает. И ещё, скромно так, приставочка: Гарри Саржент Третий.

Кажется, мы нашли самый необычный ПВЗ в России: в селе Ферапонтово Вологодской области он расположен в деревенском сарае (можете сами убедиться на панорамах).

Машины на учет в военкомат поставят

Как-то неожиданно взял и исчез с политической карты мира Сирийский Курдистан.

Представитель США в Сирии Том Баррак встретился с руководством автономии — и враз милитаризованное государственное образование площадью 50 000 км², населением в 4,5 млн человек и вооруженными силами численностью около 100 000 человек (включая отряды женского ополчения), перестало существовать. Оно передало исламистскому временному правительству Сирии под контроль территории, нефтяные месторождения и даже тюрьмы с боевиками ИГИЛ (признанной в РФ экстремистской организацией).

И всё это — под пустые обещания безопасности. О том, чего они стоят, могут рассказать алавиты и сирийские христиане.

В общем, Сирийский Курдистан слинял даже не за три дня, а за пару часов переговоров.

Притом что сирийские курды висят не в воздухе: на востоке от них расположен вдвое больший и по населению, и по вооруженным силам Иракский Курдистан, с которым они вместе совсем недавно громили боевиков ИГИЛ.

В теории 300-тысячная объединенная армия фанатиков-националистов, рожденных и всю жизнь проведших в борьбе за свободу, для этого региона является силой, не имеющей противников, способных нанести ей критическое поражение на поле боя.

Поэтому такая сдача выглядит историческим парадоксом. Как такое может быть?

Но буквально две недели назад все наблюдали за операцией по похищению Николаса Мадуро и задавались тем же вопросом: «Как такое может быть?». Год назад режим Асада рухнул за считанные дни, и ровно тот же вопрос витал в воздухе.

Однако подобные вопросы возникают лишь в парадигме исторического материализма, где каждое событие обусловлено социально-экономическими факторами.

И ступор наступает потому, что, опираясь на эту методологию, нужно как-то исхитриться и объяснить:

- почему Асад удержался в 2015-м, хотя бои шли уже в Дамаске, а в 2024-м свалил при первом же шухере?

- почему курды смогли победить в резне 2014–2015 годов, а в 2025-м всё сдали без боя?

- почему Мадуро устоял во время кризиса 2019 года, в том числе благодаря верности силовиков, а в 2025-м те же самые силовики его просто сдали американцам?

Объяснялка сломается

Думаю, поэтому пора вводить в историческую науку концепцию «звоночка». Смысл концепции такой, что тот или иной режим держится не столько благодаря объективным законам экономики или политологии, сколько из-за существования консенсуса основных глобальных игроков о его необходимости — или хотя бы конфликта их мнений. Как только возникает новый консенсус о необходимости ликвидации, поступает «звоночек»: и режим, его лидер или они вместе исчезают так, будто их никогда и не было.

При этом публично доступной рациональной причины для такого компромисса может и не быть. Узнать, на чём он был основан, удастся, возможно, лет через сто, когда рассекретят архивы. И то не факт.

Видел пост человека, уехавшего жить в США. Живущего там, судя по всему, довольно скверно. Каждый месяц он собирает подаяние, причем не донаты, а именно милостыню — вот столько надо заплатить за аренду, столько по кредитке, приму в дар каждый цент. Мы не смеемся над теми, кому тяжело, не злорадствуем, но это не значит, что не думаем и не говорим о них.

Человек этот — он был сиюминутно известным в России певцом чудовищным голосом — рассказывает историю, построенную по всем правилам многозначительной драматургии. Пишет, что пошел в в Америке в русский магазин за израильской сметаной. Там в очереди молодая девушка и восьмидесятилетний старик обсуждали насущные проблемы. Разумеется, девушка смотрела в телефон, а старик трясся от немощи и говорил дребезжащим голосом. Говорю же, законы драматургии соблюдены, полярные характеры наделены стереотипными чертами. Сошлись эти характеры в том, что раньше им было стыдно говорить, что они из России, а теперь им стыдно показывать и свой американский паспорт, когда они летят, например, в Европу. Все это из-за безобразий государственной власти.

И вроде бы, да, чувствуется, что людям нелегко. Есть у них и переживания и жалкое влачимое существование к ним прилагающееся. Но с другой стороны — какое потрясающе карнавальное у людей отношение к жизни. Мир для них — это меню, а окружающие — обслуживающий персонал, который обязан им угодить. Они выбирают в меню свою государственную принадлежность, а потом кривятся — не понравилось, принесите другую. И эта, вы знаете, не подходит. И ничего такого, что я уже три четверти тарелки сожрал и скатерть перепачкал. Меня это гражданство не достойно. Мне стыдно, что я вынужден его теперь демонстрировать.
Что там у вас еще есть? Кредиты? Несите. Да, кстати, дайте денег, чтоб их оплатить, а то мне жить негде. Нет, мне вот этот дом не нравится. Так какой еще паспорт вы хотели бы меня попросить принять?

Но самое восхитительное, что люди же действительно в подобном маниакальном неврозе могут провести всю жизнь, так и не поняв, что банкет по этому меню должен быть оплачен.

Впрочем, какая разница? Много же и другого в жизни интересного.

В спортивном клубе я в толпе затянутых лосинами женщин разного возраста ждал тренершу. Она опоздала, сообщила, что всю ночь не спала, и добавила — ну, это моя не основная работа. Вообще-то я — психолог.

Почему-то я даже не сомневался. Разве можно теперь встретить женщину, и чтоб она при этом психологом не была?