На видео строительство 7-го этапа ВСМ из Москвы в Санкт-Петербург. Можно увидеть, что уже готовы опоры будущей магистрали.

Конкретно этот участок находится ближе к Москве, чем к Санкт-Петербургу. У нас пока, в основном, только расчищают местность и переустраивают эстакады. Напомню, что первые этапы из Москвы до Твери для тестирования поездом ВСМ должны быть готовы уже в 2026 году.

#ВСМ #Строительство #Поезда

В пику одному интересному и смешному российскому левому публицисту, предлагающему читать кубинские, венесуэльские и прочие глобальноюжные газеты, на правах постоянного чтеца глобальноюжных СМИ кратенько выскажусь и позубоскалю:

Если ваш союзник — не либеральная демократия или хотя бы не условная диктатура развития, то читать эту национальную прессу бесполезно. Читать её вредно, если ваш союзник ещё и очередной бесполезный авангард антизападного сопротивления, строящий антиконсьюмеристский, высокодуховный и традиционный режим любимого всякого дугиными типа. В этой прессе вам разве что расскажут, как все хорошо, как весь народ готов в едином порыве защитить своего лидера, как генералитет грозно крутит усами, нахмурившись от вида американских бомбардировщиков. Вы будете приезжать в эту страну, и грозно крутящий усами генералитет будет вам рассказывать, что все под контролем, что все великолепно, и лучше быть может только если им ещё немного деньжат подкинут, до получки перебиться. Чаем ещё напоят, кальянчик может поставят.
Потом вы резко узнаете, что рядовым бойцам в армии вашего союзника платят до двадцати долларов в месяц, рядовым гвардейцам до пятидесяти, но узнаете уже тогда, когда вашего союзника свергнут, и его бухгалтерия окажется выкинутой на мостовые.

А ведь этого всего бы не было, если бы вы продавливали вашего союзника хотя бы на условную демократизацию, на создание хотя бы условно свободной прессы, в которой публиковались бы нелицеприятные факты о состоянии дел в ней. Ещё лучше, если бы вы способствовали демонтажу высокодуховных параллельных структур власти внутри вашего союзника, душащих частную инициативу и снижающих налогооблагаемую базу внутри страны под соусом борьбы с консьюмеризмом и бездуховным обществом потребления. Пришлось бы учиться работать с кучей информационного шлака и кучей бесполезных людей, но это лучше, чем не работать ни с чем, кроме официоза.

В общем, чтобы бороться с Западом, нужно лучшие практики этого самого Запада перенимать и самим становиться своего рода Западом. А глобальноюжную великолепную прессу, которую нам советует читать левый публицист "для понимания", я советую выписывать исключительно как подставку для освежителя воздуха в нужнике.

Однажды в январе в одной приморской стране иностранные войска пришли похитить президента.

Президент вёл неприятную политику в отношении крупной державы, которая ранее решала в его стране всё, и распоряжалась полезными ископаемыми, как её душеньке было угодно. А он взял и отобрал концессии, сука. Конечно, после таких телодвижений следовало заменить этого диктатора куда более приятной личностью.

План был прост. Высаживаемся в столице. Захватываем президента. Сбегаем. Публично судим козла.

Самолёт с солдатами приземлился в аэропорту приморской страны без помех. 90 пассажиров – с давним опытом ведения войны, спецназовцы, хорошо вооружённые пулемётами, миномётами и РПГ. Армия тропического государства, умеющая устраивать поборы с граждан под шум морского прибоя и красиво ходить чеканным шагом на парадах, столкновения не выдержала – два бронеавтомобиля были подбиты из РПГ и базуки, полиция, охраняющая аэропорт, просто сбежала. Тысячи солдат не смогли оказать достойного сопротивления нескольким десяткам заграничных спецназовцев. Отряды спецназа выехали к президентскому дворцу.

И тут случилось непредвиденное.

Президента во дворце не было – разведка подвела. Оказалось, он поменял планы, и уехал на дачу. Спецназ колебался недолго: было принято решение захватить дворец, привезти туда нового кандидата, и объявить о смене власти. Тем более, что армия приморского государства находилась в панике и вообще не понимала, что творится. Дворец тут же подвергся обстрелу из безоткатных орудий и миномётов, интервенты потребовали капитуляции.

Но спецназу не повезло.

В это время, в тропиках гостил глава МИД одной чудовищной диктатуры, и остановился он в покоях дворца. Его личная охрана + военные советники приморской армии (родом из этой же опасной нации) организовали в окнах дворца пулемётные гнёзда, и открыли ураганный огонь по иностранному спецназу. Это были не тропические солдаты с опереточным способом ведения войны – а безжалостные боевики, готовые убивать и умирать. Два спецназовца были убиты, пятеро ранены (одного из них захватили в плен). Остальные решили не испытывать судьбу, и, демократически захватив заложников из числа мирных жителей, ретировались обратно в аэропорт.

Укрываясь заложниками, они потребовали дать им вылет. Боевики гостевой диктатуры окружили аэропорт, вооружённые до зубов. Спецназовцы поняли, что будет несладко, и стали угрожать убить заложников.

Им дали улететь.

Так 17 января 1977 года в Народной Республике Бенин (Западная Африка) сорвалось похищение/убийство президента Матьё Кереку, организованное Францией при поддержке Марокко, Того, КотдИвуара и Габона. Командовал операцией «Креветка» Боб Денар, офицер французских спецслужб и профессиональный наёмник. Возможно, всё прошло бы удачно, но поклонник социализма и коммунизма Кереку очень дружил с КНДР. На момент попытки похищения у него в гостях находился глава МИД КНДР Хо Дам – его делегацию охраняли северокорейские солдаты, ветераны той самой Корейской войны. Именно эти люди, в возрасте 45-50 лет и обеспечили профессиональную оборону дворца, бегство наёмников и сохранение президента на своём посту.

После краха операции «Креветка» Матьё Кереку заключил соглашение с КНДР на присутствие в своей охране северокорейских коммандос, и военных советников для подготовки президентской гвардии. Он пережил ещё несколько попыток переворота (последняя в 1988 году), но остался на своём посту. Кереку управлял Бенином в 1972-1990 гг., разрешил свободные выборы, проиграл их. Но вернулся к власти и правил дальше в 1996-2006 гг., пока добровольно не ушёл в отставку. Он умер в 2015 году в возрасте 82 лет. Когда его упрекали за охрану из спецназа КНДР, Кереку скучно отвечал – «В Африке ты можешь доверять лишь северокорейцам. Их не купят».

Боба Денара в 1993 году пытались судить за убийство мирных жителей, но Франция его не выдала. Я брал у него интервью в Париже: и он чувствовал себя прекрасно, с улыбкой рассказывая мне о бое с северокорейцами.

Казалось бы, причём здесь недавний случай с Мадуро?

Да не, вообще ни при чём.

(с) Zотов

Главный вопрос 14 декабря 2025 года – когда отмечать 200-летие восстания декабристов.

Чисто формально, конечно, по новому стилю – 26 декабря, но кому это будет интересно перед самым Новым годом?

Поэтому давайте поговорим сегодня (сразу извиняюсь перед теми, для кого этот текст будет набором трюизмов, некоторые вещи все же стоит проговорить на большую аудиторию).

Осмысление тех событий до сих пор остается заложником государственной идеологии: сначала царской России, где значимость события принижалась, а затем советской, где ему придали совершенно иной социально-политический окрас.

Попробуем разобраться со всеми умолчаниями и аберрациями.

Сама причина восстания.

Александр I якобы создал пространство правовой неопределенности, заставив своего бездетного брата цесаревича Константина Павловича отречься от престола в пользу другого брата Николая Павловича, при этом засекретив этот важнейший документ. Почему? Официальная версия такова, что Александр любил секретики, а ещё не хотел обижать Константина.

Это всё не выдерживает критики. Порядок престолонаследия – важнейший акт в монархической системе, которая строится на тандеме монарх-наследник, где наследник общеизвестен, что исключает вакуум власти в случае смерти монарха. Константин Павлович до смерти Александра I именовался цесаревичем, то есть официально оставался наследником.

Судя по всему, никакого тайного манифеста и не было.

Константин был разведен, бездетен, женат вторым морганатическим браком, то есть, даже если бы и произвел потомство, передать ему корону не мог. Вероятно, Александр всё же собирался дать пoцарствовать Константину, после смерти которого на трон взошел бы Николай.

Почему Константину нужно было дать поцарствовать?

Между Александром и Константином – полтора года разницы, они воспитывались вместе, оба как наследники престола, что абсолютно нетипично – воспитание наследника отличается от его младших братьев (например, будущего Александра III после смерти его старшего брата цесаревича Николая спешно доучивали).

Просто Екатерина II готовила из Александра русского императора, а из Константина – императора возрождённой Византии – православной части Османской империи со столицей в Константинополе.

Византийский проект не получился, русская экспансия пошла на Запад, для Константина это был удар. И пост наместника в присоединенном Царстве Польском был плохой заменой, хотя ему там оказывали королевские почести.

Видимо, Александр собирался соблюсти историческую справедливость – дать Константину после себя взойти на императорский трон, согласно его воспитанию и изначальному предназначению.

Почему это вызвало конфликт?

Если коротко – польский вопрос. Присоединив историческое ядро Польши вместе с Варшавой, Россия получила проблему – более вестернизированные польские элиты, более развитую польскую бюрократию и более многочисленную национальную интеллигенцию. Началась ползучая полонизация государственного аппарата и образованного общества России. Что, конечно, было совершенно недопустимо; поляки, естественно, не видели себя в качестве благоустроителей России, их национальная задача заключалась в возвращении независимости, лучше за счёт ослабления русской государственности.

Поэтому возвращение Константина из Варшавы в Санкт-Петербург в качестве царя было подобно смерти – он бы привёз с собой весь свой польский двор и аппарат наместничества.

Период междуцарствия – это переговоры об условиях восшествия на престол, в том числе о положении поляков – «польской партии» в будущем окружении императора.

Очевидно, не договорились.

Ровно это и стало причиной выхода из переговоров Николая, который раскрыл тайну существования секретного манифеста Александра I и объявил себя императором.

К 14 декабря Константин всё ещё командующий гвардейским корпусом – церемониальный руководитель гвардии; декабристы фактически, даже на уровне лозунгов поддерживают своего командира и его притязания на престол, то есть играют за "польскую партию".

продолжение

начало

Из самих декабристов сначала русская политическая эмиграция, а потом и советская историография слепила образ титанов духа, но сами по себе ничем уникальны не были.

Герцен создал миф о цвете нации, вышедшем на Сенатскую площадь: о героях войны, интеллектуальной элите, даже выдающихся ученых.

На площадь вышли самые обычные гвардейские офицеры, большая часть которых по возрасту не попала на Наполеоновские войны. Никаких выдающихся ученых среди них не было, было несколько второстепенных литераторов.

Все их программные документы – просто оторванные от реальности фантазии. Как будто школьники, написали проект реформы образования: «Хотим, чтобы уроки длились по 5 минут, а перемены — по 40, и чтобы домашку отменили!»

Некоторые идеи, кажется, взял на вооружение Сталин: Пестель в своей «Русской правде» предлагал переселить народы Северного Кавказа в Сибирь, а на их земли — еврейское население империи.

И прочий шизобред, который, впрочем, на уровне деклараций соответствовал интересам «польской партии».

«Конституция» Муравьева и «Русская правда» Пестеля признавали за Польшей право на независимость.

А вот социально-политические реформы, предусмотренные в этих документах, в случае реализации разрушили бы именно коренную Россию.

В общем, это была мечта всех политических салонов Варшавы: Польша снова независимая, а Россия, погружается в пучину анархии.

Другое дело, что сочинение подобных благоглупостей в виде очередного проекта конституции для России было просто модным времяпрепровождением той эпохи, одним из видов литературной практики: кто-то писал стихи, кто-то — прозу, а кто-то — проекты по переустройству Российского государства, в этом конкретном случае - просто фантазии, основанные на очень поверхностном понимании действительного положения дел в стране.

Россия 1825 года — это всё ещё вестернизирующаяся страна европейского фронтира, система управления которой сохраняла феодально-азиатские черты. При том что в ней существовала вполне европейская армия и офицерский корпус, только что победившие в главном военном конфликте эпохи. А вот полноценного бюрократического аппарата фактически не было — на всю империю чуть менее 20 тысяч чиновников. Этого не хватало даже для управления лично свободными подданными. Освобождённая же масса крестьян просто осталась бы предоставлена сама себе: без обеспечения полицией и юстицией, не говоря уже об учёте имущества и гарантиях прав на него.

В этом смысле декабристы, конечно, были лишь формальными сторонниками прогресса, вставшими на путь вооружённой борьбы с русской государственной архаикой.

Настоящим прогрессистом был Николай I, при котором и завершились реформы начатые Петром I. Именно при Николае сформировался полноценный бюрократический аппарат, работавший по кодифицированному законодательству, и завершилась трансформация России в государство европейского типа. Благодаря четырёхкратному росту чиновничества, общему развитию государственного аппарата и законодательства и появились условия для освобождения крестьян без угрозы потери контроля над ними.

Еще один устойчивый нарратив про декабристов - жестокость наказания.

Столько слёз было пролито на бумагу исторической литературы относительно страшной расправы над героями, кровавого палача Николая Палкина. Кошмар! Дикая, азиатская Россия во всей своей варварской жути.

А вот как обстояли дела с похожими кейсами в просвещенной Европе, в тоже время, в одной из юдолей демократии – прекрасной Великобритании.

В феврале 1820 года в лондонской кофейне на улице Катона собрались 14 человек обсудить политические слухи. Разговор вертелся вокруг повышения налогов и цен, а также ужесточения репрессий. Спорщики разгорячились и объявили, что надо просто убить всех членов правительства — и дело с концом.

Среди участников дискуссии оказался полицейский шпион, который донёс на остальных. 12 человек арестовали, один был убит во время ареста.

В ходе суда двое согласились свидетельствовать против подельников и получили оправдание. Итоговый приговор: пятерых повесили, ещё пятерых приговорили к пожизненной ссылке. Шпион, кстати, в суд так и не явился. В России повесили пятерых из более чем 500 человек, привлеченных к суду за попытку государственного переворота с сотнями жертв. В Великобритании повесили пятерых из 12 — за досужие разговоры.

Но кровавый произвол и жестокая расправа — в России, а не в Великобритании.

В закрытом тг-канале «роскошный историк» рассказал про ещё один миф о декабристах – масонский заговор. (а о чём ещё в закрытке рассказывать?)

Давайте поговорим о том, как работает подрывная гуманитаристика на примере официозной в некоторых странах, и ваолне «уважаемой» повестки — пантюркизма.

Вот в этой недавно вышедшей монографии есть важная мысль: современный пантюркизм — многоуровневая схема воздействия. Причём схема не скрывается, она довольно открыто проговаривается в институтах, фондах, на конференциях и в «культурных проектах».

Похожий сюжет мы уже видели. После Второй мировой войны часть западных элит была уверена, что рецепт от новых конфликтов — максимальное размывание старых национальных идентичностей и строительство общества «многообразия». На бумаге выглядело благородно, в реальности оказалось, что просто так поменять антропологию больших обществ нельзя, побочек будет больше, чем полезного эффекта.

С пантюркизмом сейчас похожая история, только без гуманистического декора. Официальный нарратив звучит примерно так: «Мы всего лишь поддерживаем единство тюркоязычных народов, развиваем язык, культуру, историю, помогаем диаспоре не потеряться».

В монографии аккуратно показывают, что за этим «всего лишь» стоят единые учебники истории, где все сюжеты выстраиваются через оптику «тюркского мира», единые словари по экономике, военному делу, медицине — то есть набор специалистов, мыслящих в единой терминологии, обсуждение единого алфавита и синхронные переходы на латиницу, карта «тюркского мира», куда на всякий случай заходят и куски российских территорий. И всё это под крышей Организации тюркских государств, которая давно уже не про «культуру и дружбу».

Это классическая институциональная сборка идентичности. Когда людям много лет объясняют, что они — часть отдельной цивилизации со своей картой, своими героями и своим «историческим долгом», вопрос «где ваш политический центр» уже не требует особых пояснений.