Во-первых, 75 рублей за поездку в московском метро в одну, сторону сама по себе цифра красивая, особенно с учетом того, что стоимость проезда в метро уже повышали летом, и за год она всего прибавила 19%. Во-вторых, можно посмотреть, как менялась цена проезда в столичном транспорте за 20 лет, просто ради красивой же точки отсчета. Начиная со 2 января 2006, поездка в московском метро стоила 15 рублей, то есть за два десятилетия она подорожала в пять раз, на 400% или в среднем на 20% в год, такая получается транспортная инфляция в Москве. Тогда в месяц на метро москвичи тратили примерно 900 рублей, это если ездить туда и обратно каждый день по одноразовой карте, покупая сразу много поездок, конечно, было дешевле, теперь будет 4 с половиной тысячи. Но главное, как это соотносится с зарплатами, и здесь чуть сложнее. В 2006 году в столице в среднем платили работникам 15-17 тысяч рублей или примерно 500-600 долларов в месяц, деньги ещё считали в американской валюте. Я хорошо помню те времена, тогда это была обычная нормальная зарплата в Москве. В те годы не считали медианные доходы, то есть зарплаты на границе между теми, кто получает больше определенного уровня и меньше, считается, что это значительно ближе к реальным доходам. В этом году средняя зарплата в Москве, если верить хорошо запомнившемуся заявлению Сергея Собянина, 160 тысяч рублей, медианная, по данным "РИА Рейтинга" около 110. И если все-таки брать последний показатель, то получается, что москвичи, как тратили 20 лет назад на проезд в среднем 5% доходов, так и будут тратить. Можно это трактовать как стабильность, а можно как-то, что именно с точки зрения транспортных расходов, жизнь москвичей не подорожала, но и не подешевела. При этом ездить в столичном общественном транспорте теперь все-таки комфортнее, но и цифры стоимости проезда параллельно становятся все более красивыми.

Андрей на автомобиле BMW X2 летом 2023 года поехал в отпуск в Европу. Границу России, Эстонии, Латвии пересек свободно – остановили его, когда он сошел с парома в немецком Травемюнде. Рассказывает Андрей:

«Машину не просто так забрали, а завели уголовное дело по статье "Нарушение закона о внешней торговле". Вменяли мне, что я хотел свой автомобиль продать в Германии. Первая инстанция меня оправдала, прокуратура подала протест, а в Германии всё это очень долго, и всё это растянулось на 2,5 года. Потом уже присоединилась и генпрокуратура Германии к этому. Она требовала 2 года условно, плюс штраф 1 300 € и забрать автомобиль. Но почему-то отказалась от своих намерений подать жалобу на последнее решение суда. Мне позвонила адвокат, говорит, что ей только что сообщили с таможни, что приезжайте за автомобилем, мы вам его вернём. До конца я не верил, что мне его отдадут. Но судья попался очень адекватный. Прокуратура напирала на то, что я должен был узнать перед тем, как поехать в Евросоюз, что на этом автомобиле вообще с российскими номерами нельзя заезжать на территорию ЕС. А вопрос возник - где я должен был это узнать? Потому что конкретно нигде это не написано»

Информация о том, что в ЕС нельзя было въезжать на машине с российскими номерами, действительно нигде не было четко прописана. Были сведения, что ввозить нельзя именно с целью продажи, но про ввоз для личного использования – конкретики не было. Можно заметить, что по мере апелляций генпрокуратура ФРГ переквалифицировала статью, но и с «планом Б» тоже ничего не вышло, говорит адвокат, управляющий партнер AVG Legal Алексей Гавришев:

«История показательна: немецкие власти сначала пытались довести ситуацию под прямое нарушение санкционного эмбарго, где действительно запрещен ввоз автомобилей с российскими номерами, но проблема в том, что сама норма написана расплывчато, и немецкому суду было нечем, что называется, её просто добить. Там нет ни критериев, ни процедуры уведомления и даже чёткого разграничения: личное использование или коммерческая цель. На этом правовая конструкция у них и рассыпалась. Эмбарго требовала от гражданина какого-то там знания (непонятно откуда он должен был его взять) о запрете, которого просто не существовало ни в публичных разъяснениях, ни на сайте таможни, ни в нотах ЕС, поэтому обвинение переехало на запасной вариант, как «нарушение закона о внешней торговле», то есть как намерение продать автомобиль в Германии. Но здесь получается, что они тоже не доказали намерений продать. Ни реальных действий, ни сделок, поэтому оправдание было в данном случае абсолютно закономерным»

В такую ловушку тем летом 2023 года попал не только Андрей: мы рассказывали о нескольких случаях. Дело, вероятно, не станет прецедентом, вряд ли суды ЕС
захотят афишировать, что в их санкционном законодательстве есть лакуны, но опираться на него в других судах адвокаты точно смогут.

Сейчас Андрей намерен подать иск, чтобы ему компенсировали все расходы на суды, издержки на передвижение, и на ремонт автомобиля – спустя 2,5 года вынужденной парковки в таможенном ангаре ФРГ ему понадобилась замена аккумулятора. Юристы уверены, что все у Андрея получится – немцы обычно исправно платят компенсации.