И о USAID. То, что это агентство в т.н. «святые 90-е» не просто чувствовало тут себя как дома, а имело режим фантастического благоприятствования – те, кто постарше и у кого память хорошая, прекрасно знали ещё тогда. Иное дело, что именно тогда любой разговор на эту тему либо начинали высмеивать: «А-ха-ха, вам как совкам при Сталине везде шпионы мерещатся, а-ха-ха», либо тупо затыкали рот. Цензура (которая формально запрещена по Конституции) в ельцинские времена лихо гуляла нагаечкой по спинам СМИ. Я помню, как Татьяна Юмашева в своём ЖЖ лет 10 назад рассказывала сказки, мол, главное достижение её отца – это то, что он дал России свободу слова и никого за это не репрессировал. Да-да, конечно. У покойного Кости Крылова были как-то воспоминания о том, как эта ельцинская цензура лютовала, а ему видней.

Но речь о USAID. Говорю сразу: история подлинная, но место и фамилии я опустил. Человек этот живой, но лишней славы не ищет.

Во время одной из командировок я разговорился с дипломатом нашего посольства в стране N. Он поинтересовался, дескать, фамилия у вас, нечасто встречающаяся, вы, мол, не родственник – и называет ФИО моего отца. Родственник, говорю, и самый прямой, это, говорю, папенька мой. Дипломат обрадовался, о, говорит, а я вашего отца хорошо знаю, работали вместе долгое время. Он всё там же, в Министерстве по налогам и сборам? Да нет, говорю, на пенсии уже. И на лице у меня явно написано изумление, поскольку отец к МИДу никогда отношения не имел – и знакомств среди дипломатов у него точно не было.

Дипломат улыбается, говорит, ну я не из МИДа, я из несколько другой организации. Просто в [называет годы] действительно знавал вашего отца и действительно мы вместе работали. Да и вас, говорит, я припоминаю, пару раз видел, когда вы к нему на работу заходили. Я вежливо отвечаю, что, мол, к сожалению, вас я не могу вспомнить, уж простите. А это нормально, улыбается дипломат, это как раз необязательно. [А лицо у него, да, абсолютно непримечательное, отвернёшься и забудешь, ну при его роде занятий это нормально].

Я любопытствую – а что, дескать, вы там делали. Да так, отвечает, обеспечивал защиту нашей налоговой системы, в смысле не министерства, а того, о чём говорится в НК РФ. Даже потом медаль получил. И рассказал несколько эпизодов, напрямую связанных с деятельностью некоторых американских структур, которые изо всех сил старались внести разные предложения в наши законы, касающиеся экономической деятельности. И налогов тоже. Назвал пару депутатов, которые были на полном содержании этих структур. И пару имён из правительства (не первого ряда, но всё же). В общем, говорит, вы отцу передавайте горячий привет, помню его, и помню исключительно хорошее. Визитку свою мне дал, если что, говорит, обращайтесь.

Вернувшись в Москву, я рассказал отцу об этой встрече и поинтересовался, кто, мол, и что, мол? Отец призадумался, и говорит: ты знаешь, точно, через кабинет от меня, рядом с курилкой сидели два этих товарища, этот вот и ещё один. Милые люди, спокойные и обаятельные. И, надо ж, говорит, никогда бы и не подумал, откуда они.

Это всё к чему. К тому, что USAID занималось не только влиянием на общество через разные НГО/НКО, но и вот такими делами. К нашей налоговой системе есть много вопросов, и оправданных, но то, что она не скатилась в откровенную колониальную схему «вершки и корешки» – есть заслуга таких вот непримечательных людей. Именно с их подачи в 2012 USAID тут перекрыли кислород (к сожалению, до конца выжечь не получилось, слишком уж глубоко метастазы проникли).

А так, да интересное было агентство. В том, что в России в первой половине 1990-х огромное количество молодёжи «тащилось от Америки» – его заслуга. [Звучит песня группы «Наутилус Помпилиус»] «А мне здесь нравится. В Америке вся сила мира! В деньгах вся сила, брат. Деньги правят миром, и тот сильней, у кого их больше».

P.S. Самая, наверное, засекреченная страница в истории USAID – это деятельность в Руанде до 1994 г. Подлинная история, вероятнее всего, не будет раскрыта никогда.

(холодно) специально для дебил_ок и бестолков_ок из непонятного издания:

— в Руанде в ходе геноцида было уничтожено более миллиона человек;
— статистика показывает, что в ходе геноцида погибло гораздо больше мужчин чем женщин;
— делать акцент на половой принадлежности жертв и извращать смысл (более 800 тысяч представитель_ниц) только ради продвижения феминистской повесточки — скотство, выходящее за пределы понимания любого разумного человека.

В начале СВО Еврокомиссия запретила поставку в Россию стиральных машин под тем предлогом, что российская оборонная промышленность вытаскивала из стиральных машин чипы и вставляла их в ракеты.
Сейчас читаю новости о том, что в Нидерландах был захвачен завод китайской компании по производству чипов, китайцы отказались поставлять на этот завод редкоземельные металлы, завод прекратил производство чипов, в результате чего производство концерна «Фольксваген», который эти чипы покупал, может остановиться.

Инженеры и сотрудники «Фольксваген»!
Пора организовывать набеги на заводы по производству стиральных машин «Bosch» и «Siemens».
Там есть чипы.
Много чипов!

Знаменитый бериевской школы управленец Зарап Зарапетян в начале семидесятых попал в серьезные тиски между комиссией партийного контроля и минсредмашем.
Его сняли с должности руководителя Навоийского горного комбината, направили в Москву дожидаться решения Прокуратуры СССР по вопросам его злоупотреблений.
И вот сидит товарищ Зарапетян в своей московской квартире и не ждет от жизни ничего хорошего: чем заканчиваются такие резолюции он прекрасно знает.
И в один прекрасный день видит он из окна своей квартиры черную «Волгу».
Все - думает - отсвистели донские соловушки. Сумка давно собрана, в конце концов, а что мне сделают, в Норильске я работал, уран добывал, живы будем не помрем.
Звонок в дверь.
На пороге двое.
- добрый день товарищ Зарапетян. Мы к Вам от товарища Келдыша. Он хотел бы с Вами поговорить. У Вас будет время проехать с нами… не беспокойтесь, обратно мы Вас доставим в лучшем виде.
Привозят Зарапетяна на Ленинский проспект и ведут его прямиком в приемную Президента Академии Наук СССР Мстислава Всеволодовича Келдыша.
Приглашают в кабинет, секретарша приносит чай с сушками, хозяин кабинета выражает радушие и интерес.
После короткого политеса Келдыш переходит к делу.
- Уважаемый товарищ Зарапетян! Нам рекомендовали Вас, как опытного строителя особо важных государственных объектов страны
и мы хотели бы Вам предложить - возглавить строительство не менее серьёзных, секретных, объектов для научных исследований в системе Академии наук.

Зарапетян с удивлением смотрит на Келдыша - он что, не в курсе про Прокуратуру и КПК? Затем набирает воздух в легкие, выдыхает и говорит:

- Товарищ Келдыш! Я бы с удовольствием согласился, но меня недавно освободили от занимаемой должности за серьёзные недостатки в работе.
Меня обвинили в том, что я грубо обращаюсь с подчинёнными, не согласовываю свои решения с коллективом, требую неукоснительно выполнять свои указания ...

На лице Келдыша появляется радостная улыбка.

- Товарищ Зарапетян! Прекрасно!
Это то, что надо!, именно таких работников у нас и не хватает!!!

Через некоторое время на карте Московской области появился город Троицк.