Западная границы Польши проходит по рекам Одер и Нейсе. С одним примечательным исключением в районе г. Щецина (см фрагмент карты Западно-Поморского воеводства). 1️⃣

Сталинский план провести границу по Одеру-Нейсе не всем союзникам был по душе. Одним из противников этой идеи оказался Черчилль. К лету 1945 Польша была освобождена Красной армией, и законной властью в стране всеми союзниками было признано Временное правительство национального единства, а польское правительство в изгнании, всю войну сидевшее в Лондоне, уже не значило ничего. У Англии не было рычагов влияния на создававшуюся новую Польшу, и Черчиллю оставалось только брюзжать: мол, Польша получает на западе гораздо больше, чем потеряла на востоке – и четверть пахотных земель Германии, и промышленный потенциал. Впрочем, и сам Черчилль, переставший быть премьер-министром, значил уже несколько меньше.

В идее границы по Одеру-Нейсе была одна недосказаность. Дело в том, что город Штеттин, недалеко от устья Одера, лежит на обоих берегах реки, но преимущественно на левом, «немецком». Карта 2️⃣ показывает границы города на 1939 год. О том, что Штеттин будет польским, Сталин заявил в Потсдаме, а несколько спустя была проведена окончательная делимитация границы 3️⃣. Вместе со Штеттином Польша получила порт Свинемюнде.

Второй любопытный отрезок этой границы – на самом юге, так называемый Турошувский выступ (worek Turoszowski – буквально «мешок») между чешской границей и Нысой Лужицкой 4️⃣. Значительную часть выступа занимает огромный буроугольный разрез, поставляющий топливо для Туровской ТЭС. Она обеспечивает 5-6% генерации электричества в Польше и является одним из крупнейшим в Европе эмитентом парниковых газов. Но ничего, пыхтит себе.

Эффект заниженных ожиданий всегда работает. А мои ожидания от Ульяновска занизил не кто иной, как сам Варандей, написавший в 2009 г.:

Ульяновск - самый, пожалуй, странный из областных центров Поволжья. Никому из путешествующих особо не нужный сейчас - и главная достопримечательность Поволжья лет 30 назад. Город, где погибли все храмы - но прекрасно сохранилось деревянное зодчество. "Красная Мекка" с огромным Ленинским мемориалом. Город на двух берегах Волги, где спокойно можно простоять 2 часа в пробке на мосту.

Вообще, для меня посты Варандея – мастрид перед поездкой в любой город России (а также бывшего СССР). Он максимально дотошно разбирает историю, архитектуру и городские мифы, так что для собственной поездки почти всегда достаточно ужать его материал до того объема, который сможешь переварить. И, кстати, его тексты про Ульяновск этому критерию полностью соответствуют (по крайней мере, в том, что касается исторической части города, но именно она нас и интересует). А настроение – дело наживное. (Подсказка: для того, чтобы настроение было хорошим, путешествовать по центральной России нужно летом).

Но дело не только в погоде. За 14 лет Ульяновск изменился, сильно и к лучшему. Многое из того, что написано у Варандея, уже просто неактуально, но главное – то, в чем заключается его историческая ценность и оригинальность – осталось в силе. Вряд ли город станет главной достопримечательностью Поволжья, как «лет 30 (теперь уже 40) назад, но, безусловно, он будет заново открыт туристами, как были открыты Плес и Нижний Новгород. А пока он не открыт, можно наслаждаться преимуществами «алмаза неограненного», живя, например, за сущие копейки в главной гостинице города с фантастическим видом на Волгу (но без горячей воды, хехе).

Вот с Волги и начнем. Именно здесь, после создания Куйбышевского водохранилища, она необычайно широка: до 30 км. Это создает потрясающий эффект, который, к сожалению, не передать фотографией с телефона. Придется включить воображение.

#Ульяновск

Популярный миф об Ульяновске – «там ничего не осталось». И именно поэтому вдвойне радуешься, когда видишь, чтó все-таки осталось. Сейчас будет не про Ленина и его заповедник, нет. Разглядывая таблички на самых красивых домах города, быстро выучиваешь две фамилии: Шодэ и Ливчак. Два архитектора, творчество которых связано именно с Симбирском, у каждого неординарная биография. Август Шодэ – французский подданный, родившийся в Одессе, строил дома в эклектических формах, а лютеранскую церковь – как полагается, в неоготическом стиле. В отличие от православных храмов, ей повезло в советские годы, и она является единственной сохранившейся церковью в исторической части города. Федор Ливчак – сын галичанина-русофила Осипа Ливчака, перебравшегося из-за преследований австрийских властей в Россию, строил в стиле модерн. Оба архитектора бежали с Белой армией на восток и умерли от тифа в 1919 г. в Омске.

Применительно к этой подборке в общем и целом работает правило «видишь эклектику: Шодэ, видишь модерн: Ливчак».

#Ульяновск–