со мной печаль.
печаль будет вечной.
невыносимо. невыносимо.
тоска собачья на лице человечьем.
сердце горит Хиросимой.

смотрю на себя сквозь тоску.
спрашиваю: кто ты?
кто ты?
падают слёзы со скул,
как подбитые
самолёты.

быть со всеми,
но быть одиноким.
мазать мысли по грязным страницам.
безхребетье картавит строки.
разбуди меня.
мне это снится.

дуракам и Иудам жить легче.
сбросив крест, станцевать и спеть.
время - щедрое. время - всё лечит.
ведь в конце его
будет смерть

(с) Marshak

я буду приходить к тебе во сне - трофеем в необъявленной войне, невыбранной дорогой в горизонт, твоей душой, не предававшей зов. и будет сон и сладостен, и свят - как будто все вокруг тебя не спят, и чувствуют, и смотрят из глубин, как будто ты вовеки не один. и будет сон - держать его, держать, как будто здесь не пролегла межа, как будто нет того, что наяву - не плачу, не жалею, не зову.

сон будет свят, но сон не будет жизнь, и встанут огневые рубежи, рассветные вершины до небес, граница мира на пути к себе. сон будет ясен и необратим - иллюзия того, как мы хотим создать иное, выйти за предел. сон будет всем, а после будет день.

и этот день с отчаяньем Христа расставит всех по мерам и местам, поставит крест и освятит межу.

проснешься ты. и я - освобожусь.

(с) Кот Басё

наброски в карандаше:
мой единственный друг отшельник
и любовник-шельма

обведу фломастером
чтобы вышло как будто фотка
идиоту мало нужно для счастья
или это я идиотка

так выпали кости — один, два, два
что-то еще там понахимичили
и получилась я, садовая голова
с торчащими из пластилина спичками

ты вышел лучше, типа «герой в плаще»
типа выше этих мещанский вещей
типа герой-кощей, воплощение смерти,
но только для Василисы

а твоя в чём смерть покажи мне список

я старательно осваиваю акварель
глупо помыкаемся — и апрель
какой-то отель, вытертый коврик, стойка
ради этого ждали столько?

краски меня не слушаются и текут
глупая бумага рвётся, терпенье не помогло
научи дурака молиться, покажи дураку
потому что именно так и надо — отбить весь лоб

закрашу всё это наверное

в рисовании я слаба
буду лепить кувшины или пристроюсь в хор

а ещё лучше — выучусь
играть в слова

только подходящие для скраббла
а не стихов.

(с) Ананасова.

я мечтаю остаться с тобой
за порогом обыденной серости,
не бежать за безликой толпой,
видеть в мире не мерзость, а прелести.

я мечтаю с тобой видеть суть,
не бояться прилюдно быть странными,
без раздумий отправиться в путь –
впечатляться далёкими странами.

посмотреть на горбатых китов,
понырять на Пхукете со скатами,
в Самарканде поесть вкусный плов,
в Гуанчжоу познакомиться с пандами.

поселиться в забытой глуши,
на веранде читать Рэя Брэдбери,
перед сном чан вина осушить
и не думать, полезно ли, вредно ли.

затеряться в зелёных лесах,
в тишине первозданного пения.
в мелочах находить чудеса.
я люблю тебя,
с днëм рождения.

(c) Валерия Пандора

 в этой чертовски прекрасной жизни проще всего (к сожалению) разменяться и разменять. Самого себя - на никчёмную пародию личности; глубокие и крепкие чувства - на страхи и сомнения; таланты и мечты - на деньги и следование общественному мнению.

проще всего поддаться неистовой панике и обезумевшей толпе, которые, конечно, гораздо лучше тебя осведомлены о твоём же пути : всем известно, когда тебе нужно жениться/куда поступать на учёбу/чем заниматься и куда приложить усилия (запомни : то, чем ты занимаешься сейчас - это полная херня конечно же, с общей точки зрения)

и мы слушаем. перевоспитываемся. бежим за всеми без оглядки на собственные желания/хотелки/воззрения. нажимаем на себя/перетягиваем вены/спешим никого не разочаровать и выстроить жизнь в линейной классической хронологии. быть может - нам это не надо; но некогда послушать самого себя, шарик же крутится !

а потом, по прошествии обычно множества лет, мы так тихонько, украдкой, - озираемся назад и... ничего не понятно. ничегошеньки там нам непонятно - и как семья кривокосо выстроилась, и как отучились на дичь лютую какую-то - просто пойдя за одноклассниками например, и как мечты наши так и остались лежать скромно на пыльных антресольках дома нашего детства, и, короче, - зачем жили то, чего ради ?

не смотрели в глаза любви, не слушали винил своей души, не искали гласа сердца, - лишь медленно / чуть быстрее карабкались по этой чёртовой прямой и красивенькой линии.

тут наступает самое интересное. в какой-то момент Вселенная даёт разлом Пространства для возможности крутых поворотов. примешь ли ты их на этот раз ? ...

#осутивминуте

Лиля Борн-Храмова

а с кем мне прощаться, кого провожать? -
это яблоки
гниют под деревьями в старом совхозном саду,
и запах их терпкий, сквозь августа холод проявленный,
лишает ума и качает беду.

и кажется: где-то давно, словно на карусели,
лечу через сад, и прозрачно его вещество:
гниющие яблоки, дождь предосенний,
и только немыслимый свет сквозь него.

(с) Анна Долгарева

разбуди меня в сентябре:
мне все время хочется спать.
у меня под окном, во дворе
листья начали умирать.

разбуди меня тишиной,
той, что эхом стоит в ушах!
у меня на душе покой —
стрелки замерли на часах!

разбуди меня криком птиц,
тех, что стаями мчат на юг.
среди глупых, красивых лиц
затерялся мой верный друг.

встала на ноги — вам в упрек,
тем, что славили мою боль.
моя молодость мне в урок
подарила другую роль.

от ограды и до дверей,
мне бы, сонной, до-танцевать.
разбуди меня в сентябре:
мне все время хочется спать.

(с) Ах Астахова

и пока кто-то ищет себя, разрезает гранит, разбивает нимб,
я потерян в сухих корешках имбиря и книг, окунаюсь в нил,
не спешу выплывать. так приветственно мягок тот,
кто меня пленил:
это желтая лампа, спокойные треки, стол,
грозовые дни

это время ветров, но нисколечко ими не сдавлен, не околел:
здравствуй, сущность моя, дорогой лабиринт минотавра,
норвежский лес
здравствуй, осень. я вновь обретенный,
потемки, холод — мой парадиз.
[хочешь встретить себя?
глубоко
всесторонне
безвыходно
заблудись].

(с) шесть демонов мэйю

надо досмотреть, надо обязательно досмотреть, - слышишь?
этот город, эти цветные крыши
этот пульс под твоей ключицей, когда я тебя обнимаю
на виду у крыш на балконе в начале мая
этот стрижиный вжик мимо нас в июле,
когда все уже выспались, а мы ещё не заснули
но зато переполнились разговорами и вином,
показав друг другу уязвимое своё дно
эту матовость дымки сентябрьским ранним утром,
будто созданной для того, чтоб ты обратился внутрь
себя и увидел там тонкое и живое
этот солнечный луч, этот запах хвои,
эти волны среди камней, этот чёртов песок в ботинках
наши милые глупости, мои стихи и твои картинки
этот снег под лыжами, включающий восторг у тебя в глазах,
мою злость на холод, один на двоих рюкзак,
автострады, хостелы, скабрёзничанье в потёмках
господи, запиши это все на небесную кинопленку
чтобы, когда мы станем взрослые и большие,
эти кадры умиляли нас и смешили,
возвращая туда, где жизнь состоит из дурачиться и целоваться
если это кино нам снится, давай договоримся не просыпаться

(с) Катерина Билибина

плевать на стойкий болевой синдром,
на развенчание чьего-то идеала,
но никогда — на тех, кто был, как дом,
над вечным хаосом под звёздным одеялом.

(с) максим дубровский

осень крадётся, так осторожно
мир погружая в глубокий сон.
счастье лишь только тогда возможно,
если находишь его в простом.

как же увидеть его, простое,
то, что подчас не узреть глазам?
хочешь поспорить? / лучше не стоит /
с тем, то что счастье – и тут, и там.

кот хулиганит – ловятся мыши,
возле крылечка цветут цветы.
начался дождик – дома есть крыша,
что не жалеет для нас теплоты.

ужин на кухне, близкие рядом
вечером звёздным легко дышать.
часто достаточно только взгляда,
чтобы в моменте счастливым стать.

© майя агаева

преющие яблоки в саду,
вечер, уходящий в пустоту,
открывают взгляду те пределы,
за которые душе не перейти.
только ветер листья бередит —
там, где раньше соловейка пела.

гаснут москворецкие огни.
осень пересчитывает дни,
подменяет данность ожиданьем.
воздух распирает от воды.
неизбежность кажется простым
и необходимым оправданьем.

в тишину распахнуто окно.
на повторе крутится кино:
чёрный кадр, белый. снова чёрный.
и уже не думаешь, что вдруг
сможешь разорвать порочный круг.
чествуешь сентябрь — какой по счёту.

колется точёный мелкий дождь,
и по телу пробегает дрожь:
все сюда вели меня дороги.
сумерки. пустые небеса.
прелых яблок полон дивный сад.
и молчат забывшиеся боги.

(с) Maria's Mirror | литература

 очень хочется спать, здесь бессильно даже яркое пламя свечи,
струйки разума капля за каплей растекаются в тёмной ночи.
на кровати валяется тело, изнурённое тело моё,
а вокруг осмелевшие тени мутят тёмное дело своё.

очень хочется спать, невозможно заключить это чувство в слова.
на заснеженной на гильотине неподвижно лежит голова.
тишина, только полый желудок недовольно хореем рычит,
белый шум растекается в венах, да усталое сердце стучит.

очень хочется спать, ниоткуда раздаются в башке голоса:
"замолчи", "обернись", "красный ветер", "этой ночью падут небеса".
и картинки под веками пляшут, словно пьяная стая чертей:
белый волк, окровавленный череп, горизонт из горящий полей.

очень хочется спать, и забыться, и нырнуть в исцеляющий сон,
от всего, от всего излечиться, чем живой человек заражён.
чтоб ни мыслей, ни воспоминаний, никаких омерзительных чувств:
только ночь, только чёрное небо, и сознания лакомый хруст.

наконец-то уснул, злые тени насмерть сделали тёмную мне:
всё исчезло, погасло, затихло на людской беспокойной Земле.
и остались вокруг только стены, почерневших четыре стены,
пустота между ними, а сверху безмятежные мягкие сны.

(c) Леопольд Баттерс Стотч.

ты страшнее всех в мире бестий, я холодным ветрам подруга.
как легко разрушаться вместе. как непросто чинить друг друга.

ты твердишь, я всегда угрюма. я твержу, ты злодей спесивый.
мы стоим средь обломков трюма и латаем их.
криво. криво.

я несу тебе одну розу. на устах — ни гюго, ни мата.
мои руки давно в занозах, твои руки давно в стигматах.

я юна. ты безбожно молод. пощадите нас, бога ради...
когда ночь растерзает город, мы помчимся по автостраде:

просто женщина и мужчина, друг пустынь и зимы подруга.
утром — горестно, без причины станем долго ругать друг друга.

но зато мы не знаем лести. нагота украшает души.

чиним, чиним друг друга вместе,
чтобы позже опять разрушить.

(с) caritia aeternitas.

art by milkremee

проведи меня по камешкам вдоль реки
я запомню нежность твоей руки
я запомню трепет твоих ресниц
оберег серебряный у ключиц
проведи меня по памяти без прикрас
не боясь и влажных не пряча глаз
я найду там мир и найду войну
окунусь в твой свет и твою же тьму
проведи тайком меня в свои сны
по тропинкам сумеречным лесным
подари мне жар твоего костра
чтоб ожог расцвел на губах с утра
проведи меня, как Ванюшку-простака
замани в кудрявые облака
научи смеяться по пустякам
рисковать да без оглядки, на дурака
проведи меня по ниточке между слов
потанцуй по строчкам моих стихов
сердцем беспокойным меня коснись
проведи со мной, пожалуйста, эту жизнь

(с) Катерина Билибина