Главный секрет нейминга, о котором редко говорят клиентам

В конце 60-х компания существовала компания, которая называлась Blue Ribbon Sports — дистрибьютор кроссовок, без особого брендингового лоска. Сейчас мы знаем ее как Nike.

Так вот. В момент, когда бизнес начал расти, стало понятно: нужно новое имя. Настоящее. Большое.

Основатель, Фил Найт, был в восторге от варианта Dimension Six. По-русски: "Шестое измерение".
Наверное, звучит футуристично. Почти как sci-fi. Почти как стартап из параллельной вселенной. Но это дичь какая-то...

И команде имя не нравилось. Оно казалось странным, абстрактным, слишком «космическим» и вообще непонятным.

В последний момент сотрудник компании, Джефф Джонсон, предложил другое имя — Nike. По легенде, оно пришло к нему во сне — в честь греческой богини победы.

Никакого восторга этот вариант не вызвал, но был всяко лучше Dimension Six.

Короче, решили: пусть будет оно. Других вариантов все равно особо нет.

Никто тогда не думал, что это станет одним из самых сильных брендов в истории.

И это важный инсайт. Новые и непривычные имена часто вызывают внутренний дискомфорт — но именно они со временем становятся нормой.

Итог

Название — это не магия.
И не просто звук.
Это стартовая точка, а не финал.

Нейминг — это 10% выбора имени и 90% того, что вы с ним сделаете.

Продукт, смысл, коммуникация и консистентность важнее, чем «идеальное слово».

ВСЁ!

Это 20-й день марафона фактов про нейминг из 20. УРА, Я ЗАКОНЧИЛ!
Через пару дней подведу итоги.

Открывающая сцена предстоящих Олимпийских игр сделана в стиле стоп-моушн анимации

Но здесь как будто есть прикол в том, что вся вот эта эра ИИ-слопа супер подняла ценность вот такого сложного головоломного продакшена. Такой контент становится крафтовым, а оттого более интересным

Чуть-чуть продолжу тему выше.

К вопросу, почему некоторые миллениалы из коментов (на самом деле, там 1 коммент) не чувствуют подобного тренда

Главные потребители этого блестящего безумия — зумеры и альфы. Те самые люди, которых во времена расцвета Пэрис Хилтон еще даже в проекте не было. У психологов для этого есть красивое слово «анемоя» — тоска по времени, в котором ты никогда не жил.

И зумеров можно понять. Будущее пугает. Там нейросети отбирают работу, экономика кашляет, пандемии сменяются кризисами, а думскроллинг выжигает остатки дофамина. И это сейчас, а чего дальше-то будет. Мне лично как-то не хочется даже об этому думать.

Так вот. В нулевые ж всё было иначе. Это была последняя эпоха великого техно-оптимизма. Интернет казался уютным местом для друзей, а не местом запретов и опасностей.

Поэтому стразы, микросумки и пайетки сегодня — это не безвкусица. Это бронежилет от тревожности. Мы кутаемся в прошлое, как в психологический плед.

Давным-давно, когда доллар был по тридцать, а деревья выше, я решил научиться делать сайты. Тема была не важна, нужен был полигон для тренировки. И тут мне на глаза попалась статья «Тренды, которые захватят мир в 2013 году» Или как-то так. Среди прочего там упоминалось некое «крафтовое пиво». Тема понятная. Интересная.

«Опачки, свободная ниша! Запилю контент сейчас, а когда тренд докатится до нас, у меня уже будет готовый, прокачанный сайт. Буду королем горы». Так я подумал.

И, собственно, сделал, запилил. Пописал туда немного и… забросил. Мне показалось, что ничего не происходит, тема «не летит», а ковыряться впустую надоело и вообще, я ленивый идиот.

Так вот.
Оглянитесь вокруг. Крафтовые бары сейчас в каждом подвале, пивоварни растут как дипфейки в Тиктоке. Рынок огрооомнейший. Мой сайт сейчас стоил бы как крыло от самолета. Но я его забросил, потому что тогда не умел работать с трендами и ждал мгновенного взрыва.
Я решил закрыть этот гештальт. Ближайшее лето я объявляю сезоном штурма трендов. Буду учиться их выявлять, анализировать и тестировать на прочность прямо здесь, на ваших глазах.

Вот моя дорожная карта, как я буду это делать (и как это можете делать вы)

Номер уно. Ловить «слабые сигналы». Самая сложная, наверное, история. Тут надо пытаться идти в место где еще тихо и нет маркетингового шума:
- Нишевые обсуждения, каналы. Реддит, Твиттер. Я не знаю... Пикабу...
- Микроблогеры и крошечные творческие аккаунты. Нишевые ребята. Нишевость же как раз в тренде
Маркер тренда. если одно и то же странное слово, визуал или привычка повторяются в 3-4 несвязанных между собой местах — это оно.

Номер дос. Четыре слоя анализа. Чтобы понять, жизнеспособен ли тренд, я буду смотреть на него через 4 фильтра:
- Язык. Есть ли какие новые мемы и словечки появляются? (Они всегда идут впереди продуктов).
- Визуал. Аналогично — появилась ли какая эстетика ?
- Поведение. Какие новые бытовые «лайфхаки» и сценарии используют люди?
- Контекст. Наверное, ключевое. Какие изменения в экономике или технологиях подталкивают этот спрос?

Номер трес. Алгоритм прогноза
Собираем сигналы, группируем по темам, проверяем по разным источникам (чтобы соцсети нас не обманывали)
Далее строим 3 сценария (быстрый взлет, нишевая история или затухание). Если интерес растет волнами, а не разовым всплеском — тренд живой.
В общем, погнали. Лето обещает быть аналитическим.

Пару месяцев занимался генерацией UGC-контента для одного дорогого дейтинг-сервиса. Задача была конкретной - пилить персонажей в стиле "олд мани".
Я неделями бился с промптами, выстраивал свет, подбирал текстуры и этот чертов липсинк. Пытался вдохнуть жизнь в эти лица...
И вот проект сдан. И вжух! От "олд мани" ничего не осталось. Все, тренд на помойку.

Что это за дичь и почему вообще такое
Маятник вкуса так резко качнулся от идеального порядка к полному хаосу.
Чтобы это понять, нужно отмотать время в 1960-е годы, когда в архитектуре разыгралась драма, определившая современную культуру.

Тогда главным на сцене был великий модернист Людвиг Мис ван дер Роэ. Он строил безупречные стеклянные коробки и исповедовал принцип "Less is more" (Меньше значит больше). Мис верил, что роскошь — в чистоте линий, качестве материалов и жесткой дисциплине. Никакого декора, никаких лишних деталей. Архитектура должна быть идеальной логической системой.
"Тихая роскошь" и "олд мани" 2023 года — это чистейший Мис ван дер Роэ. Это закрытый элитарный код. Одежда без логотипов, матовые поверхности, серые стены лофтов.

Этот стиль сообщает окружающим: "Я настолько состоятелен, что мне не нужно кричать об этом. Меня поймут только свои".

Но у этой эстетики есть побочный эффект — она требует колоссального напряжения. В ней нельзя ошибиться, нельзя быть нелепым, нельзя расслабиться. Именно поэтому мои сгенерированные персонажи казались неживыми — в них не было права на случайность.

Реакция на эту удушающую правильность была неизбежна. В тех же 1960-х архитектор Роберт Вентури посмотрел на безупречные здания Миса и выдал историческое: "Less is a bore" (Меньше — это скука).
Вентури провозгласил эпоху постмодернизма. Он вернул в дизайн иронию, яркие цвета, нелепые формы, дешевые материалы и поп-арт. Он считал, что архитектура должна общаться с людьми на понятном, живом языке, пусть даже этот язык кажется вульгарным академикам.
И вот эстетика "Brat", которая сейчас и актуальна — это триумфальное возвращение Вентури. Кислотно-зеленый цвет, размазанная тушь, дешевые пиксельные шрифты, мятая одежда и леопардовые принты. Это сознательный бунт против вылизанных интерьеров и безупречных инфлюенсеров. Это легитимизация права быть неидеальным, шумным и странным.

Почему этот переход произошел так молниеносно именно сейчас?
Во-первых, мы устали от цифровой стерильности. Пытаться соответствовать идеалу "олд мани" в реальной жизни — это огромная ментальная нагрузка. Обществу потребовалась разрядка.
Во-вторых, вмешалась экономика внимания. Сдержанный минимализм Миса ван дер Роэ абсолютно нежизнеспособен в лентах соцсетей. Бежевый свитер сливается с фоном, он не генерирует охваты. Зато эстетика Вентури — с ее контрастами, кричащими цветами и мемами — идеально адаптирована под алгоритмы TikTok и Reels. Она создана для того, чтобы цеплять взгляд за доли секунды.

Для тех, кто пытается работать с трендами, тут скрыт важный инсайт. Не нужно пытаться судорожно копировать текущую повестку — к моменту, когда вы настроите производство или генерацию, тренд почти наверняка сменится.
Вместо этого нужно следить за самим маятником. Если вы видите, что мир слишком долго находится в состоянии стерильного порядка (Мис), значит, прямо сейчас в андеграунде зреет запрос на грязный, ироничный хаос (Вентури). И наоборот: как только кислотный хаос Brat Summer окончательно утомит людей своей навязчивостью, маятник полетит обратно — к строгим формам, тишине и новому прочтению классики. Победит тот, кто встретит его в этой точке чуть раньше остальных.

Как прогнозировать потребительские тренды (спойлер: дело в экономике)

Тренды рождаются не в креативных агентствах, не в головах визионеров и не на съемочных площадках. Их истинный автор — калькулятор Центрального банка.

Любой экономический кризис запускает у потребителя компенсаторный механизм. Мы меняем свое поведение не потому, что «надоело старое», а потому что адаптируем психику к кошельку.

Кризис 2008 года
Эра «дорогого-богатого» лайфстайла нулевых моментально стала токсичной. Родился культ осознанного аскетизма, нормкора, локального туризма и концепции nesting (тренд на обустройство дома как «крепости»). Общество ушло в психологическое подполье.

Начало 2020-х
Поколение зумеров упаковало экономию в культовый тренд Underconsumption Core («недопотребление»). Стало модно хвастаться отказом от лишних покупок, отказом от подписок, осознанным ремонтом старых вещей и отказом от достигаторства в пользу «тихого увольнения» (quiet quitting). Экономическая безысходность превратилась в философию гордого минимализма.

Парадокс 2026 года. Отказ от уныния при жестком бюджете
Сейчас мы стоим на пороге нового тектонического сдвига. Прогноз роста мирового ВВП на 2026 год стабилизируется в районе 2.7–3.3%, но потребители глобально измотаны годами жесткой экономии. И здесь возникает главный парадокс

Люди смертельно устали от серого цвета, «тихой роскоши», «чистой» эстетики и безликих интерьеров. Психика требует компенсации за годы стресса. В тренды заходит визуальный максимализм: яркие цвета (тиловый, оранжевый, горчичный), сложные фактуры, тактильность, ирония, театральность и возвращение к эстетике сытых и смелых 80-х.

Но, что парадоксально это сочетается с «умным потреблением». Люди не хотят покупать дешевый хлам, они хотят покупать реже, но лучше. Ценность смещается в сторону долговечности, технологичности и возможности перепродажи.


Главный инсайт для бизнеса и создателей трендов
Роскошь и статус в 2026 году измеряются не демонстративным потреблением и не стерильным аскетизмом. Они измеряются свободой, временем и ментальным комфортом.
Когда деньги «дешевые» (как в 2021-м) — в трендах хайп, быстрые стартапы, крипта и кричащий дизайн.
Когда деньги «дорогие» (как сейчас) — в тренды заходит прагматичная полезность, долговечность и эмоциональный комфорт.

Вывод
Перестаньте копировать вирусные ролики. Изучайте структуру расходов вашей аудитории. Самые сильные тренды всегда рождаются там, где психологическая потребность человека в ярких эмоциях сталкивается с его реальным бюджетом

Бесят уродские логотипы

Как победить в споре?

Что? Да!
В вашей ленте срочно нужен пост именно про это!

Итак

Основываюсь на работе Леонид Розенблит и Фрэнк Кейл из Йеля. Они показали, что люди часто думают, будто понимают устройство обычных вещей, но это ощущение резко падает, когда их просят подробно объяснить механизм. В одном из ранних экспериментов 16 студентов сначала оценивали, насколько хорошо они понимают предметы и устройства, а потом должны были пошагово объяснить, как они работают. После этого участники обычно снижали свою самооценку понимания.

Оказывается, «обосновать мнение» и «объяснить механизм» — это два абсолютно разных когнитивных процесса. Один укрепляет веру в собственную правоту, другой быстрехонько вскрывает пробелы в знаниях.

Когда мы спорим, мы обычно просим собеседника доказать свою правоту. Но это фатальная ошибка. Если вы просите человека обосновать, защитить или аргументировать свое мнение, его убежденность только крепнет.
Включается эффект подтверждения (confirmation bias). Мозг дымясь начинает судорожно искать любые подтверждающие факты, примеры и аргументы. Даже слабенькие доводы в процессе рационализации кажутся гениальными. Чечик упаковывает их в красивую, связную историю и сам начинает верить в нее еще сильнее.

Если же вы просите человека не защищать позицию, а подробно, пошагово объяснить причинно-следственную связь и внутреннее устройство процесса, его уверенность падает.
Мозг сталкивается с так называемой иллюзией понимания. Нам всем кажется, что мы отлично понимаем, как устроены обыденные вещи (например, застежка-молния, сливной бачок унитаза или экономика страны). Но ровно до тех пор, пока нас не попросят объяснить механизм их работы шаг за шагом. При попытке построить причинно-следственную модель человек спотыкается о пустоту — связей-то между элементами в его голове тащемто нет. Иллюзия исчезает.

Вы спрашиваете друга, сторонника супер-пупер-палео-инста-фито-диеты «Почему ты считаешь её крутой?» Он отвечает: «Она популярна, Маша на ней похудела, в интернете куча статей о пользе». Он защитил позицию и укрепился в своей вере.

Вы спрашиваете его же: «Объясни, пожалуйста, как именно диета Х влияет на выработку гормонов, метаболизм и за счет какого биохимического механизма вес не возвращается обратно?». Если друг не диетолог, он поплывет на втором предложении. Его уверенность пошатнется.

Соответственно.
Если вам нужно укрепить позицию человека, просите их обосновать свой выбор:

«Какие у тебя главные причины так думать?»

Если нужно сбить спесь, заставьте его строить причинно-следственную модель:

«Объясни, пожалуйста, как это устроено шаг за шагом?»

НО! Важный нюанс
Профессионалов так не поймать. Если перед вами реальный эксперт с глубокими структурными знаниями, просьба объяснить механизм только укрепит его позицию и даст ему трибуну для блестящего доклада.

Как рождаются и умирают тренды (на примере грибных ведьм)

В Тикток за неделю рождается, захватывает мир и бесследно исчезают целые культуры. Вчера slavic bimbo, сегодня готический фермерский быт, завтра выпуклые асфальтоукладчики (я это придумал, но кто знает).

Это не хаос. Это работа идеально отлаженного механизма, имя ему Digital Subcultural Diffusion Theory (DSDT).

Я не открою ни для кого велосипед, рассказав, что современную культуру формируют алгоритмы. Ну то есть, это не секрет. Но меня это порой реально поражает.

Условный Тикток находит в самых темных уголках интернета нишевую субкультуру, вытаскивает ее на свет, превращает в массовый продукт и выбрасывает, когда она надоест. Весь цикл может занять меньше месяца.

Давайте разберем эту машину на живом примере. Представим себе субкультуру «грибных ведьм».

Точка 0. Уютненько и нишево
Где-то в закрытом дискорд-канале или на забытом форуме живет небольшое комьюнити. Они обсуждают лесную магию, делятся рецептами зелий и фотографиями и вотэтовотвсё. Их эстетика — это темный лес, мох + немного оккультизма и кладбищенского вайба.

Это замкнутый, странный для большинства мир со своим сленгом и символами. Никто за его пределами не понимает разницы между грибной ведьмой и, даже не знаю... готами. Все они маргиналы. И им в этом статусе комфортно.

И тут бамс!
Точка 1. Прорыв из подполья
Один из участников комьюнити снимает видосик для Тиктока: «Утро лесной ведьмы». Там всякие чаи, артефакты прикольные, медленные кадры под трендовую меланхоличную музыку. То, что выпадает в пинтересте, когда вбиваешь слово «aesthetic».

Алгоритм тут же замечает высокий коэфициент удержания. Он не понимает, что это субкультура. Он видит паттерн: медленное видео про лес + ведьмин вайб = людям нравится. Видео начинает показываться аудитории, которая уже любит всякие красивые кадры из леса и подобное.

Начинается процесс нормификации: из идеи вынимают все сложное и маргинальное.
- Ритуалы на грани здравого смысла и псилоцибиновые приколдесы превращаются в милый диайвай-декор для комнаты.
- Осознанный стиль жизни заменяется лукбуком «Как одеться как грибная ведьма».
- Субкультурная идентичность становится идеей для фотосессии.

К концу первой недели грибная ведьма уже не субкультура. Это новый милый aesthetic, лишенный своего изначального смысла.

Точка 2. Конвейер
Ну все. Тема стала интересной людям, они начинают ее самовоспроизводить. Она получает свой хэштег и превращается в узнаваемый мем. Появляется канон: определенная цветовая палитра, обязательные атрибуты и пара вирусных звуков.
Тут же подключаются инфлюенсеры и бренды:
- Появляются гайды «5 вещей, которые вам нужны для mushroom witch aesthetic» с партнерскими ссылками.
- Маркетплейсы запускают коллекции и таргетируют рекламу на всех, кто лайкал видео про ведьм.

В этот момент все это окончательно становится продуктом. Люди больше не присоединяются к субкультуре. Да им оно и не надо. Люди покупают набор визуальных маркеров, чтобы на один день почувствовать себя ее частью. Контент копируется тысячами пользователей через дуэты, челленджи и ремиксы. Душа и смысл выпотрошены, осталась только красивая оболочка.

Написал и понял, насколько это максимально печально...

К концу второй недели «грибная ведьма» — это вполне себе микротренд. Узнаваемый, коммерциализированный и абсолютно плоский.

Точка 3. Смерть
И вот, когда первый бренд решил использовать тренд, дни сочтены.

Алгоритм, выжимает из тренда все. Начинает показывать «грибных ведьм» абсолютно всем. В ленте появляются видео, где эстетику повторяют с декоративными грибами из ИКЕИ. И все, это кринже.

Изначальное комьюнити в ужасе. Они со слезами смотрят на то, во что превратилась их культура.

Тикток видит, что вовлечение падает. Он тут же снижает приоритет хештегов и переключает свое внимание на следующий потенциальный хит.

Тренд становится алгоритмически невидимым. Он исчезает из лент так же быстро, как и появился.

А вам только остается радоваться, что вы не успели купить подобный набор.

Как запустить фейк в тренды. Мастер-класс от филолога-фальсификатора

Мне кажется, это самая кайфовая история про то, как формируются тренды (хоть про них она и косвенно). Разумеется, история про фейки и фальсификацию, куда ж иначе.

Вообще, она к моему предыдущему посту, про алгоритмы и рекомендательные системы, которые конструируют нашу повседневность.

И вот вам супериллюстрация этой механики: дело британского гуманитария Арнольда Харви.

Десятилетиями он публиковал работы по истории литературы, которые постепенно переписали представления о связях и влияниях между классиками. Например, что Достоевский дружил с Диккенсом.

Позже выяснилось, что Харви тупо фальсифицировал факты. Но поражает не сам факт подлога, а его архитектура.

Харви понял, что ему как бы никто не поверит с такими его историями. Поэтому он создал прообразы современных PBN-сеток: систему вымышленных псевдонимов и фантомных авторитетов.

Первый публиковал статью с выдуманным биографическим эпизодом, ссылаясь на несуществующий архив.
Второй в другом издании анализировал эту работу, оформляя её как научный прорыв.
Ну и сам Харви под своим именем подводил итог «научной дискуссии». Он подделывал не столько первичные данные, сколько сам граф связей между источниками.

В этой истории меня интересует прежде всего масштаб системного обмана. Вообще же знание какбэ держится на институциональном доверии и перекрестных ссылках. Значит такие ссылки надо создавать. И ни у кого не возникало мотивации проверять физическое существование архива 1950-х годов, если на него ссылались «разные» независимые исследователи.

Тут фундаментальное когнитивное искажение: мы склонны принимать множественность источников за объективность, забывая, что у всех этих источников может быть один архитектор.

Это я к чему
Сегодня этот принцип живет в лентах. Т.е. некий тезис за две недели захватывает медиаполе — это нередко работа того же кольца самоцитирования. Несколько управляемых узлов сети ссылаются друг на друга, считываются алгоритмом как «естественный всплеск» и транслируются миллионам как объективная данность.

Круто же

Сложно ли придумать название

Допустим мы хотим нейм — без каких-либо ограничений.

В целом в русском языке определённое количество слов. Можно попробовать перебрать их все. Для этого открываем словарь и тупо читаем по порядку

Так вот. Сколько уйдёт времени
~11 часов — чтобы произнести повседневный словарный запас обычного человека (около 5 000 слов).
~10 дней — на «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля (около 200 000 слов). .
~26 дней — на академический минимум современного языка. «Большой академический словарь» включает около 500 000 слов (с учетом профессионализмов, диалектов и жаргонизмов по оценкам Института русского языка им. Пушкина).

Небольшая ремарка
Человек физически не может говорить круглые сутки. Если произносить слова по 8 часов в день (как на полноценной работе), то на озвучивание 500 тысяч слов уйдет около 80 дней — почти 3 месяца ежедневного непрерывного монолога.

Однако здесь мы упускаем, что нейминг — это далеко не всегда существующие слова. Наоборот, чаще всего это неологизмы.
Так сколько же времени мы потратим на генерацию неологизма?

Допустим, мы создаём название из 6 букв и перебираем все возможные комбинации. Тогда.
В русском алфавите 1 291 467 969 вариантов (33⁶). Каждая из шести позиций может быть занята любой из 33 букв.

Берем листочки А4. И записываем. Полуторный интервал, стандартные поля по ГОСТу. Потребуется около 5 022 000 страниц. В таком формате одна страница вмещает стандартные 1 800 знаков, или примерно 250 шестибуквенных слов.

Если распечатать все страницы и сложить их в одну стопку, её высота составит от 300 до 500 метров (толщина одного листа — 0,1 мм). Это сравнимо с высотой Останкинской телебашни (540 м) или башни «Лахта Центр» (462 м).

Распечатали. Теперь давайте выбирать. Опять же, просто проговаривая каждое получившееся со слово.Чтобы произнести все 1 291 467 969 комбинаций из 6 букв, человеку потребуется примерно 19 лет непрерывного говорения без перерывов на сон, еду и отдых.

Для расчета взята та же средняя скорость человеческой речи — 130 слов в минуту (или около 2 слов в секунду).

Но поскольку человеку необходимо спать, есть и восстанавливать голосовые связки, говорить без остановки невозможно.

Если вы превратите это в свою «основную работу» и будете произносить слова по 8 часов в день без выходных, процесс растянется на 56,7 лет. То есть, начав в 20 лет, вы закончите... Не скоро

Чего я не писал сюда

Наверное, потому что сейчас пытаюсь осмыслить, насколько вообще моя попытка осмыслить значимость и влияние трендов.
И в этой попытке прихожу к выводу, что за ними интересно наблюдать — сугубо в качестве зрителя. А вот чего-то вынести дальше и глубже вряд ли возможно. Всему виной все тот же постмодерн с его умерщвлением метанарратива и отрицанием культурного кода как такового.

То есть.
Первое. Фрагментация медиа — задокументированный факт. Потребители прыгают между подписками и сервисами, а медиакомпании «не могут полностью знать и понимать свою аудиторию».
Или вот: «люди живут в отдельных информационных вселенных» — между поколениями, идеологиями, регионами и даже внутри домохозяйств.
Два. Есть исследование 2025 года, которое подтверждает, что порядок показа политических сообщений в лентах влияет на поляризацию. Если каждый получает свой «срез» реальности, то общий смысловой код — система отсылок, метафор, общих знаний — действительно распадается.
Третье. И наверное, главное. Постмодернистская фрагментация смыслов — не новая проблема, но достигшая пика. Философская традиция от Лиотара до Бодрийяра описывала это давно, но к 2026 году инфраструктура (алгоритмы, персонализация, генеративный ИИ) довела теорию до практики. Мир есть коллекция идей. С каждой минутой их становится только больше.