Поучаствовал вчера в VR-перформансе Le Bal de Paris, поставленном любимым хореографом Альмадовара Бланкой Ли. Наполовину виртуальный спектакль, впервые показанный в рамках 78 Венецианской Биеннале, прогремел на всю Европу только сейчас, когда его привезли на музыкальный фестиваль в Сполето, в Умбрии.

В промоутировании помогли и Chanel, создавшие виртуальные копии некоторых своих нарядов, которые могли примерить участники шоу на своих цифровых аватаров, и снабдившие команду Chanel N5, которым опрыскивали зал.

Конечно, сама хореография и танцы, исполняемые артистами рядом со зрителями, в ее оцифрованном виде выглядит несколько топорно, но как геймеру мне очень понравилось эта иммерсивность. Сначала гости оказались на большом балу, затем нас отвезли в сад, напоминающий сад Красной королевы из Алисы в Стране чудес, потом — на поезде переместили на улицы Парижа, и сразу в кабаре Mimi’s, на подмостках которого шоу и закончилось. Но, конечно, в реальности все происходило в одном из приемных залов театра (на фото).

Пока некоторые ювелирные бренды вкладываются в безвкусные реставрации своих флагманских бутиков, превращая их в монструозные многоэтажные поп-культурные пространства, другие, как, например, Cartier, делают акцент на временных салонах, подчеркивающих уникальность своих драгоценных изделий. Конечно, Cartier тоже недавно отреставрировали свой флагман в Париже, но не стали делать из него аттракцион. А сейчас открыли временное пространство на вилле Реале Марлиа, недалеко от Флоренции.

Некогда принадлежавшая сестре Наполеона Бонапарта Элизе, вилла стала площадкой для демонстрации новой коллекции высокого ювелирного искусства Le Voyage Reccomencé, недавно представленной Cartier во Флоренции. Пространство декорировала Патрисия Уркиола, уже сотрудничавшая с брендом для оформления того же флагманского бутика в Париже. Очень тихий и спокойный интерьер, в котором старинные росписи на стенах и потолках гармонируют с сухоцветами, использованными в сет-дизайне. И никаких портретов амбассадоров во всю стену.

Раз уж упомянул о Дэвиде Хокни. 9 июля у него был день рождения, ему исполнилось 86 лет.

Живая легенда поп-арта “наследил” и в балете. В начале 1970-х его коллега и подруга Линди Дафферин уговорила сэра Фредерика Эштона позволить им присутствовать на репетициях Королевского балета, чтобы сделать зарисовки артистов. Именно тогда Дэвид Хокни впервые увидел Рудольфа Нуреева (кстати, портретный набросок Нуреева был продан за 19.000 фунтов).

В 1980 году Хокни предложили создать костюмы и декорации для новой постановки балета “Парад” в Метрополитен, который планировалось показать в составе французской балетно-оперной “тройчатки”.
Хокни с радостью ухватился за эту идею в том числе и потому, что хореографом должен быть стать Нуреев. Но их творческому тандему сложиться не довелось. По одной из версий именно Хокни вынудил Нуреева уйти из проекта, по другой - Нуреев ушёл сам, сославшись на “творческие разногласия”. В итоге Нуреева заменил Грей Вередон.

Не сложилось, так не сложилось, но эксизами полюбоваться можно:)

С удовольствием наблюдаю за дизайнером Люком Холлом, который сегодня посетил флорентийскую фарфоровую фабрику Ginori 1735. Сам Люк, основатель бренда одежды Chateau Orlando, недавно запустил небольшую коллекцию посуды совместно с Ginori (и поделился небольшим тизером).

Очень радует, что компания, которая с 2013 года принадлежит Gucci, не ограничивается коллаборациями с гигантами индустрии (в прошлом году именно они, кстати, делали коллекцию Objects для Balenciaga), но и поддерживает нераскрученные таланты.

Люк вообще создает интересные вещи, объединяя в своем дизайне мотивы ар-деко и дух bright young things – британской золотой молодежи 1920-х годов.