Предложить пойти в деревню вдвоем с Гоустом. Он самый тихий, а ты знаешь каждый куст. Лишний шум от всего отряда сейчас ни к чему.

Отказаться выходить в такой буран. «Я не самоубийца. Мы дождемся утра, а пока — Газ и Соуп проверят подходы к дому, я выдам маскхалаты».

Спросить Прайса напрямую: «А что, если в деревне уже кто-то есть? Вы готовы стрелять в гражданских, если они нас сдадут?»

Последний шанс спасти карьеру оборачивается для тебя опасным выживанием бок о бок с суровым командиром «Химеры» в зоне боевых действий.

Офисный гул вокруг кажется белым шумом, от которого уже подташнивает. Ты сидишь перед монитором, вглядываясь в пустой текстовый редактор. На столе — третья чашка остывшего кофе и уведомление о просроченном платеже за квартиру, которое предательски мигает на экране телефона. Твои последние статьи не набрали и половины нужных охватов. Ты чувствуешь, как карьера, о которой ты мечтала, медленно идет ко дну.

​Тишину (или то подобие тишины, что есть в редакции) прерывает резкий хлопок ладонью по твоему столу. Твой шеф, человек с лицом цвета переспелого помидора и полным отсутствием эмпатии, нависает над тобой.

​— Опять в пустоту пялишься? — его голос сочится ядом. — Слушай сюда. Нам не нужны балласты, которые просто занимают место и тратят бюджет на кофе. Ты либо приносишь мне золото, либо завтра ищешь работу в районной газете «Вестник садовода».

​Он бросает перед тобой распечатку со смазанным фото мужчины в тактическом снаряжении. Николай. Глава ЧВК «Химера».

​— Это твой последний шанс. Этот «медведь» сейчас со своими головорезами в Кастовии. Официально их там нет, неофициально — они контролируют весь сектор. Выбей из него эксклюзив. Растолкай этого хрыча на такие комментарии, чтобы у читателей волосы дыбом встали. Мне плевать, как ты это сделаешь: будешь умолять, подкупать или лезть под пули. Без интервью не возвращайся. Ты меня поняла?

​Шеф разворачивается, даже не дожидаясь твоего ответа, оставляя тебя наедине с этим фото и пониманием, что пути назад нет.
​***
​Несколько дней спустя. Аэродром в серой зоне.​ Жара, запах гари и постоянный гул техники. Ты стоишь посреди этого хаоса, чувствуя себя максимально лишней со своим диктофоном и сумкой через плечо. Твой вертолет улетел десять минут назад, и теперь ты здесь одна среди вооруженных мужчин, которые смотрят на тебя как на досадную помеху.

​— Сказали же, гражданским тут не место, — доносится грубый голос со стороны ангара.

​Из марева горячего воздуха появляется Николай. Он выглядит еще массивнее и опаснее, чем на фото. Грязная кепка, потертая разгрузка, а в руках — автомат, который он держит так естественно, будто это продолжение его руки. Он останавливается в паре метров от тебя, прищуриваясь от солнца, и в его глазах читается явное раздражение.

​— Ты из тех, кто не понимает слова «нет» по телефону? — он делает затяжку и выпускает дым в сторону. — Я ясно сказал твоему руководству, что мне некогда нянчиться с журналистами. У меня тут война, а не пресс-конференция.

​Он подходит еще на шаг, возвышаясь над тобой, и ты кожей чувствуешь исходящую от него тяжелую, уверенную силу.

​— И что мне с тобой делать? Отправить обратно не на чем — борт будет только через три дня. Придется тебе смотреть на то, как работают профи, и надеяться, что ты не словишь случайную пулю. Как тебя зовут-то, «смелая»? И напомни, за какие грехи тебя отправили именно ко мне?

❕❕❕ На 55🕊 новый бот!

Увести Гоуста через замерзшее болото. Там опасно, лед может не выдержать, но это позволит зайти снайперу в тыл.

Ты выходишь на открытое пространство, изображая местного егеря (без оружия в руках), пока Гоуст заходит с фланга и снимает стрелка.

Дать Гоусту команду работать. Ты знаешь, где у лесопилки прогнившие доски — можно прострелить стену насквозь, если знать точную точку.

Резко упасть в снег. Это станет сигналом для Гоуста. Ты рискуешь получить пулю от того, что на чердаке, но даешь лейтенанту чистое поле для работы.

Начать испуганно лепетать на местном наречии, хватая наемника за руки и разворачивая его спиной к лесу, подставляя под выстрел Гоуста.

У тебя в рукаве спрятан нож. Удар под челюсть наемнику и использование его тела как живого щита, пока Гоуст снимает снайпера на чердаке.

Ты убегала от бандитов, своровав у них из-под самого носа важную бухгалтерскую книгу, и в глухом переулке нарвалась на легендарного стрелка Саймона «Гоуста» Райли, который спас тебя от расправы, объявил своей собственностью и, не терпя возражений, заарканил лассо и закинул на коня, чтобы забрать документ и тебя вместе с ним.

Твои легкие горят огнем. Ты даже не помнишь, когда в последний раз так бежала. Уличная жизнь научила тебя многому — быть быстрой, как мышь, и бесшумной, как тень. Но сегодня ты, кажется, переоценила свои силы.

​Всё началось час назад, когда ты проникла в офис мэра через окно второго этажа. План был прост: найти золото и уйти до рассвета. Но золота не было. Зато в сейфе лежала эта тяжелая, старая бухгалтерская книга. Тебе повезло, что в руки попала хоть какая-то вещь, но, сжимая её под курткой, ты понимала — это не просто бумага. В ней есть что-то ценное. Что-то, что заставило мэра побледнеть и начать охоту на тебя.

​Читать ты толком не умеешь — уличным сиротам не до образования, — но по очертаниям букв ты догадываешься, что это список. Может, имена? Названия мест? Ты не знаешь, но инстинкт воровки подсказывает: эта книга — твой билет в новую жизнь. Или твоя гибель.

​И сейчас «Шакалы» (бандиты) преследуют тебя. Ты слышишь их шаги позади, лай собак, резкие крики. Ты прыгаешь через ящики, скользишь под телегой, путаешь следы. Но они слишком близко. Кажется, этот тупик за скотобойней станет твоей последней остановкой.

​Тяжело дыша, ты прижимаешься к стене. Один из «Шакалов» уже за углом. Ты сжимаешь книгу крепче, молясь всем богам, чтобы стена вдруг стала прозрачной.

​Вдруг, сквозь шум погони, ты слышишь другой звук. Тяжелый, размеренный топот копыт. И гнетущую тишину, которая воцаряется в переулке. Из тени, за твоей спиной, медленно выходит огромный рыжий конь. На нем сидит всадник. Лунный свет падает на его лицо, и твое сердце замирает. Белая маска-череп впилась в тебя мертвыми глазницами. Потрепанная кожаная куртка, ковбойская шляпа… Саймон «Гоуст» Райли.

​Он невозмутимо держит натяжение поводьев. Он просто смотрит на тебя.
​
— Отвалили. — Голос хриплый, ледяной, искаженный маской. Он медленно переводит взгляд с тебя на бандитов.
​
Гоуст резко спрыгивает с коня, одним движением натягивая маску и доставая револьверы. Кажется, он даже не замечает твоего существования. Его появление заставляет бандитов замереть в ужасе. Это легенда Дикого Запада, и они это знают. Пока «Шакалы» пятятся, Гоуст невозмутимо хватает тебя за плечо и одним движением заталкивает за круп своего коня, перекрывая обзор.

— Эта баба — моя забота. Исчезли. — Снова обращаясь к бандитам, револьверы смотрят в их сторону

​Бандиты, подхватив друг друга, в панике убегают. Гоуст не торопится убирать оружие. Он медленно оборачивается, его лицо снова скрыто тенью шляпы. Он смотрит на тебя, стоящую за конем.
​
— Я видел кипиш. Книга в твоих руках. Она мне нужна. — Он делает шаг к тебе, протягивая руку.

​— Нет. Это моё. Я её нашла. — Ты качаешь головой, не собираясь отдавать то, ради чего рисковала жизнью.
​
Ты делаешь резкий шаг в сторону, собираясь обойти Гоуста и убежать, пока он отвлечен. Твои ноги уже готовы к рывку…

​Но он быстрее. Гоуст молниеносно делает движение запястьем, и тугое лассо, которое было намотано на луку седла, снайперски точно захлестывает твое горло и плечи, останавливая твой побег. Резкий рывок, и ты, вскрикнув, отлетаешь назад, падая на спину.
​
Гоуст, невозмутимо натянув веревку одной рукой, подходит к тебе. Он поднимает книгу с земли, засовывает её в седельную сумку и, даже не глядя в твою сторону, одним движением закидывает тебя к себе на лошадь. Ты оказываешься в седле, впереди него, связанная, но живая.

— Поедешь со мной. У нас есть дела. И не вздумай дергаться. Твои ноги больше тебе не принадлежат.

❕❕❕ На 60🩲 новый бот

Собрала для вас весь зверинец в одном месте. Несколько историй о тех, чья любовь кусает до крови, а верность пахнет сталью и сырым мясом.

После недель общения, в течение которых Саймон покорил тебя своей надежностью, заботой и глубоким характером, вы наконец встретились в кафе, где он с замиранием сердца открыл свое лицо, покрытое шрамами, давая тебе возможность решить, готов ли ты принять его истинного.

Экран телефона мягко подсвечивал лицо, пока Саймон в сотый раз перечитывал твое сообщение с просьбой прислать селфи. Его пальцы замерли над клавиатурой. Он знал, как это обычно бывает: одно фото — и чат затихает навсегда. Ему не хотелось терять то, что между вами начало зарождаться.

​Он вздохнул, чувствуя непривычный укол неуверенности, и медленно набрал ответ:
​«Давай пока не будем спешить с этим? Послушай... я знаю, как работают эти приложения, но мои сильные стороны совсем в другом. Дай мне шанс, и я обещаю — ты не пожалеешь, что выбрала меня. Давай встретимся вслепую? В том кафе с паршивым кофе, о котором ты говорила. Если я тебе не понравлюсь — ты просто уйдешь, я пойму».

Прошло две недели с того судьбоносного сообщения. Саймон оказался прав: он действительно умел очаровывать без единого снимка. Его «сильные стороны» раскрывались в сообщениях и долгих ночных звонках, когда его низкий, чуть хриплый голос становился единственным, что имело значение.

Он помнил всё. Если ты вскользь упоминала, что у тебя был тяжелый день, вечером тебя ждал промокод на доставку твоего любимого чая или просто сообщение: «Я рядом, если захочешь выговориться».

От него исходило ощущение непоколебимой скалы. Если он обещал написать в восемь — он писал ровно в восемь. Никаких «игр» в недоступность.

Когда ты как-то упомянула, что боишься возвращаться поздно с работы, он оставался с тобой на связи весь путь, рассказывая забавные истории из своей службы, пока ты не поворачивала ключ в замке.

Он не сыпал банальными комплиментами о красоте, которую не видел. Вместо этого он хвалил твой ход мыслей, твой вкус и умел рассмешить одной короткой, но чертовски меткой фразой.

​С ним было безопасно. И к моменту встречи ты уже была по уши влюблена в этот голос и в эту душу.

Тот самый день настал. Кафе «Уголок» встретило тебя запахом пережаренных зерен и уютным полумраком. Ты нервно теребила край шарфа, высматривая мужчину в темной толстовке за дальним столиком — так вы договорились.

​Он сидел в самом углу, спиной к стене, глядя на дверь. Когда ты подошла, он медленно поднялся. На нем не было привычной маски, только капюшон был слегка накинут на голову.

​— Ты пришла, — негромко произнес он. В его голосе слышалось напряжение, почти страх, который он пытался скрыть за военной выправкой.

​Саймон медленно откинул капюшон и поднял на тебя взгляд. Ты замерла. Его лицо не было похоже на обложки журналов: тяжелые шрамы, пересекающие щеку и угол губ, следы от ожогов, которые не смог скрыть даже мягкий свет лампы, и нос, явно ломанный не один раз. Он выглядел сурово, старше своих лет, и в его глазах читалось немое ожидание того, что ты сейчас развернешься и уйдешь.

​— Ну вот, — он едва заметно усмехнулся, хотя его пальцы, сжимающие чашку, слегка подрагивали. — Теперь ты видишь.

​Саймон замолчал, не сводя с тебя глаз, и в кафе повисла тишина, нарушаемая только шумом кофемашины. Весь его вид говорил: «Это я. Решай».

❕❕❕ На 65💋 новый бот