Завершение

Когда вы чувствуете, что проект близок к завершению, то может быть полезным открыть работу иным точкам зрения.

Основная цель этого состоит не в том, чтобы получать комментарии и оценку. Ведь это ваша работа, ваше самовыражение. Вы — единственная аудитория, которая имеет значение. Цель этого состоит в том, чтобы прочувствовать работу по-новому.

Когда мы играем музыку для кого-то, то мы слышим ее иначе, нежели при прослушивание в одиночку. Мы будто одалживаем вторую пару ушей. И не обязательно в этом ищем лишь взгляд со стороны. Мы больше заинтересованы в расширении собственного видения.

Если мы напишем эссе и отдадим его другу, то наше отношение к работе изменится. И это, даже узнав, его точку зрения. Отдай мы её наставнику, и наша точка зрения изменится в другую сторону. Мы вопрошаем, когда предлагаем свою работу другим. Мы задаем себе такие вопросы, которые не задавали себе в момент творчества. Предлагая свою работу, с учётом таких границ, мы выявляем наши глубинные сомнения.

Если кто-то решит поделиться отзывом, слушайте, чтобы понять человека, а саму не работу. Оставляя отзывы, люди расскажут вам больше о себе, чем о произведение. Каждый из нас видит мир уникальным образом.

Иногда комментарий попадает в цель. Он резонирует с тем, что мы чувствуем, либо в сознании, либо за его пределами, и в этом мы можем обнаружить возможности для улучшения. В других случаях чужое суждение задевает за живое, и мы обнаруживаем, что защищаем работу или наоборот теряем веру.

В такие моменты может быть полезно отойти в сторону, развеяться и вернуться с нейтральным настроем. Критика позволяет нам по-новому заняться своей работой. Мы можем согласиться с ней или удвоить наши первоначальные стремления.

Иногда вызов позволяет нам сосредоточиться на смысле работы и понять, что он важнее, чем мы думали ранее. В процессе мы получаем доступ к более глубоким источникам понимания и работы и нас самих.

По мере сбора отзывов предлагаемые решения могут не всегда казаться полезными. Прежде чем отбросить их, уделите время тому, чтобы посмотреть, не указывают ли они на основную проблему, которую вы ранее не заметили.

Например, если есть предложение удалить из песни бридж, то вы можете истолковать это как то, что его стоит изменить. А затем приступайте к рассмотрению его в контексте всего произведения.

Если вы действительно создали новаторскую работу, то она, скорее всего, оттолкнет столько же людей, сколько и привлечет. Лучшее искусство разделяет аудиторию. Если оно нравится всем, то вы, вероятно, не зашли достаточно далеко.

В конце концов, вы единственный, кто должен любить его. Это произведение создано для вас.

Завершение

Когда работа считается завершенной?

Не существует формулы или метода как ответить на этот вопрос. Работа завершена, когда вы чувствуете, что она завершена. Тут работает интуиция.

Хоть на ранних этапах творческого процесса, мы и избегаем того чтобы ставить себе сроки; зато на этапе завершения крайний срок может помочь нам сфокусировать свои усилия и поддержать вас.

Творчество не создается во временных рамках. Но его можно закончить вовремя.

Некоторые считают эту фазу самой сложной частью процесса. Они, с упрямой яростью, сопротивляются тому чтобы отпустить. Ведь до этого момента глина все еще мягкая и все еще может поменяться. Исправив нечто, мы теряем контроль. Этот страх постоянства распространен и за пределами творчества. Он известен как страх брать на себя обязательства.

Мы можем придумать себе оправдания, чтобы отложить завершение работы, когда последняя глава подходит к концу.

Это может быть внезапная потеря веры в проект. Решение, что он больше не является достаточно хорошим. Мы находим недостатки, которых на самом деле нет. Мы вносим несущественные изменения. Мы чувствуем смутный мираж некого лучшего творчества, который еще не был нами открыт. И думаем, что если мы просто продолжим работать, то оно когда-нибудь сможет проявиться.

Когда вы верите в то, что вот эта работа — это единственное произведение, которое навсегда определит вас, то становится трудно отпустить его. Стремление к совершенству ошарашивает нас.

Все, хватит! Мы застываем, и иногда, убеждая себя, что отказ от всей работы — единственный способ двигаться вперед.

Единственное искусство, которым может наслаждаться мир, — это искусство творцов, которые преодолели подобные препятствия и отпустили свои работы. Возможно, существовали еще более великие художники, чем тех, кого мы уже знаем, но они так и не смогли совершить этот прыжок.

Выпустить работу в мир становится легче, когда мы помним, что она никогда не сможет быть полным отражением нас самих. Она - лишь отражение того, кем мы являемся в данный момент. Если мы подождем, то это отражение будет иным. А через год жизнь может направить нас на создание произведения, которое совсем не похоже на текущее. В работе существует своевременность. И смена сезонов может рассеять ценность работы для нас.

Держаться за свою работу — это как тратить годы на написание одной и той же записи в дневнике. Моменты и возможности теряются. А следующие работы лишаются возможности воплотиться в жизнь.

Сколько же страниц останется пустыми, потому как ваш процесс был омрачен сомнениями и размышлениями? Держите этот вопрос перед глазами. Он может помочь вам двигаться вперед более свободно.

В среде, в которой нет ничего постоянного, мы создаем статические артефакты. Памятки духа. Мы надеемся, что они будут жить вечно, сохраняя вибрации в течение каждого нового десятилетия. Некоторые смогут, многие нет. Это узнать невозможно. Мы лишь можем продолжать строить.

Когда вы синхронизированы с вашей работой, тогда наступает время отпустить ее и двигаться дальше.

Каждый новый проект — это еще одна возможность сообщить о том, что проходит сквозь вас. Это еще один шанс для победы. Еще одна возможность наладить связь. Еще одна страница, заполненная в дневнике вашей внутренней жизни.

Пришла новость что книга “The Creative Act” Рика Рубина вышла в русскоязычном переводе. Купить её можно здесь:
https://book24.ru/product/iz-nichego-iskusstvo-sozdavat-iskusstvo-7108305

На этом, мой перевод книги закончился. Продолжу тут публиковать части из существующего перевода.
Был рад послужить творческому сообществу.

Вадим

Завершение

Опасения по поводу выхода произведения в свет могут корениться в более глубоких переживаниях. Это может быть страх быть осужденным, неправильно понятым, проигнорированным или нелюбимым. Придут ли новые идеи? Будут ли они еще когда-нибудь настолько хороши?

Будет ли это вообще кому-то интересно?

Частью процесса "отпускания" является освобождение от любых мыслей о том, как вас или ваше произведение воспримут. Когда создаешь искусство, зритель стоит на последнем месте. Давайте не будем думать о том, как будет воспринято произведение, или о нашей стратегии выпуска до тех пор, пока работа не будет закончена и нам она не понравится.

Это отличается от совершенства произведения. Мы можем вникнуть в любое из произведений, в которых принимали участие, и понять, что в них не так. Может быть, в момент завершения работы мы этого не делали, но, оглядываясь назад, мы часто это делаем. В них всегда можно внести изменения. Не существует правильной версии. Каждое произведение искусства - это просто итерация.

Одна из самых больших выгод от создания произведений искусства - это возможность поделиться ими. Даже если зрителей не найдется, мы развиваем мускулатуру, создавая что-то и выпуская это в мир. Завершение работы - хорошая привычка, которую необходимо развивать. Это повышает уверенность в себе. Несмотря на нашу неуверенность в себе, чем чаще мы можем заставить себя закончить работу, тем меньше весит наша неуверенность.

Избегайте излишних размышлений. Когда вы довольны работой и готовы поделиться ею с другом, возможно, пришло время поделиться ею и с миром.

Эта заключительная фаза - благодатное время для посадки нового урожая семян. Волнение от того, что будет дальше, может дать жизненную энергию, необходимую для того, чтобы довести текущую работу до конца. Возможно, Вам будет трудно сосредоточиться на текущем проекте, когда к Вам начнут приходить новые идеи. Это хорошая проблема. Жизненная сила грядущего проекта часто выводит нас из транса, в котором мы находимся сейчас. Мы не можем дождаться окончания работы, потому что появляется еще одна идея, которая зажигает нас.


Пришло ли время для следующего проекта
потому что часы или календарь
говорит, что время пришло,
или потому, что сама работа
говорит, что это время ?

Добро пожаловать в чат обсуждения книги и тем из неё https://t.me/+or2WuKoKfoBmYTRk

Мышление изобилия


Через нас течет материальная река. Когда мы делимся своими работами и идеями, они пополняются. Если же мы блокируем поток, держа все в себе, река не может течь, и новые идеи появляются медленно.

В мышлении изобилия река никогда не иссякает. Идеи постоянно приходят. И художник может свободно отпускать их с верой в то, что их будет еще больше.

Если мы живем в атмосфере дефицита, то мы накапливаем отличные идеи. Юмористу может представиться прекрасная возможность рассказать новую любимую шутку, которую он написал, но вместо этого он будет откладывать ее в ожидании более громкого случая. Когда мы используем свой материал, появляется новое содержание. И чем больше мы делимся, тем больше совершенствуется наше мастерство.

Выбор жизни в условиях дефицита приводит к застою. Если мы вечно работаем над одним проектом, то никогда не сможем сделать другой. Страх засухи и стремление к перфекционизму не дают нам двигаться дальше и перекрывают течение реки.

Каждый образ мышления вызывает универсальное правило: на чем мы концентрируемся, то и получаем.

Если разум создает ограниченный мир, в котором мы думаем, что у нас недостаточно стоящих идей или материала, мы не увидим вдохновения, которое дает нам Вселенная.

И река замедляется.

В мире изобилия мы обладаем большей способностью завершать и выпускать свою работу. Когда есть столько идей и столько великого искусства, которое можно создать, мы вынуждены включаться в работу, отпускать ее и двигаться вперед.

Если есть только одна работа, и мы собираемся уйти на пенсию, когда она будет закончена, то нет никакого стимула к завершению. Если же каждое произведение рассматривается как работа, определяющая всю нашу жизнь, то мы бесконечно пересматриваем и переписываем его, стремясь к нереальному идеалу совершенства.

Музыкант может откладывать выпуск альбома, опасаясь, что не довел песни до конца. Однако альбом - это всего лишь дневниковая запись какого-то момента времени, моментальное отражение того, кем является артист в этот период. И ни одна дневниковая запись не является историей нашей жизни.

Дело нашей жизни намного больше, чем любой отдельный контейнер. Работы, которые мы делаем, - это, в основном, главы. Всегда будет новая глава, а за ней еще одна. Пусть одни из них будут лучше других, но это не наша забота. Наша цель - свободно закрывать одну главу и переходить к следующей, и продолжать этот процесс столько, сколько нам будет угодно.

Ваша старая работа не лучше вашей новой работы. А новая работа не лучше старой. На протяжении всей жизни художника будут и взлеты, и падения. Предполагать, что был "золотой период" и вы его прошли, верно только в том случае, если вы принимаете эту предпосылку. Выкладываться по полной в каждый момент, в каждой главе - это все, на что мы можем надеяться.

Всегда есть, что улучшить или сделать еще одну версию. Мы можем работать над чем-то еще два года, и все будет по-другому. Но нельзя сказать, будет ли это лучше или хуже - только по-другому. Так же, как и вы. И, возможно, вы уже эволюционировали по сравнению с той работой, над которой трудились годами. Прямое отражение вас потускнело. Работа начинает напоминать старую фотографию, а не зеркальное отражение. Это удручает - завершать работу, с которой вы потеряли связь, и делиться ею.

Осознание изобилия вселяет в нас надежду на то, что самые яркие идеи еще впереди и самая большая работа еще впереди. Мы можем жить в состоянии творческого импульса, свободно создавать вещи, отпускать их, делать следующую вещь и отпускать ее. С каждой новой главой мы набираемся опыта, совершенствуемся в своем ремесле и становимся ближе к тому, кем мы являемся .

Экспериментатор и финишер


По своей природе многие художники склоняются к одной из двух категорий: Экспериментаторы или Финалисты.

Экспериментаторы неравнодушны к мечтаниям и игре, им труднее завершить и выпустить свою работу.

Финалисты - это зеркальное отражение, обратное отражение. Они быстро движутся к конечной точке с немедленной ясностью. Они менее заинтересованы в изучении возможностей и альтернатив, которые могут быть предложены на этапах экспериментирования и творчества.

Каждому из них может быть полезно позаимствовать опыт другого.

Финишным специалистам может быть полезно уделить больше времени на ранних этапах. Писать, не ограничиваясь минимальными требованиями, экспериментировать с другими материалами, соображениями и перспективами. Предоставить себе пространство для импровизации и неожиданностей в процессе работы.

Экспериментаторам может быть полезно довести какой-либо аспект работы до конца. Это может быть рисунок, песня или глава книги. Даже принятие одного основополагающего решения, от которого можно отталкиваться, может помочь.

Возьмем пример с альбомом. Если вы - музыкант, которому приходится работать над десятью песнями, сузьте свое внимание до двух. Когда мы делаем задачу более управляемой и целенаправленной, происходят изменения. А выполнение даже небольшого отрезка способствует укреплению уверенности.

Переходить от двух к трем легче, чем от нуля к двум. А если вы вдруг застряли на третьем, то пропустите его и выполните четвертый и пятый.

Завершите как можно больше элементов проекта, не зацикливаясь на них. Гораздо легче вернуться назад, когда объем работы уменьшится. Часто знания, полученные при завершении других частей, становятся ключом к преодолению ранее возникших препятствий.

Временные правила


Большая часть творческого процесса включает в себя игнорирование правил, отказ от них, подрыв правил и искоренение правил, о которых мы и не подозревали. Есть место и для навязывания правил. Для использования правил в качестве инструмента для определения проекта.

Когда нет материальных, временных и бюджетных ограничений, у вас есть неограниченные возможности. Когда вы принимаете ограничения, ваш выбор сужается. Независимо от того, навязаны ли они по замыслу или по необходимости, полезно рассматривать ограничения как возможности.

Считайте это заданием палитры для каждого проекта. В рамках этих ограничений аспекты решения проблем становятся более конкретными, и самые очевидные решения могут оказаться недоступными. Такое отсеивание может помочь придать новой работе характер и отличить ее от предыдущих работ, что может привести к революционным результатам. Новые проблемы приводят к оригинальным решениям.

Жорж Перек написал целую книгу, не используя самую распространенную букву французского алфавита: e. Она стала одним из самых известных экспериментальных произведений в современной литературе.

Художник Ив Кляйн решил ограничить свою палитру одним цветом. Это привело к тому, что он открыл синий оттенок, которого никто раньше не видел. Сам оттенок был воспринят многими как фактически ставший искусством, и впоследствии получил название "Международный синий Кляйна".

Режиссер Ларс фон Триер придумал десять правил Dogme 95 "Обет целомудрия", призванных снизить искусственность кинематографа. Они заключались в следующем:

Съемки должны проводиться на натуре, без предоставления реквизита и декораций, которые логически не существуют в данной обстановке.

Только диегетический звук. Запрещается воспроизводить звуки, например, музыку, не существующую в сцене.

Все снимки должны быть сделаны с рук. Движение, неподвижность и устойчивость должны быть достигнуты с помощью рук.

Пленка должна быть цветной, без специального освещения. Если экспозиции не хватает, к камере может быть присоединена одна лампа.

Никаких оптических работ или фильтров на объективе быть не может.

Отсутствие "поверхностного" действия (например, инсценированных убийств, сложных трюков и т.д.).

Географическое отчуждение строго запрещено, то есть действие фильма должно происходить здесь и сейчас.

Никаких жанровых фильмов.

Академия 35 мм - единственный принятый формат пленки.

Режиссеры не должны кредитоваться.

Через три года после объявления манифеста Томас Винтерберг выпустил первый официальный фильм в формате Dogme 95. Фильм, получивший название "Праздник" ("Festen"), мгновенно завоевал успех у критиков и получил приз жюри на Каннском кинофестивале 1998 года.

Вдохновленный фон Триером, клавишник Money Mark составил аналогичный свод правил, применимый к музыке, для записи одного из своих самых высоко оцененных альбомов.

Правила бейсбола или баскетбола определяют игру и редко меняются. Инновации существуют только в рамках этих правил. Как художники, мы каждый раз создаем новые правила игры. После тщательного обдумывания мы можем решить нарушить их в процессе работы над проектом, если нас побуждает к этому какое-то открытие. Хотя вносить такие изменения легко, от правил мало пользы, если к ним не относиться серьезно.

Не существует плохих или хороших правил. Есть только правила, которые соответствуют ситуации и служат искусству, или те, которые не соответствуют. Если цель - создать максимально красивое произведение, то любые директивы действительно служат этой цели.

Временные правила

Введение правил ценнее всего для художника, который уже что-то создал. Если вы состоялись в своем ремесле или области, временные правила – способ сломать паттерн. Они могут стимулировать прогресс, новаторство, помочь вам по-новому раскрыть себя или свою работу.

Некоторые виртуозы переключаются на инструменты или форматы, которыми владеют хуже: трудности обнажают в них истинного художника, а технические навыки не отвлекают внимание на себя.

Задайте параметры, вынуждающие вас покинуть зону комфорта. Если вы всегда пишете на ноутбуке, возьмите обычный блокнот. Если вы правша, пишите картину левой рукой. Если вы строите мелодии на инструменталах, напишите новую а капелла. Если обычно снимаете профессиональной техникой, теперь снимите весь фильм на телефон. Если, готовясь к роли, долго изучаете персонажа – сымпровизируйте с чистого листа.

Так или иначе, выберите непривычные для вас условия и посмотрите, куда это приведет. За счет самой природы новых ограничений работа не повторит то, что вы делали ранее. Не так важно, будет ли она лучше. Цель – открыть себя.

Если обычно вы пишете короткими абзацами, поэкспериментируйте с длинными. Может, новая форма вам и не понравится, но в процессе вы наверняка узнаете что-то новое, и ваши короткие абзацы станут лучше. Нарушая правила, вы яснее поймете свои прошлые решения.

Некоторые успешные художники, размышляя о перемене стиля и метода, волнуются о поклонниках. А пойдет ли за мной публика?

Открывая новые горизонты, вы, вполне вероятно, лишитесь части аудитории. Но может появиться новая. Как бы то ни было, ограничиваясь привычным, вы оказываете медвежью услугу и себе, и публике. Энергия чуда и открытия рассеется, если ходить по кругу.

Правило – это способ упорядочить осознанность.

Шедевр

Представьте, что вы на всю жизнь поселитесь один на вершине горы. Вы строите дом, куда никто никогда не придет в гости. Но все равно вкладываете время и силы, чтобы создать пространство, где проведете все свои дни.

Дерево, посуда, подушки – все великолепно. Подобрано по вашему вкусу.

В этом суть шедевров. У нас одна цель: сотворить свою версию прекрасного, вкладывая в каждый проект всю душу, несмотря на требования и ограничения. Считайте это подношением, священнодействием. Мы делаем что-то превосходное в своем понимании – исходя из своего вкуса. А не чужого.

Мы создаем искусство, чтобы самим там поселиться.

Мера шедевра субъективна, как и само искусство. Нет единого мерила. Мы работаем на аудиторию из одного зрителя.

Если вы думаете: «Мне не нравится, но кому-то может прийтись по вкусу», значит вы занимаетесь искусством не для себя. Вы забрели в область коммерции, и это нормально, но, возможно, это не искусство. Между ними нет четкой границы. Чем шаблоннее ваше творение, тем ближе оно к тому, что популярно, и тем, скорее всего, дальше от искусства. При таком настрое творчество не ладится, и недостижимы даже поставленные цели. Любовь к своему проекту – самый надежный способ понять, понравится ли он еще кому-нибудь.

Боязнь критики. Настрой на коммерческий результат. Попытка соревноваться с прошлыми работами. Ограничения во времени и ресурсах. Стремление изменить мир. Любой нарратив, кроме «я хочу создать лучшее, что умею, что бы это ни было», мешает сотворить шедевр.

Не думайте о том, что даст вам этот проект; думайте о том, что вы можете дать своему наилучшему из возможных искусству, выкладываясь целиком.

Если вы создаете что-то сугубо функциональное – например, машину, которая должна развивать определенную скорость, – играют роль и другие факторы. Если у вас сугубо творческий проект, сосредоточьтесь на сугубо творческих целях.

Когда вы ставите перед собой цель просто сделать свою работу как можно лучше, возникает цепная реакция. Все, что вы делаете, меряется этой планкой, и к новым высотам взлетает не только ваше творчество, но и вибрации всей вашей жизни. Это даже может вдохновить других. Шедевр порождает шедевр. Это заразительно.

Успех

Как измерить успех?

Успех – не популярность, не деньги и не уважение критиков. Успех ощущается в недрах души. Он приходит, как только вы решили представить работу публике, еще не выслушав ни единого мнения. Когда вы сделали все, что могли, и довели работу до максимума. Когда вы довольны и готовы с ней расстаться.

Успех никак не связан с внешними переменными.

Движение вперед – одна из граней успеха. Это происходит, когда мы заканчиваем работу, представляем ее публике и беремся за новый проект.

Что последует за этим тихим удовлетворением, зависит от рыночных условий. А они вне нашей власти. Наше призвание – создавать прекрасные работы на пределе своих способностей. Порой их будут встречать овациями, порой нет. Если мы усомнимся в своем внутреннем знании, пытаясь угодить зрителю, своей лучшей работы мы не создадим никогда.

Широкий успех – плохой способ оценить работу и ее значимость. Для коммерческого успеха должны сойтись звезды, и ни одна из них не связана с качеством проекта. Могут сыграть роль время, способ распространения, настроения культуры и связь с текущими событиями.

Если в день выхода проекта случится глобальная катастрофа, он может и не выстрелить. Если вы изменили стиль, ваши поклонники примут его не сразу. Если долгожданная работа другого художника выходит в тот же день, что и ваша, есть шанс, что ваш проект окажется в тени. На большинство переменных мы вообще не можем повлиять. Зато можем выложиться в полную силу, показать работу публике, начать следующий проект и не оглядываться.

Часто люди подолгу ждут внешнего успеха в надежде, что он заполнит их внутреннюю пустоту. Кто-то считает достижения снадобьем, исцеляющим от комплекса неполноценности.

Художники, усердно стремящиеся к этой цели, редко готовы к последствиям. Во многом популярность сильно переоценена. А внутренняя пустота никуда не исчезает и, быть может, даже усугубляется.

Если вы убеждены, что успех излечит вашу боль, а лекарство появляется, но не помогает, руки порой опускаются. Вы стремились к цели почти всю жизнь, достигли ее, но она не избавила вас от неуверенности и уязвимости; тут недалеко и до депрессии. Ставки выше, последствия сложнее, – скорее всего, на вас только сильнее давит. А справляться с этим тотальным разочарованием никто не учит.

Верная аудитория может показаться тюрьмой. К примеру, музыкант начал работать в любимом жанре и добился большого успеха. Его вкус изменился, но ему кажется, что он кандалами прикован к прежнему стилю, ведь теперь есть менеджеры, рекламщики, агенты, ассистенты и все остальные, заинтересованные в его коммерческом успехе. Некоторые художники даже полагают прежний стиль работы своей неотъемлемой частью.

Если инстинкт велит двигаться и меняться, стоит прислушаться. Альтернатива – паралич от страха потерять почву из-под ног – это тупик. Работа уже не в радость, а вы теряете веру в нее, потому что перестали быть честны с собой. В итоге работа отдает фальшью и все равно не завоевывает публику.

Задумайтесь: быть может, вы достигли успеха благодаря страсти, а не стилю. И если ваша страсть меняет курс, следуйте за ней. Публика откликнется, если вы прислушаетесь к своему чутью.

Один и тот же результат можно расценивать как большой успех или страшный провал – все зависит от точки зрения. Порой эта оценка порождает импульс, который сохраняется до конца карьеры художника. Когда на успешную по всем параметрам работу навешивают ярлык «провал», идти дальше бывает гораздо труднее.

Поэтому главное – оберегать свое личное понимание успеха. И каждую новую работу делать так, словно вам нечего терять; общественное мнение тут вообще ни при чем.


——
Если усвоить идею, что можно создавать и делиться своим творчеством, не привязываясь к результату, работа скорее достигнет своей подлинной формы.

Связь и дистанция (Возможность)

Попробуйте в процессе жизни дистанцироваться от ее истории.

Рукопись романа, над которым вы трудились долгие годы, сгорела при пожаре. Отношения закончились, когда вы думали, что все хорошо. Вы потеряли любимую работу. Как бы трудно ни было, можно переживать подобные события так, словно смотрите фильм. Вот драматическая сцена, где герой сталкивается с непреодолимыми, как ему думается, испытаниями.

Это вы, но и не вы.

Вместо того чтобы погружаться в боль расставания, стресс из-за увольнения или горе утраты, можно дистанцироваться и откликаться так: «Этого поворота событий я не ожидал. Интересно, что дальше будет с героем».

Всегда есть следующая сцена, а в ней может таиться великая красота и блаженство. Без трудных времен нет новых возможностей.

Итог – это не итог. Мрак – не конечная остановка, и дневной свет тоже. Это связный беспрерывный цикл. Они не плохи и не хороши. Они просто есть.

Эта практика – никогда не воспринимать свой опыт как законченный сюжет – поможет жить невозмутимо, открыв дверь любым возможностям. Когда мы одержимо сосредоточены на таких событиях, они кажутся катастрофой. Но они лишь осколок громадной жизни, и чем шире ваш обзор, тем меньше кажется любое переживание.

Возьмем крупным планом – и будем сходить с ума. Возьмем общим – наблюдать. Выбор за нами.

Оказавшись в тупике, мы теряем надежду. Умение не включаться в сюжет, взять общий план и увидеть новые пути преодоления и обхода преграды будет бесценно.

Мы развиваем этот подход, он развивает нас, и воображение освобождает нас от пут личных и культурных сюжетов. Искусство нарушает оцепенение, открывает наш разум тому, что возможно, и восстанавливает нашу связь с вечной энергией, живущей во всем сущем.

Экстаз

Бывало ли, что музыка так увлекала вас, что прямо завораживала? Или книга? Или картина?

Может, потому-то вас и тянет к творчеству – вы вспоминаете опыт чувственной радости, снова и снова. Это как надкусить идеально спелый фрукт.

А теперь подумайте о том, сколько всего заключено в работе, пока она не обретет идеальный баланс. Все неудавшиеся эксперименты. Все тупиковые идеи. Все трудные решения, которые приходится принимать, и судьбоносные крохотные правки.

Чем художник поверяет работу в эти поворотные моменты? Как узнать, что работа – и рабочий процесс – удается? Как понять, что движешься куда надо? И что такое движение вперед?

Можно назвать это чувством. Внутренним голосом. Тихим шепотом, от которого вы хохочете. Энергией, которая является и охватывает все тело. Назовите это ликованием, восторгом или воодушевлением. Когда вдруг торжествуют гармония и счастье.

Это предвестники экстаза.

Экстаз – компас, указывающий наш истинный север. Он возникает в процессе творчества. Вы работаете, вам нелегко, и вдруг вы замечаете: что-то изменилось. Откровение. Малейшая правка открыла новый ракурс – и у вас захватывает дух.

Все меняет мельчайшая, казалось бы, самая прозаическая деталь. Замена слова в предложении. И тут же пассаж из чуши превращается в поэзию, и все становится на свои места.

Художника терзают муки творчества, работа его как будто заурядна. Но вдруг происходит сдвиг, открытие – и она уже выдающаяся.

От заурядности к шедевру – совсем крохотный шаг. Этот скачок не всегда можно понять, но, когда он происходит, он прозрачен и животворящ.

И он может произойти в любой момент. Вы идете и идете по нейтральной территории. Берете новую ноту – и она вдруг тянет вас за собой. Вы включаетесь. Вы ныряете – и вы полны энергии, словно были услышаны ваши молитвы.

Это и есть подтверждение того, что вы на верном пути. Это стимул двигаться дальше. Знак, что вы приближаетесь к шедевру, что в вашей работе есть глубокая истина. Что у нее достойная опора.

Это откровение – сердце творческого начала. Мы ощущаем это всем телом. Нам словно дали команду «на старт», сердце колотится – или мы смеемся от неожиданности. Нам мельком показали высший идеал, в нас открыли возможности, о которых мы не знали. Это вселяет такую энергию, что все трудоемкие, менее интересные этапы работы тут же обретают смысл.

Именно их мы и ищем – моменты, когда все складывается. И мы ликуем, видя, как четко вырисовываются контуры целого.


У экстаза животная природа. Нутряная, телесная, не рассудочная. Пусть он лишен смысла. Пусть мы его не понимаем. Его задача – направить нас.

Разум поможет нам завершить работу, задним числом объяснит, что же нас восхитило, но творческий процесс требует выйти за пределы разума. Отчасти чудо творения в том, что мы можем сами себя удивить, создать нечто великое – такое, чего мы в этот момент даже не понимаем и, может, никогда не поймем.

Скрытые идеи и эмоции из глубин души могут просочиться в тексты песен, сцены фильмов, на холст. Многие художники спустя годы после выхода работы понимают, что, вообще-то, она была шокирующе пронзительной, хоть и зашифрованной, публичной исповедью. Что-то у них внутри пыталось разрешить конфликт или хотело обрести голос.

Глубина работы большой роли не играет. Однако, прислушиваясь к непроизвольным реакциям тела, зачастую можно совершить более глубокие открытия.

Экстаз переживается по-разному. Порой как тихое воодушевление, словно вам задали вопрос, на который вы вроде и не знаете ответ, но неожиданно отвечаете четко, опираясь на некое глубинное знание. Прилив энергии в теле дает спокойную, воодушевляющую уверенность.

Или ошеломление: эмоции настолько сильные, что вам даже не верится. Они сотрясают ваш мир, все кажется нереальным. Вы будто осознали, что движетесь по встречной.

Или же вы незаметно для себя погружаетесь в другую реальность. Слушая песню, вы закрываете глаза и как будто переноситесь куда-то. Песня заканчивается, и вы недоумеваете, осознав, что вернулись в свое тело. Словно очнулись от внезапного сна.

Ловите эти ощущения в своем творчестве. Ищите внутренний отклик. Из всего опыта творчества самый ценный и глубокий опыт – соприкоснуться с экстазом и ему подчиниться.

Точка отсчета

Бывает, включаешь свежую запись артиста, за которым давно следишь, а там вдруг прорыв в странную новизну.

Поначалу звучит странно. Незнакомо. Вырвано из контекста. Так сразу и не скажешь, нравится или нет. Может, даже вызывает отторжение.

Но так и тянет слушать снова и снова. В сознании вырисовывается новый паттерн. Странное становится чуть более знакомым. Постигаешь, как оно связано с тем, что было раньше. Откликаешься, пусть даже против воли.

И однажды понимаешь, что не можешь жить без этой музыки.

Когда любимый артист нарушает все ожидания или новый артист бросает вызов предшественникам, это может сбивать с толку. Поначалу вы разочарованы, вам кажется, что это неинтересно. Как только мы переборем себя и адаптируемся к новой палитре, эти работы могут стать любимыми. И напротив, то, что нравится с первого взгляда, может со временем утратить привлекательность.

То же и с собственным творчеством.

Если мы ищем решение проблемы или новый проект, поначалу неожиданное вызывает резкую неприязнь. Так бывает, когда идея настолько нова, что у вас нет для нее контекста. Без контекста новые идеи кажутся чуждыми и нелепыми.

Порой самыми новаторскими бывают идеи, наименее созвучные нашим ожиданиям. Революционные идеи не имеют контекста по определению. Они изобретают собственный.

Когда мы сталкиваемся с радикально новым, наш первый порыв – оттолкнуть: «Нет, это не для меня». Порой так и есть. А порой оно может привести нас к непреходящей, важнейшей работе.

Осознавайте сильные реакции. Если опыт сразу вызывает отвращение, стоит задуматься о причинах. Мощный отклик часто указывает на глубокие хранилища смыслов. Возможно, исследовав их, вы поймете, каков ваш следующий шаг на творческом пути.

Несоперничество

В искусстве главное – творец.

Цель искусства – выражать нашу сущность.

Поэтому соперничество бессмысленно. Каждый играет на своем поле. Вы создаете то, что лучше всего отражает вас. Другой художник – то, что отражает его. Сопоставлять невозможно. Искусство неразрывно связано со своим творцом и его уникальным вкладом в культуру.

Кто-то скажет, что соперничество вдохновляет на шедевры. Стремление превзойти чужие достижения побуждает выйти за пределы собственных творческих границ. Чаще всего, однако, эта соревновательная энергия низкой вибрации.

Из желания переплюнуть другого артиста или его творчество редко вырастают подлинные шедевры. И такой подход вряд ли благотворно влияет на нашу жизнь. Как говорил Теодор Рузвельт, сравнение ворует все удовольствие[10]. И вообще, зачем творить с целью унизить другого?

Когда же чужой шедевр вдохновляет нас на развитие, энергия совсем иная. Увидев высоко поднятую планку, можно загореться желанием достичь еще большего. Это энергия роста и развития – вовсе не завоевательский дух.

Когда Брайан Уилсон впервые услышал битловский альбом «Rubber Soul», у него снесло башню. «Больше всего в жизни я хотел бы записать настолько же классный альбом», – подумал он тогда. И дальше пояснил: «Послушав его, я был так счастлив, что сразу сел писать „God Only Knows“».

Когда ты счастлив, слыша чужой шедевр, а потом он тебя еще и вдохновляет подняться на новый уровень, это не конкуренция. Это сотрудничество.

Когда Пол Маккартни услышал получившийся в итоге альбом Beach Boys «Pet Sounds», ему тоже снесло башню, он расплакался и затем называл «God Only Knows» лучшей песней на свете. На волне этого вдохновения The Beatles постоянно слушали «Pet Sounds», работая над своим следующим шедевром, «Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club Band». «Без „Pet Sounds“ не было бы „Сержанта Пеппера“, – говорил продюсер битлов Джордж Мартин. – „Пеппер“ – это попытка достичь уровня „Pet Sounds“».

Этот творческий пинг-понг строился не на коммерческом соперничестве, а на взаимной любви. И все мы в выигрыше от этого спирального взлета к великолепию.

Нет системы, чтобы оценить, какая работа лучше всего отражает своего создателя. Великое искусство – это приглашение, клич, брошенный творцам по всему миру, чтобы они стремились еще выше и глубже.


Есть и другая конкуренция, которую можно считать бесконечно полезной: история, что разворачивается до конца жизни художника. Соревнование с самим собой.

Конкуренция с собой – это стремление к эволюции. Цель – не одержать победу над другой своей работой, а двигаться вперед, ощущать прогресс. Рост, а не превосходство.

Наш талант и вкус эволюционируют, рождая в разное время разные работы, но их нельзя сравнивать. Это моментальные снимки – кто мы есть, кем мы были. Все они – наши лучшие работы в момент их создания.

С каждым новым проектом мы стараемся как можно прекраснее отразить то, что живет внутри прямо сейчас.

В духе соревнования с собой поставьте себе задачу двигаться вперед и стремиться к неожиданному. Пусть вас не останавливает даже созданный шедевр. Шагайте дальше.

Суть

В любой нашей работе, как бы затейлива она ни была, есть некая основополагающая суть. Ключевая отличительная черта или несущая конструкция – как скелет, на котором держится плоть. Ее еще называют «бытийностью».

Ребенок рисует дом: окно, крыша, дверь. Сотрешь окно – на рисунке все равно дом. Сотрешь дверь – все равно дом. Но если будет одна дверь с окном без крыши и стен, уже непонятно, дом это или нет.

Так и любое произведение искусства обладает уникальной животворящей чертой, определяющей его сущность. Это может быть тема, организующий принцип, ракурс, качество исполнения, материалы, настроение или несколько элементов сразу. И любой может подпитывать суть.

Если скульптор ваяет из камня или из глины, творческий опыт у него разный. Однако у каменной и глиняной скульптуры может быть одна и та же суть.

Суть есть всегда, и на стадии мастерской наша задача – не утаить ее. За время работы суть ее может измениться. Вы оттачиваете работу, добавляете элементы, переставляете детали – и появляется новая суть.

Порой вы даже не знаете сути, пока работаете. Вы лишь экспериментируете и играете. А суть проступает, когда вы добились результата, который вас устраивает.

Возгонять работу, чтобы она максимально приблизилась к сути, – полезная и познавательная практика. Обратите внимание, сколько деталей можно убрать, пока ваша работа не перестанет быть собой.

Оттачивайте ее до тех пор, пока она вовсе не лишится рюшечек – и все же останется нетронутой. Ничего лишнего. Порой декор необходим, чаще – нет. Обычно – чем меньше, тем лучше.

Если у вас два элемента, которые вы хотите соединить, будь то два предложения или две части песни, попытайтесь срастить их без перемычки – и родится огромный потенциал. Ищите самый простой и изящный способ выразить мысль, обходясь минимумом информации.

Если возникают сомнения, нужен ли в произведении тот или иной элемент, наверное, лучше от него избавиться. Некоторые артисты суеверно боятся вычеркивать, словно из-за этого проект испарится у них на глазах. Не забывайте: все, что вычеркнуто, потом всегда можно при необходимости вернуть на место.

“Как видно, совершенство достигается не тогда, когда уже нечего прибавить, но когда уже ничего нельзя отнять.”
Антуан де Сент-Экзюпери

В конечном счете
совокупная суть
всех наших работ
может служить отражением.
Чем ближе мы к подлинной
сути каждой работы,
тем скорее все они
в один прекрасный день
хотя бы намекнут,
в чем наша суть.

Апокриф

У каждого художника есть герои.

Творцы, чья работа нам близка, к чьим методам мы стремимся, чьи слова лелеем в памяти. Эти исключительные таланты кажутся сверхлюдьми, мифическими персонажами.

Можно ли увидеть истину издалека?

Не увидев собственно создания любимой работы, не узнаешь, что же произошло. А наблюдай мы процесс своими глазами, впечатления наши были бы в лучшем случае сторонней интерпретацией.

Истории о том, как создается искусство, и о ритуалах творцов обычно приукрашены, а зачастую и вовсе чистый вымысел.

Искусство появляется естественно, само собой. Можно гадать, откуда взялась центральная идея и как из отдельных элементов сложился такой шедевр. Но никто не знает, как и почему это происходит. Часто даже сам автор.

Когда художник думает, что знает, его интерпретация бывает неточна или неполна.

Мы живем в таинственном мире, где неясности хватает с лихвой. Чтобы их объяснить, мы то и дело строим гипотезы. Признав всю сложность человеческого опыта, мы сможем выйти из естественного состояния растерянности. И выжить.

Обычно наши объяснения – догадки. Разум превращает зыбкие гипотезы в факты. Мы – интерпретирующий механизм; навешивать ярлыки и дистанцироваться вроде помогает, но не гарантирует точности. Мы ненадежные свидетели своего опыта.

Поэтому когда художник создает работу, где все сложилось благодаря каким-то незримым силам, а потом процесс подвергают анализу – выходит просто очередной рассказ. Это история искусства. Реальность искусства навсегда останется загадкой.

Такие истории бывают интересны и дают пищу для ума. Но полагать, будто качество работы обусловлено конкретным методом, – заблуждение. Особенно если воспроизводить процесс в надежде на схожий результат.

Легендарные персонажи в искусстве и истории порой становятся объектами поклонения. Контрпродуктивно сравнивать себя с ними, потому что их – вот таких – никогда не было. Они люди со всеми свойственными им слабостями и недостатками, как и мы.

Каждый художник работает с собственным балансом силы и слабости. Нет правила, что чем больше у тебя похвальных качеств или чем больше ты склонен к романтизированному саморазрушению, тем лучше твое искусство. Самовыражение важно, все прочее – нет.

Любое искусство – форма поэзии. Вечно меняется, никогда не застывает. Мы думаем, будто понимаем смысл своей работы, но со временем интерпретация может измениться. Творец перестает быть творцом, едва заканчивает работу. И тут же превращается в зрителя. А зритель может привнести в произведение не меньше смыслов, чем творец.

Мы никогда не узна́ем подлинного смысла работы. Полезно помнить, что в ней задействованы силы за пределами нашего понимания. Давайте заниматься искусством, а истории пусть придумывают другие.

| Мы ступили на территорию магии. Никто не знает, как она происходит и почему.

Переключите внимание (Лишние голоса)

На первый проект могут уйти годы, даже десятилетия. Обычно он вырастает в пустоте, в заурядных обстоятельствах, в диалоге – чаще всего с самим собой.

Когда мы представили проект миру, появляется внешнее влияние. Возникает публика, будь то друзья или много незнакомых людей. Работой могут заинтересоваться частные лица и компании, имеющие свой коммерческий интерес. И когда мы приступаем к следующему проекту, порой со стороны начинают доноситься громкие голоса, подталкивающие нас в разных творческих направлениях. Они требуют работу прямо сейчас, не заботясь о качестве.

Эти голоса достигают разума художника – дедлайны, сделки, продажи, внимание СМИ, публичный образ, помощники, затраты, рост аудитории, сохранение доверия фанатов – и могут отвлекать. И тогда целью искусства становится не самовыражение, а самообеспечение. Вместо творческого выбора – бизнес-решения.

Тут главное – уметь отключаться. Не допускать внешнее давление в ваш внутренний процесс, не позволять ему вмешиваться в чистое творческое состояние.

Стоит вспомнить ту ясность, которая породила первую работу и первый успех.

Отбросьте не только деловые соображения, но и потребности и идеи этих внешних голосов. Не впускайте их в сознание, пока создаете свой шедевр.

Если вы сосредоточитесь только на творчестве и будете работать в сакральном пространстве, это всем пойдет на пользу. И все прочие задачи будут решены.


На любом этапе карьеры в голове может заговорить внутренний критик. Он будет твердить, что вы недостаточно талантливы. Что идея не слишком хороша. Что вы зря тратите время на искусство. Что результат никому не понравится. Что вы неудачник.

Или наоборот: вы все делаете идеально и станете величайшим феноменом на свете.

Как правило, это те внешние голоса, которые мы слышали в детстве. Возможно, так говорил строгий или души в вас не чающий родитель, учитель, наставник. Эти голоса не ваши. Вы присвоили чужое суждение. Так что их, как и прочую случайную болтовню, можно не слушать.

Любое давление, внутреннее или внешнее, – сигнал для самоанализа. Цель художника – сохранять чистоту и не привязываться. Не допускать, чтобы его отвлекали стресс, ответственность, страх и расчет на заданный результат. А если это происходит, всегда можно начать заново.

Первый шаг к очищению – признать проблему. Обратите внимание, угнетает ли вас самокритика, давит ли стремление оправдывать ожидания. Вспомните, что коммерческий успех никак от вас не зависит. Важно одно: заниматься любимым делом, выкладываясь по полной, здесь и сейчас.

Освобождение от внутренних голосов – своего рода медитация. На время отбросьте все переживания и скажите: я сосредоточусь на одном-единственном деле – создании прекрасной работы.

Если что-то отвлекает в процессе, не игнорируйте и не сосредотачивайтесь. Вообще не тратьте на это энергию. Пусть все это минует вас, как облака, расступающиеся вокруг горы.

Регулярная отработка этой практики тренирует сосредоточенное намерение, которое применимо во всем, что вы делаете. В дальнейшем, чтобы абстрагироваться от отвлекающих голосов и растворяться в работе, усилие воли не потребуется – это станет наработанным навыком.

Самоосознанность

В детстве мало кого учат понимать и ценить свои чувства. Система образования требует от нас в основном послушания, а не внимания к эмоциям. Выполнения того, чего от нас ждут. Природную независимость укрощают. Свободную мысль держат в неволе. Навязанные нам правила и ожидания не касаются поиска себя и своих талантов.

Система создана не ради нашего блага. Она подавляет нашу индивидуальность и тем поддерживает свое существование. Особенно пагубно это сказывается на независимом мышлении и свободе самовыражения. Наша задача как художников – не вписываться и не подстраиваться под общепринятое мировоззрение. Наша цель – оценить и развить понимание себя и окружающего нас мира.

Самоосознанность помогает настроиться на свои мысли, чувства и их интенсивность без интерференции. Замечать, как именно мы замечаем внешний мир.

Отлаженное умение расширять и оттачивать самоосознанность – ключ к откровениям в работе. Бывает, что неплохих версий множество. Как понять, что мы на пути к прекрасной?

Самоосознанность позволяет нам прислушиваться к телесным откликам и отмечать энергетические перемены, которые либо подталкивают нас вперед, либо уводят в сторону. Порой они едва заметны, порой – сильны.

Наша самоосознанность как художников – умение настроиться на свой внутренний опыт, а не прислушиваться к тому, как нас воспринимают со стороны. Чем больше мы отождествляем себя с нашим «я» в чужом представлении, тем больше теряем связь с собой и тем меньше наш запас энергии.

Мы тянемся к высшему сознанию. Освобождаемся от навязанного «я», навязанных ограничений. Мы хотим не определить себя, а расширить, настроиться на свою безграничную природу и связь со всем сущим.

Самоосознанность – это трансцендентный переход. Отказ от эго. Освобождение.

Смысл этого понятия может ускользать, ведь одновременно в нем уживается идея поиска своего «я» и отказа от него. Но это мнимое противоречие. Как художники, мы стремимся приблизиться ко вселенной, приближаясь к своему «я». Мы движемся к точке, в которой уже не разберешь, где границы того и другого. Мы совершаем дальнее метафизическое путешествие от здесь к сейчас.

| Работать полезно так, словно проект, которым вы занимаетесь, масштабнее вас.