Досмотрел «Получеловек». Давно не смотрел сериала, который создаёт такое напряжение и настолько глубоких персонажей.

Сначала думаешь, что конфликт будет между двумя братьями. Рубин чересчур маскулинный и агрессивный (антагонист), а Найл (протагонист) ну прям соевый: не может за себя постоять, слабый, безвольный и поддаётся своим зависимостям (ебле с мужиками и наркоте).

На деле всё это зеркало (нейрослопово звучит, но блять). И всё же прям явным мудаком оказывается как раз тот самый слабак Найл. Если проследить все его поступки, то он всегда был причиной проблем Рубина.

«Оленёнок» был собран ровно так же: тебе подсовывают жертву, человека, которого жалко, а к финалу выясняется, что он сам — залез в яму с говном. Приём в том, что рассказчик, которому мы верим, оказывается автором собственного ада.

Поэтому он и мудак не несмотря на мягкость и типо хорошесть, а через неё. Мягкость тут — способ ничего не решать и утащить за собой всех, кто рядом. Трус, который не может посмотреть на себя, врёт, прячется, и это враньё гниёт и заражает всё вокруг.

Короче, это типичное поведение «хорошего парня», который боится кого-то обидеть, пытается сделать всё правильно и всем нравиться, но на деле оказывается как раз таки антагонистом, потому что «хорошие парни» никому не нравятся, в первую очередь себе, но они боятся это признать, потому что тогда придётся справляться с агрессивным миром.

Вернёмся. Рубин тоже не святой. Насилие настоящее, мужик жестокий (меня это почему-то вдохновляет, может хочу быть таким, но не умею). И зеркало в том, что сериал отказывается назначить Рубина главным злом — но и не оправдывает до конца. Суть проблемы — избегание Найла. Маскулинность здесь другая крайность одной и той же поломки.

Зачем девушки фотографируются в цветах? С этим вопросом я шёл через Марсово поле. Некоторые садились у пионов, что цветут вдоль засыпанных гранитом дорожек. Другие утопали в сирени, как Гомер Симпсон в кустах в известном меме, пока подруги фотографировали их улыбающимися. Думаю всё же, это что-то древнее, ещё из античности.

Спрашиваю у нейронки сакральный смысл действа.

«Цветы тянут за собой очень старый визуальный код. Женщина-как-цветок — это Флора, Офелия в осоке, панно Мухи, вся прерафаэлитская оранжерея». Понятно. Ну что-то такое я и думал.

Вообще, я все выходные был без связи, и это почему-то меня не волновало. Я гулял один. Ходил по улицам, потому что наконец-то плюс двадцать четыре, и не думал кому-то писать или ждать чьего-то ответа. Бродил по «Подписным», купил «Котлован» Платонова, «Записки из подполья» Достоевского и последний роман Пелевина.

Ещё у меня отвалился впн на телефоне. И я только сегодня его починил. Поэтому выходные превратились в эпоху без связи. Все, кто может мне написать, пишут в тг (кроме мамы, для неё аймессадж). Но никто и не писал. Почему-то это перестало быть проблемой.

Наверное, из-за новой работы, где уйма контекста, который нужно усвоить, а это занимает всю оперативку, и места для иных мыслей попросту не остаётся. Меня устраивает.

Зато сегодня слушал, как мужик из окна напротив орал таким ебейшим матом, что мне казалось, он решится убить кого-то из своих сожителей. Если завтра у парадной увижу ментовский бобик или скорую, не удивлюсь. Удивляет только такое поведение. Оно явно из-за страха. Как лай мелкой чихуахуа.

А ещё я никак не привыкну к белым ночам. Сейчас одиннадцать, а за окнами светло, как днём. Ну, может, чуть сумерки спустились, но не вот прям. И небо цвета пионов, с которыми девушки фотографируются на Марсовом поле. Выходные прошли. Мало успел пожить для себя.

Теперь я понимаю, как это когда тебе ни до чего. Когда не хочется с кем-то видеться, писать, тем более тратить время на какие-то прогулки или встречи. Зачем это всё, когда время есть только на работу и чтобы делать личные проекты. Теперь я понимаю, что работа может занимать всё внимание, а после еле успеваешь сделать личные такси, чтобы лечь спать не в час или два ночи, потому что утром на спорт, а ещё надо успеть восстановиться, чтобы не терять в продуктивности.

— Но можно же жить обычной жизнью? — спросите вы.

— Можно. Но зачем Но это вот точно не для всех. Потому что в таком ритме я не вижу смысла. И многие кто меня окружает, тоже думают так, но наверное просто не рефлексируют на этот счёт, потому что если будет ещё и рефлексия, то спать придётся ложиться не в два ночи, а в четыре. А в четыре у нас уже знаете как светло, уже и ложиться не хочется, потому что за окном лучшее время: тихо, светло и спокойно. Самое время, чтобы вершить свои дела пока никто не отвлекает.

Я сперва подумал, что это реальная новость, но как обычно зассали так написать. Ладно. Все понимают про редакционную политику, тон оф войс и всё это самое.

А ещё мы все знаем, что главное правило «не глотать» относится только к бензину.

Целый час лежал и смотрел рилсы. Смеялся до слёз. Смешнее всего, когда кто-то падает конечно. Ничего полезного не сделал.

Это просто так, чтобы зафиксировать.

К новостям культуры и двойным стандартам. Пост из тех, которые интересны админу и пишу в первую очередь для себя. Как говорится — как по кайфу. Короче, на днях анонсировали вторую часть игры Stellar Blade: Blood Rain.

По первой части фемки и им сочувствующие воук-долбоёбы прошлись знатно с идеей, что вообще-то девушек с такой фигурой не бывает, это объективация женщин и опять патриархат наступает. Игра, если что, от корейских разрабов, а про культуру Кореи с её стандартами красоты неплохо было бы почитать перед своим хейт-спичем. Но это задача со звёздочкой для активистов с двузначным iq.

Вторую часть уже притягивают за pdf файлы. Мол, что-то у героини слишком детское лицо и фигура не по годам. «Ей точно есть 18?» Опять объективация, нереалистичные стандарты и дальше по соевой методичке. У леваков реально одни мысли на всю линию партии.

Конечно, разрабов обвинили и в Male Gaze (это когда образ строится главным образом из физической привлекательности, если кратко).

И вот тут наступают двойные стандарты. Потому что в последнее время формируется и Female Gaze. И ладно бы были те же стандарты, что и у Male Gaze. Но всё куда интереснее. Разберёмся. Упрощённо. Всё-таки у меня тут не пабмед с рандомизированными слепыми исследованиями. Короче.

Male Gaze
• Фокусируется на физической привлекательности. Девушка должна быть молодая и красивая. Больше от неё ничего не требуется.

Female Gaze
• А вот тут уже комплексный идеал мужика: красотивый, статусный, успешный, добрый, заботливый, не абьюзер, эгоист, умеет поддержать и выслушать, эмоционально зрелый и т.д. Как мы видим, просто быть красивым не проктит, нужны и другие бенефиты.

И вот попробуйте меня переубедить, что это не так. А как такие стандарты влияют на ожидания от реальных отношений, все понимают. Поэтому и возникают рилсы, где какая-нить тёлка говорит, что настоящих мужчин не сыскать. Ясен хуй, их нет, потому что ебать как сложно соответствовать всем требованиям, которые нам вбивает в голову культура.

Поэтому сексуализированные женские персонажи подвергаются гораздо более жёсткой критике, чем идеализированные мужские персонажи. Но в то же время растут и требования к нам, воины. Такие вот хуёвые дела.

Посмотрел первую сериая «Дома дракона» третьего сезона. Ну красиво, эпично, не напряжно совсем.

Но после «Получеловека» совсем не то. Ясно, что разные жанры, но смотрится совсем как-то скучно. Хотя должно быть напряжение. Увы.

Избаловал себя хорошими произведениями.

Петроградка, Большая Пушкарская, вышел на обеде посидеть в Матвеевском саду. На соседней лавке бабка, хуярит матом всех подряд, кто идёт мимо. Кому «куда прёшь, корова», кому просто «пидoры» или «идите нахуй!».

Прохожие делают вид, что не замечают, на соседних скамейках будто ждут, что следующим крикнет бабка. Я, само собой, тоже.

Идут двое зумеров, парень и девушка, явно школьники. Держатся за руки, поглядывают друг на друга и что-то обсуждают.

Бабка молчит. Все замерли, смотрят на неё, она на парочку. Всматривается долго.

И уже вслед им:

— Любите друг друга!

Вторую неделю туплю в рилсы по два часа и вот что понял. Ни кино, ни аниме, ни выйти с кем-то погулять. Ложусь с ноутом на грудь и листаю видосы один за другим. Не думал, что подсяду на это дерьмо, но вот пожалуйста.

Регулярно попадались рилсы на несколько тем: отношения, как охуели мужики, как охуели бабы, как разъёбываются мотоциклисты, мемы из качалки (315, треки и тд), аниме, куда без него. Были и добрые: на улице кому-то суют записку, а на ней «у тебя всё получится, просто продолжай идти» и всякая другая слезодавка.

Много эмоциональных. Парню дают ту самую записку и снимают, как он расчувствовался до слёз. Девушка дарит парню айфон, а он не верит, что всерьёз. Парня с девушкой просят продолжить «придём домой, и ты у меня…», и мы, воины, знаем, что там дальше.

Админ, кстати, как-то написал девушке письмо. Не так давно. Длинное, нормальное с чувствами тд. Она не ответила ничего и потом тупо загостила. Хотя до этого общались неделями. Больше я такой хуйни не делаю.

И тут предельно видно: мужики у нас пиздец недолюбленные. Что-то хорошее в свою сторону слышат по праздникам. Неспроста есть мем про три комплимента за всю жизнь, где третий — «как живой».

Тут нужен вывод, но он вышел бы слащавым. Да и непонятно, от кого это добро вообще получать. Гачимучи не предлагать.

И тут я заметил кое-что про девушек в этих же рилсах (такие у нас источники теперь). Но разворачивать не буду — либо скачусь в обиду, либо в морализаторство, а и то и то одинаково хуёво. Но что мы говорим на разных языках это очевидно. Поэтому воины, рассуждения о чувствах оставьте для психолога.

Дописываю текст и слышу: баба в доме напротив орёт животным криком то ли на мужа, то ли на ребёнка. Крики слышу регулярно — лето, окна открыты, белые ночи, и знаете как красиво у нас на болотах по вечерам.

Показали трейлер нового «Киберпанка: Бегущие по краю 2». Уже выглядит великолепно из-за одного персонажа (музыка опять крутая кстати)

Главный герой Уик Кингсли. Бывший наёмник, лишился хрома и теперь пытается выжить в Найтсити. Еще пишут, что у него была крутая репутация. А значит прошлое у него было не простое.

Но по какой-то причине снял весь хром, а в трейлере видно, что у него троятся глаза. Скорее всего, чтобы избежать киберпсихоза.

Самое любопытное дальше. История, судя по всему, про человека, который мог стать легендой. В мире Киберпанка для этого нужно сдохнуть — таковы правила. Он отказался. И выбрал стать обычным.

По сути это конфликт Ахилла из «Илиады»: короткая жизнь со славой или долгая и безвестная.

Я выбрал бы первый вариант.

Третью неделю подряд солнце будто и не садится совсем, а где-то бродит у горизонта. Висит за Лахтой на одной высоте, как будто кто-то поставил игру на паузу и ушел курить. Я плохо сплю вторую неделю и, кажется, начал слышать, как летит тополиный пух — тихий такой шорох, будто город линяет.

На Большой Пушкарской мужик в трусах поливает из шланга асфальт и кричит, что смывает лишнее время. Вот нахуй ты это делаешь? Времени и так совсем нет. Вчера я только ждал выходные, а сегодня уже почти среда. В воде отражается сирень и ботинки прохожих.

Дошёл до Невы. Стою у Петропавловки и смотрю на тёмную воду. На обеденном небе висит бледная луна.

Там откуда я родом так не бывает.

Очень люблю «Обломова» Гончарова. К Ильи Ильичу можно относитья по-разному, но этот его монолог прекрасно иллюстрирует почему новости читать нахуй не надо.

Шёл по Большому проспекту, свернул на Бармалеева и чуть не вступил в свежую блевотину. Жирное розово-пастельное пятно расплескалось по брусчатке. Я посмотрел по сторонам, дабы найти автора. Но вокруг шли только приличные люди: девушки на каблуках и в модных луках, парни в поло и широких штанах, курьер прошелестел на мопеде.

А кругом бутики: 12 Storeez, 2Mood, «Кенгуру» (где детские коляски по цене мерседеса), Paul & Shark, P.E.Y. Короче, мне до сих пор непонятно, кто эти люди и что сподвигло человека наблевать на тротуар среди дня.

Хотя в последнее время меня настигает всё, что я не понимаю. Будто мироздание тыкает мордой, как нассавшего на ковёр котёнка. Так что если увидите человека, блюющего на мостовую, то, возможно, это админ.

Дорогой дневник сегодня я пожал 85 кг от груди на пять повторений. В прошлый раз было два подхода по 80 кг, на десять. Ещё каких-то пятнадцать кг и я смогу сказать, что пожал сотку. Но не думаю, что смогу взять такой вес раньше, чем через полгода.

Сегодня опять тупил в рилсы пока ел, спал после обеда, никуда не ходил.

За окном грозовые горы облаков. Дождь никак не начнётся. Немного печалит, что выходной, а я сижу дома. Да и белые ночи скоро уже всё.

Спасибо дорогой дневник, до встречи.

Вчера админ ходил на лекцию Антона Васильева про Психополитику. Термин ввёл корейский философ Бён-Чхоль Хан. Если сильно общо, то в «Психополитике» происходит следующее: дисциплинарное общество Фуко строило тюрьмы снаружи, чтобы контролировать людей, неолиберализм перенёс из внутрь нашего сознания. И как следствие — заключённый и надзиратель стали одним человеком. Бён-Чхоль Хан называет это «предприниматель самого себя»: ты одновременно начальник и работник, эксплуататор и эксплуатируемый.

Отсюда следует мрачный вывод про классовую борьбу: она стала невозможной, потому что бунтовать пришлось бы против себя.

А ход всей беседы можно описать, как на этом меме.

Есть три вещи, в которых разбираются абсолютно все: политика, дизайн и футбол. Туда же медицину и воспитание детей. Вчера был свидетелем этого мема в реальности.

Мы сидели в Севкабеле и продолжали дискутировать про психополитику. Было тепло, тучи прятали солнце, вода в заливе колыхалась за спинами. Народу было много — всё же вечер воскресенья. И стоило лектору сказать что-то за большевиков, как проходящий мимо мужик замедлил шаг. Прислушался. Подошёл к нашей тусовке и встал слушать. Нас было человек пятнадцать, и мы говорили о том, куда движется нынешний дискурс.

Мужик начал спорить с тезисом, что мир сильно расщепился и теперь никто не может вобрать его в себя целиком. Мол, раньше обычный крестьянин тоже не понимал, как ковать железо или лечить подагру.

Спор зашёл и за большевиков, но я не особо вслушивался: мне было интереснее вернуть разговор к психополитике. Мы мягко вырулили обратно, и мужик сам собой рассосался.

Но к лекции. Психополитика — термин который ввёл корейский философ Бён-Чхоль Хан. В неолиберализме власть больше не принуждает нас. Вместо этого нам внушили, что мы сами хотим стать лучшей версией себя, добиться успеха, реализоваться и так далее. Отсюда новый язык, которым мы описываем мир и себя (сюда можно подтянуть гипотезу Сепира — Уорфа, но не буду).

Теперь все разбираются и в психологии: у меня депрессия, ОКР, СДВГ, тот вон нарцисс, а у неё избегающий тип привязанности. Термины, которые раньше жили в кабинетах специалистов, пошли в народ. И нам кажется, что мы понимаем, что за ними стоит, и будто бы это и есть описание реальности.

Но реальность нам недоступна: мы всегда имеем дело только с моделью от наших органов чувств. Всё, что нам кажется, не факт, что таким и является и вообще существует. Да и сама личность конструкт: копни глубже, и никаких нас нет. Но мы обрели новый язык и решили, что стали умнее родителей, предков и людей сильно до модерна. А на деле как жили в иллюзиях, так и живём. Просто набрали свежих концептов, скорее химер, и стали думать, что что-то поняли.

Мы вчера даже спорили: а есть ли вообще общепринятые и всем понятные вещи? Одна девушка предложила всеобщее благо: это когда человеку всегда хорошо.

Окей, базовый пример: горячая вода — благо? Отчасти. Но что такое горячая вода? Сколько градусов? В какой сезон? Где я живу, чтобы её ценить? Иметь горячую воду на Бали и иметь её зимой в Питере — разные блага. Это, кстати, пример сократического диалога. Вот и выходит: общего блага нет, каждое понятие, читай концепт, мы понимаем по-своему.

И тут возникает вопрос: если мир недоступен, всё модель, а власть контролирует нас через сознание, точнее, мы сами этим занимаемся, тогда что делать?

Практических инструкций уровня «удалите инстаграм» нет: любой рецепт самооптимизации встраивается в ту же машину неолиберализма. Хорошо, эффективно, плохо, хуёво — всё это категории внутри капиталистического дискурса. Короче, рыба не может понять, что такое вода, потому что живёт в ней. Техник нет, есть другие формы жизни. Об этом потом. И так распизделся.

Двадцать лет назад такой хуйни не было. Я не знал, что такое «травма», что такое абьюз и депрессия. Хотя был почти 2007 год, и депрессия входила в моду вместе с розово-чёрным пантоном под трек Оригами «Без лишних слов». Короче, психотерапевтичный дискурс принёс с собой, будем честны, и улучшение коммуникации, и большее понимание себя. Но, как любая хорошая вещь, например кока-кола, он бывает пользой и вредом одновременно. Разберём вред.

Первое. Коучинг и позитивная психология — инструменты власти, потому что они переводят любую проблему на язык внутренней недоработки. Уволили, платят мало, аренда сжирает половину дохода, а вам говорят про «выгорание», «ресурс» и «проработку». Язык заранее назначает виновного, то есть тебя: мало работаешь, хуёво стараешься, неправильный настрой и не те картинки повесил на карту желаний.

Второе. Расползание понятий: клинические термины лепят на бытовые ситуации. Травмой называют неприятный разговор, газлайтингом — несогласие, токсичностью — лёгкое замечание. Человек, переживший встречу своего дома с беспилотником, и человек, которому нахамили в очереди, получают один термин. И не забыть бы наилюбимейшее слово большинства — обесценивание. Мол, нельзя обесценивать себя, ситуацию, травму. Подставьте подходящее.

Треть. Терапевтический язык формует переживание до того, как оно случилось. Партнёры обсуждают отношения на языке потребностей и ебучих личных границ, будто это таски в Джире. Сама интимность становится холодной: осталось только апрувить каждый секс цифровой подписью, чтобы потом точно не было двусмысленности согласны все были или нет.

Только вот тут какое дело: боль, у которой ещё нет ярлыка, заставляет думать. А если ярлык есть, то идёшь в аптеку. И не факт, что таблетка лечит именно то, что нужно.

И четвёртое. «Мне сейчас не хватает ресурса на этот разговор», «ты нарушаешь мои границы», «я не обязан контейнировать твои эмоции» — вроде забота о себе, правда? На деле это способ закрыть любую претензию, не отвечая на её содержание. Претензия может быть справедливой, но справедливость на языке неолиберализма невыразима: есть только комфорт и дискомфорт.

Такой язык производит уязвимого субъекта, который описывает себя в терминах травм и триггеров и начинает им соответствовать.

Вот такая вот хуйня, собачка.

Стою в «Маяке. Восток» в Новой Голландии, среди манги, аниме-статуэток и азиатских жвачек с чипсами. Рядом ходят дети лет десяти.

— Да где здесь Евангелион? — спрашивает мальчик девочку.

Правильное решение. Раньше зайдут в депрессию, раньше выйдут.

Плюсы работы в корпе: заставляют потратить отпуск до конца года, и неважно, что я работаю всего месяц.

Это значит, что в ноябре посмотрю сезон момидзи, поем лучшего рамена и суши, погуляю по Акихабаре, наберу стопку манги, которую не увезти в Питер, снова уеду на синкансэне из Токио в Киото и поживу в рёкане с онсеном. Осенью самое то.

А Бали, на Бали надо в феврале.