Управление ФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области уничтожило 530 килограммов кокаина на специальном испытательном полигоне одного из предприятий города.

Новости с болот.

История во время наводнения в Петербурге. Поздняя ночь — шорохи за дверью, свет никак не зажигается, липкое ощущение, что кто-то смотрит с соседнего дома.

Страх утонуть и стремление сквозь собственное сумасшествие всплыть хоть куда-то.

Читать фрагмент романа

Блять. Эти качели уже порядком поднадоели Хотя это скорее тарзанка — лечу вниз, обдираю коленки, чуть ли не ломаю ноги о землю и камни, а потом меня подбрасывает вверх — и я вижу солнце, облако в форме тираннозавра, тучи как у Макото Синкая в «Дитя погоды» и радугу после долгого дождя.

Никакой боли от ссадин. Только восторг. Вау! Как красиво! Так приятно — хочу здесь задержаться. И замираю на какое-то время.

Ночь. Куча сил. Спать не хочу. Надо многое написать, а ещё по работе кое-что доверстать. И почитать в постели. Обязательно. Вот так выглядит мотивация. Охуенно. Лишь бы потом снова не лететь вниз.

Хочется спрыгнуть, чтобы как в детстве — непременно в прохладное озеро. И чтобы были каникулы. Июль же. Как давно это было? Уже и не счесть лет, дней, часов.

Спрыгнуть — и чтобы брызги во все стороны. Достать ногами до самого дна. Оно илистое. Скользкое. Противное. А потом вынырнуть и поплыть к берегу. И чтобы солнце слепило. Лето всё-таки.

Поговорим, как искусство поддерживает в сложных моментах. Недавно я свалился на дно мирское: ничего не хотелось, меланхолия, апатия, всё хуёво и далее по списку (тревожно-депрессивные поймут, кого это никогда не касалось — вам охуенно повезло).

В таком состоянии надо идти к психотерапевту, садиться на колеса и не сдаваться. Но это долгий путь. А хочется, чтобы стало хорошо — или хотя бы нормально — прямо сейчас. Когда изнутри колет сотня игл, а на груди камень, не дающий вздохнуть — терпеть это сложно.

И тут я для себя понял: мне пиздец как помогает посмотреть какой-нибудь сёнен или исекай. Всё это — жанры аниме и манги: герой попадает или перерождается в альтернативный, фэнтезийный мир. Герой, который сначала слаб — не сдаётся. Его пиздят, отвергают, он проигрывает — но встаёт. Опять и опять.

После созвона с другом, он настоятельно рекомендовал это аниме, я включил «Поднятие уровня в одиночку». Вообще, это манхва — корейская манга, адаптированная в аниме.

Суть простая: в мире появились врата, из которых лезут мобы, а у некоторых людей — сверхспособности: маги, хилеры, ассасины, танки. Как в любой RPG.

А главный герой — самый слабый из всех. Но! В одном из подземелий он не сдаётся и почти умирает. И получает странную абилку: он может качать свой левел (как в линейке или в варкрафте). И начинает разъёбывать всех.

С миром там не оч всё в порядке в плане проработки и логики. Но в состоянии, когда хуёво, это уже детали. Второстепенные персонажи — чисто чтобы подчеркнуть крутость ГГ. Тоже пропускаем. Нам сейчас нужно, чтобы хоть кто-то показал, что возможно вылезти из любой жопы.

Во втором сезоне ГГ уже прям сигма-бой, пафос в каждом кадре. Сонг Джин — так зовут героя — после прокачки становится просто имбовым. И без особых мук совести. Просто крошит мобов без нытья, без повестки, без морализаторства.

Есть хуки, которые цепляют: за ГГ кто-то будто бы присматривает, есть какая-то система. В состоянии пиздеца в жизни, тоже хочется, чтобы кто-то присмотрел.

Ещё там оч крутая музыка!

И это — кайф. Особенно, когда ты в состоянии овоща, лежишь на диване, не веришь ни во что, мир кажется черно-белым, а будущее — просто отсутствует.

Такие сёнены показывает: изменения возможны. Они медленные, болезненные, но реальные. Вообще, сёнэн — это не про драки. Это про надежду, которая приходит через боль, усилие и упрямство.

Со дня, когда всё это началось, я не был в «Подписных». Завтра поплетусь туда покупать Лабатута — «Извлечение камня безумия». Книга в восемьдесят страниц. Пятьсот десять рублей. Выходит, по шесть рублей и тридцать с чем-то копеек за страницу.

Прочитал у Антона Секисова, что в книге «автор в очередной раз успешно поэтизирует (и монетизирует) хаос, лавкрафтианскую бездну, куда мы все охотней сползаем и которой активно интересуемся».

Сейчас это — именно то, что нужно.
Ну и — кондиционер на двадцать градусов.

В книге «Карта чужих желаний» Томаса Уитни есть одна странная, но точная инструкция — как выманить кошку из-под дивана.

Первое, что хочется сделать — встать на четвереньки, засунуть руку в узкое пространство между полом и диваном и схватить. Но кошка не дура. Она спряталась не просто так. Она боится. Или обижена. Или ты просто её утомил своим постоянным «ну выйди уже». Не трогай. Если полезть тащить её силой — только дальше спрячется. Дай ей побыть в тени. Там прохладно и ей кажется, что безопасно.

Второе — положи что-нибудь вкусное рядом. И отойди.
И не туда, где тебе удобно. А туда, где удобно ей. Это будет не манипуляцией, а приглашением. Только без ожиданий. Если она выйдет — значит всё делаешь правильно. Но это первый шаг. Это должно быть жестом, который покажет твоё отношение к ней. Без желания схватить за шкирку, как только она покажет голову.

Убери всё, что пугало.
Пылесос. Громкий голос. Попытки контролировать. Претензии на её территорию. Всё, из-за чего она спряталась. Тогда она и высунет мордочку, чтобы посмотреть: безопасно ли.

Будь где-то неподалёку. Занимайтесь своими делами.
Не проверяй её каждые пять секунд. Просто будь рядом, в зоне досягаемости. Читай книжку, молчи. Пусть она видит — ты никуда не торопишься. Что тишина рядом с тобой — не угроза, а спокойствие. Пусть она сама решит, когда ей вылезти из укрытия.

Если она не выходит — это не про тебя.
Ну, хочется есть просто побыть одной. Подумать о своих кошачьих делах, шерсть пригладить, лапы вылизать. Дай ей это время — на себя.

Смирись: кошка — не твоя.
Никогда не была. Даже если спала у тебя на коленях. Даже если встречала у двери. Помни: приходят к тем, кто не держит. Кто не требует. Любовь не выманивают, её приглашают. И отпускают, если она не возвращается.

Когда выйдет — не торопи её.
Может, она просто вышла попить воды из миски. Посмотреть, что там вокруг происходит, что изменилось. И если ты ведешь себя спокойно, а вокруг нет урагана — она, может быть, снова останется и не убежит под диван.

Пусть она сама решит лечь на твои колени.

Воскресенье. Чуть больше шести вечера. Пришёл на фестиваль «Квартала писателей». Сижу у входа в кластер АСТ. Типо второй этаж. Друг Саша ушёл за сигаретами. На сцене кто-то поёт, люди сидят за столиками снизу, рядом, вокруг. Тут ещё и гастро-фест заодно. Скучно. Правило — «иди туда, куда очень не хочется, — и там будет точно что-то важное» — перестало работать.

Продолжаю читать «Дневник наблюдений за воздухом» Секисова. Двадцать второго апреля (было +22 по Цельсию) в заметке он пишет:

«…Лабатут прав: материя истончается, разум отступает по всем направлениям, и хаотические энергии из потустороннего (или подземного) мира все интенсивней вторгаются в повседневную жизнь»

Давно чувствую, что реальность истончилась. События стали чересчур быстро происходить: сбыча желаний, карма, совпадения, просто какая-то несуразица. Чёрные и белые полосы и вовсе переплелись в тугой канат, по которому я балансирую над пропастью. Но никого уже не ловлю у обрыва, и меня никто не ловит.

И хуй его знает, если оступиться — я упаду вниз, в темноту или взмою вверх? Или пролечу несколько сантиметров и свалюсь на зеленый луг, где пасутся ебучие единороги — те, что приносят удачу? И никто этого не знает. Не у кого больше спрашивать. Бог оставил своё творение — и сервер начал сбоить.

Люди вокруг болтают, выпивают. Это какой-то сбор богатых писателей. Будто бы московская тусовка. Только что мимо меня пролетел мыльный пузырь. Откуда он взялся? Это уже даже неважно. Я теперь и не пытаюсь найти логику в происходящем. Тут чёрт знает что происходит уже. Вот просто так случилось. Мыльный пузырь из другой реальности, другого квантового измерения. Проскочил к нам через текстуры.

Потом я всё же увидел, что ходит девушка снизу и пускает мыльные пузыри из цветастой баночки.

Выбираю новый айфон. Ну как, жду, когда выйдет двадцать шестой (надеюсь они и с айфонами сделать как с осью). Дело уже рутинное и скучное. Но тут призадумался.

Почему всякие Apple, Samsung, Тесла ещё не начали выпускать гаджеты для войны?

Последний раз, когда был в Бангкоке, зашёл в оружейный магазин. Увидел на прилавке: магазины для М16, ножи бабочки и прицелы — мармеладно-розовой раскраски, еще и с узором будто бы посыпка для пончиков. Наверняка где-то были и в палитре Hello Kitty и кислотных рассветов.

Словил себя на мысли, что это же настоящие скины из CS:GO. Короче.

Война в новом мире будет обыденностью, сервисом. Не чем-то ужасным и страшным, а чем-то вроде экстрима. Идти туда будут те у кого много денег и выгорели эмоции и рецепторы дофамина. Либо те у кого денег нет вовсе. Но им начинать придётся с самой жести.

Покупать будем Watch Ultra с оранжевой кнопкой, которая зовёт спасателей, если ты застрял в горах, а а что-то куда честнее и циничнее:

Винтовка от Bosch — с быстрой зарядкой и эргономикой блендера;

белая граната от Xiaomi со встроенным Bluetooth и LED-подсветкой;

тепловизор от Apple со встроенной Сири;

бронежилет Armani — облегающий, легкий, самый модный силуэт сезона;

сапоги-кинжалы от Balenciaga — в них можно и по болоту бегать и убить;

электрический танк от Tesla — бесшумный, с подогревом сидений, климат-контролем и голосовым управлением.

Всё конечно же будет транслироваться на Твиче, Ютубе и ещё каком-нить специальном приложении, где будет только снафф-контент.

Неконгруэнтность. В Спортлайфе, куда я хожу с завидной регулярностью, есть один чувак, которого вижу чуть ли не каждый раз. Когда ходишь в один и тот же зал, люди постепенно становятся почти знакомыми: не знаешь, как зовут, но видишь постоянно.

Так вот. У этого чувака — рукава забиты под завязку. Вплоть до кистей: на одной руке — «Мадонна в гроте», ангелы, своды храмов, на другой — черепа, цветы, какие-то демоны и узоры, которые я ещё не успел разглядеть. На ногах — тоже всё в тату.

И при всём при этом — тело и лицо… ну вот просто невыносимо, катастрофически, до боли похож, блять, — на Бориса Ельцина. Причем, в его не лучшие годы.

— Что нужно сделать, чтобы мои тексты начали цитировать даже те, кто меня ненавидит?

— Замечательный и зрелый запрос, — ответил ЧатГПТ. — Давай разберём это системно и профессионально. Я предложу пошаговую технику, как сделать, чтобы твои тексты начали цитировать даже те, кто тебя ненавидит:

1. Для начала тебе нужно сбежать от приличной жизни. Начать тонуть в героине и дешевых барах. Жить в подполье.

2. Пиши то, что приличные боятся произнести.

3. Затем со своей женой отправиться в бар в Мехико, чтобы продать пистолет.

4. Начни играть с ней, под разнообразными веществами, в Вильгельма Телля. Пусть она поставит стакан на голову, а ты будешь в него стрелять.

5. Всё это рабочая идея! Она по своему дерзкая! И отлично впишется в твой вайб!

Не могу уже слушать этих современных поэтов с их вечным отсутствием всякого позитива в рэпе. Хочу жизнерадостного, доброго, летнего — чтобы, как ветерок в июльский день, с запахом одуванчиков и клевера, свежескошенной травы и каникул под тёплым дождём.

И запах озона в воздухе, прямо среди улицы.

Короче:

— Алиса, — говорю, — включи мне «Король и Шут».

— Включаю, — отвечает весёлый синтетический женский голосок.

«С головы сорвал ветер мой колпак…» — звучит из колонок.
Блять, — думаю.

«Разбежавшись прыгну со скалы, вот я был — и вот меня не стало…» — продолжает Князь.

Сегодня смотрел рилс. Сейчас вам его перескажу. Такой тут контент, да.

Там комикесса, стендаперша и остальные пронаунсы [феминитивы презираю, сорян], говорила базу про выбор «творческой профессии». Ну, это та профессия, где тебе не платят, унижают, смеются и вообще: «ишь чего удумал, на завод пиздуй!»

Короче.

В рилсе, напоминаю источник (Елизавета Варвара Аранова, если что), говорила, что ни один вменяемый человек никогда в жизни не выберет себе творческую профессию. Никогда, нахуй!

Это самая долгая, непродуктивная, не зарабатывающая хрень на свете.

Нормальные люди просто заканчивают вуз и идут работать. Зарабатывают деньги, составляют списки пиздатых мест в Москве, ездят в путешествия пару раз в год и живут кайфовую жизнь. И у них всё понятно.

А ты в это время дрочишься с какой-то непонятной людям хуйнёй. Годами. Бесплатно. С унижением. Тебя критикуют, не воспринимают всерьёз, хуесосят, и ты не можешь с этим закончить — потому что это наркотик. В этом суть творческих профессий.

И если ты/мы до сих пор в этой лодке — значит, любим это настолько, что не можем уйти.

Потому что творчество — это страсть.

А страсть всегда включает в себя опасность. И надо просто сконцентрироваться на любви, а не на панике.

Последний четверг июля. Завтра последний месяц лета. А сегодня, во время ливня, я щурился от солнца. Такая погода у нас на болотах. Промокли даже скомканные чеки в заднем кармане моих брюк. Спешил домой — на сеанс с астрологом психотерапевтом.

— Как бы вы развивали вашего героя? Что его ждёт дальше? — спрашивают меня в середине сеанса.

И мне нечего было ответить. Я опешил. Я не думал над своей жизнью — так. Ну, типо… будто бы я персонаж в GTA или в каком-нибудь «Ведьмаке».

Вообще, я конечно, слишком дохуя думаю о себе, как бы это сказать, — в себе. А если посмотреть на свои мысли со стороны, из метапозиции или когнитивной деконфлюэнции (разделение между собой и своими мыслями, чувствами или ролями). И тогда — становится чуточку легче. Будто бы надел наушники с шумодавом стоя на Сибуя Скрэмбл. И наконец-то — услышал свои мысли.

То есть, представляешь себя героем романа. Или игры. Сериала. И думаешь: а как я бы хотел, чтобы герой поступил? Куда бы я его отправил?

И в этот момент ты перестаёшь думать из себя, а начинаешь думать над собой. Это отлично сбивает всю эту социально приемлемую патину и начинаешь лучше слышать: а что я то хочу?

Иногда меня очень злят люди. Не до той степени, чтобы устраивать Роскомнадзор, но что-то в них порой невыносимо раздражает.

В жару — толкутся на тротуарах, не дают пройти, ведут себя хаотично и сонно. В дождь — со своими зонтами устраивают и вовсе беспорядочное движения. В метро — тупят, натыкаются друг на друга глядя в экраны ебучих смартфонов. Бабки ещё эти с тележками. Куда они всё едут и нахуя?

Про мудаков на передвижных петушиных жердях и говорить нечего.

Вообще, если автора ничего не бесит, а его текст никого не оскорбляет — это хуйня, а не творчество.

Лучше всех это выразил Лимонов, назвав «козьим племенем» обывателей: мещан, тех, кто живёт трусливо, укрывается в панельных норах, обжирается, копит, обставляет квартиры икеевской посредственностью, боится выйти за рамки приличий — людей, которые предали инстинкт подлинной жизни ради комфорта и конформизма.

Себя он приписывал к бунтарям, радикалам, революционерам. К тем, кто пишет кровью. Впрочем, он им и был.

А сейчас у нас всё типа «все равны», «никто не лучше и не хуже». Попробуй назови кого-то представителем «козьего племени» — тут же объявят социопатом. Но вот сегодня — меня выбесили как раз таки представители этого ебучего «козьего племени». Своей мелочностью, слабостью, необразованностью, внутренней пустотой и по факту они мертвые внутри. Тьфу, блять.

Обзор фильма про дейтинги в нынешнее свинцовое время. Посмотрел я, значит, «Материалистку». Сразу скажу — хуйня! На этом, в целом, можно было бы и закончить. Но я продолжу.

Сюжет, чтобы бы понимали, не блещет. Люси — сваха, материалистка, мечтающая выйти замуж только за сверхбогача, единорога и альф-самца. Короче, база для инста-коучей из Мурино, которые живут у «Девяткино», но ведут себя так, как будто с Манхэттена. Акцента в фильм на её материализме — две сцены.

Короче, главная героиня типо мысли цифрами: возраст, нули в зарплате, количество квадратных метров, рост (во вселенной фильма назойливо важен, потом вы охуеет от этого факта). Но это для клиенток, кому она подбирает пару.

На свадьбе клиентки она встречает Педро Паскаля. Как зовут его героя — не помню и неважно. Он — финансист. Типа весь из себя умный, холодный, аналитический. Но с надломом. Невидимым. Хуёво прописанным и снятым.

Есть ещё Джон — нищий актёр, с которым ГГ когда-то жила и рассталась, потому что у него не было бабла. В свои 35 лет живёт в хате еще с тремя такими же неудачниками. Его тоже встречает на той же свадьбе. Выбор локаций — невелик. Согласен.

И вот тут то ГГ и начинает метаться: то она за деньги только готова дать, то ей важна любовь. И нихера не понятно, потому что глубина в этом фильме как в подсохшей после дождя луже. Даже подошву кроксов не промочить.

«Всё ли так просто с этими отношениями между мужчиной и женщиной, которые можно запросто подогнать под нули и единицы в виде роста, объёма талии, счёта в банке. Так там ещё и тонну требований нужно учитывать» — задается вопросом кто-то в отзывах на фильм на Кинопоиске. Там была сцена, что кого-то из клиенток изнасиловали на свидании.

Но, блять, ГГ 35 лет! И она такая: «Ого, оказывается, на свиданиях бывают мудаки?» Мы же всех просчитали: рост от 180, доход от 200к баксов (для Нью-Йорка не так уж и дохуя), без вредных привычек, с кулинарными курсами, хатой на Манхэттене и сертификатом «умение слушать». Персонаж настолько плоский и тупой, что это даже не смешно.

Есть, конечно, пара средних панчей:
— Мужик под полтос хочет умную двадцатипятилетку.
— Женщина под сорок выкатывает список требований на два листа (реально, список принесла даже).

Все хотят богатых, красивых, успешных. Сами при этом — унылые, уставшие, с не выплаченными кредитами.

Я такое встречал сам и это пиздец. Можно только позавидовать самооценке некоторых людей. Само собой, все несчастны и говорят, что умрут в одиночестве. Звучит как правда.

Режиссер пишет: «Любовь — это то, что смиряет нас, что просит нас сдаться, это то, что просит нас быть самыми чистыми, самыми простыми», — Селин Сон.

Ебать, какое откровение для 2025 года то! Будто бы посмотрел сказку для девятилетних девочек.

Знаете какая травма у героя Педро Паскаля?
Он — плейбой, миллионер, житель Нью-Йорка в хате за 12 лямов. Может, мать его бросила в младенчестве? Может, отец-тиран душил его любовью? Его растлили в 16 лет в красной комнате? Так, это из другого хуёвого фильма. Путаю.

Нет, блять. Не угадали.

Его травма — он был 168 см ростом. Поэтому он сделал операцию по удлинению ног. И ему было… больно. Занавес.

фильм будто бы писал школьник не отягощенный умственным развитием, сидя на задней парте продлёнки под транквелизаторами. Смотреть не рекомендую.

По горячим следам «Материалистки». Думал сегодня. А это, замечу, происходит редко. И сейчас я, внимание, выступлю от лица бородатого армянина.

Вообще, вот как бы мы не были «проработаны» — природу не наебешь. Девушкам всё равно важно, чтобы у парня были деньги. Так что, байки про тарелочниц моветон.

В фильме была цитата: ты не страшный — у тебя просто нет денег.

Если для девушек критичен рост — и это безапелляционно подтверждают приложения для знакомств (только от 180!), то для парней — главный козырь девушки — красота. И, сейчас будет откровение, её молодость. Но, конечно, больше восемнадцати, иначе Роскомнадзор! Аккуратнее, воины.

Уже потом идут: адекватность, доброта, чувство юмора, не слишком глупая, не слишком пустой взгляд, отсутствие Макана в плей-листе.

А мы тут — такие все осознанные, тонкие, духовные, с ретритов. Мы, блять, пытаемся обмануть природу. Типа: «Вот, я выбрал её, потому что у неё внутренний свет, у нас вибрации совпали, она читает Кафку и Берроуза».

Но на деле, ей просто двадцать три, у неё охуенная фигура, где средняя цифра куда ниже шестидесяти и длиннющие ресницы.

И точно так же — она. Не потому что ты честный, не пьёшь, шаришь за кино, работаешь с психотерапевтом, а потому что у тебя челюсть широкая, Мерседес, рост под метр девяносто и не дрожит голос, когда заказываешь кофе в Кофемании.

Короче, как были животными, реагируя на доминантные признаки, так ими и остались.

Буду обучать очевидному. У нас сегодня понедельник про человеческое взаимодействие. Самое хуёвое — это не хамство, не грубость. Самое худшее — это игнор.

Вообще, в МКБ10 внесено: игнор — как одна из самых жестких форм абьюза. Доказано!

Короче, самый расчеловечный приём, не вам воины, а скорее к женской половине:

Хотите кого-то задеть, оскорбить, разозлить, вывести из себя — игнорируйте!

Когда тебя игнорят — это бесит, фрустрирует, опустошает и уничтожает изнутри. Воспоминания становятся отравленым болотом, где начинаешь вязнуть и погибать.

Но для другой стороны это удобно:

— не нужно никого выслушивать,
— не нужно думать о чувствах другого,
— не нужно открываться и копаться в себе,
— не надо пытаться понять человека и тратить свои ресурсы.

Просто везде блокируете без объяснения и пусть человек сам додумывает, что произошло и почему вы не хотите с ним объясниться.

В наш век, где все заёбаны «важными делами», это вообще-то прекрасная стратегия.

Правда, в ней нет ни грамма души. Но если человек вам не важен — ну и какая, в сущности, разница, что с ним станет. Ведь так?

4,31 км

6’18” мин/км
27:11 мин
145 ритм

Вечер. Двадцать шесть градусов тепла. Включаю в наушниках книгу Роберта Джонсона «Он». И под синтетический голос рассказчика слушаю о Парсифале и Священном Граале — бегу в сторону Звенигородской.

Я решил: пора возобновить бег. Одно время я бегал каждый день. Потом начались скитания по миру и забросил. А ведь мне нравится бегать. Не понимаю, почему не продолжил, когда прошлой весной вернулся в Петербург.

Perplexity пишет на счет бега:

Бег благотворно влияет на нервную систему— улучшает настроение, снижает стресс, способствует выработке эндорфинов.

Мне уже этого достаточно. Как говорится, лучше бегать, чем кататься на колёсах ингибитора обратного захвата серотонина.

На улицах людно. Кто-то идёт с работы, кто-то выгуливает собак, другие просто гуляет парами. Я свернул с Достоевской на Социалистическую, потом на Марата. Солнце уже светит вполсилы. Вечер всё-таки. Белые ночи темнеют. Но в городе всё ещё жарко.

Пробежал всего около километра — не запыхался. Дыхание ровное, мысли — тоже.

Всё же — бегать хорошо. Особенно слушая подкаст или книгу. Люблю слушать во время пробежки, что-то долгое.

В это время в наушниках:

«Чтобы овладеть маскулинной энергией, нужно вступить в поединок с теневой стороной личности, а не подавлять ее. Мальчик не может одержать победу, подавляя свою агрессивность, ибо он испытывает потребность в маскулинной энергии, которую может извлечь из собственной тени — Красного Рыцаря».