Мама говорит, что у меня может быть только пятерка, а все остальные оценки – они как двойка, и что я не хочу знать, что будет, если я их получу. Мама же понимает, как правильно, значит, так оно и есть. Я сейчас подрожу немного, а потом в туалет пойду. Главное, чтобы там не было старших девочек. Они меня очень не любят и могут запачкать форму или попытаться утопить в унитазе, но меня пока проносило, а вот Машу, она с нами училась в первом классе, ее почти утопили, но испугались и убежали. Только она все равно после этого разучилась ходить и разговаривать, поэтому ее родители забрали и больше не приводили. Ну, в школе же надо разговаривать…

Но потом... Что-то в его взгляде заставило меня передумать. Что-то такое знакомое, с чем я жила уже десять лет. И Хашин тоже
существовал с этой тайной болью все годы. Не только меня сломила ненужная война десять лет назад.

А ещё у меня есть две генерации песни на мою книгу "Голос в моей голове". Одну сделала я, а вторую мой брат. Слушаем?

Крови много, а тетенька, которая не людь, меня моет и всхлипывает. Ей меня жалко, а я хочу ее успокоить, поэтому тянусь рукой, чтобы погладить, но тут замечаю, что и рука у меня в крови, как будто ее резали. Может быть, меня в мясорубку хотели засунуть, а я не влезла, потому что большая ведь уже девочка? Я задумываюсь об этом, не обращая пока внимания на режущую боль, возникающую время от времени.

Неделя посвящена разным видам магии. Сегодня встречаем некромантию и с трудом отскребаем себя от кроватей.

Небольшая видео эстетика по книге👆