Иной сказал бы, что у Вора чесались руки. Что он дал волю тлеющей в груди ненависти. Однако он лишь чувствовал за пазухой навязчивый холодок. Кастеты, выкованные замковым мастером, умильно просились на ручки.

Короткий удар прервал его, и Дален сплюнул кровь вместе с остатками вранья. Блак надел кастеты.

Он только и успел, что поднять кулак, чтобы постучаться, но дверь распахнулась как от пинка, и стукнула по лбу. Голова хельтской бабы выскользнула из рук и с гулким стуком покатилась к лестнице. Блак стиснул зубы и быстро отскочил, врезавшись спиной в стену. Над головой что-то скрипнуло, заскрежетало… В следующий момент о макушку что-то стукнуло, и мужчина упал на копчик, взвыв от боли и смеха.Над ним нависла Фэйлин, красная от злости, а под ноги к ней катилась упавшая со стены трофейная голова кабарги.

Врач: Как дела? Что с блендером сделала?Продала? Выкинула?
Я: Нет, даже котлеты ещё раз делала
Врач: Рискованно

Я:Ай-ай! Больно!
Врач: Больно-больно! На пальцах всегда больно
Я: А где не больно?
Врач: Тебе зачем?
Я: На будущее. Вдруг опять что-то совать в блендер захочу.
Медсестра стоит сзади ржёт.

Я: Что мне теперь с ним делать? Как ухаживать?
Врач: Можно без повязки, если никуда лезть не будешь
Я: Буду, конечно!
Медсестра: Опять в блендер?.
Я: В смысле, работать надо же. Посуду мыть, убирать. В общем, пускай заживает, пока не отвалится
Врач: Палец?
Я: Корочка !

—... Все четверо Сильных воссоединились и скоро предстанут перед барьером. А мы с тобой должны подготовить Хизар к пришествию Разрушения. И пусть мир горит.
— И пусть мир горит, — эхом откликнулся Целитель. — А потому цель оправдает средства.

— Ведь мы тут все на нервах, знаешь ли, — буркнула Грэй, держа ладонь за плечом — на рукояти Наги. — И рады видеть тебя не больше, чем солдат мандавошку

Грэй присвистнула.
— Я в восторге от твоей наглости, сын собаки.

Словно подтверждая слова фрийки, землю под её сапогами окутало нежно-зелёное свечение. Снег подтаял, явив молодые побеги, что тянулись к Грэй, как к весеннему солнцу.
— Отец бы обосрался от гордости, — фыркнула она, и побеги прервали рост. — Какая разумная выросла дочь! Ну пойду я наверх, пойду. Не то что бы мне было нечего терять… Однако убить скотину, которая веками терзает этот мир, было бы отличной целью..

— Наша Грэй дворянка, — шепнул Танн. — Для неё привычно сорить деньгами и ломать красивые вещи.