- Скиннер нет!..

Голос обрывается едва-ли агент договаривает, ударяется о каменные стены и разносится по пещерам эхом, унося за собой воспоминания о былом. Теперь он бездушной оболочкой лежит на ледяной и сырой земле, отдавая ей остатки тепла. Кровь протекает сквозь камни, впитывается в почву, оставляет после себя темные бурые пятна.
  Над агентом возвышается тёмный силуэт, что-то говорит но он уже никогда, никогда не услышит... И не увидит зелёных глаз. Когда-то он смотрел на него с теплотой и привязанностью, сейчас - с холодом и злостью, безразличием, словно лежащий перед ним агент Эпсилона никогда не был ему другом, даже знакомым. Просто очередной глупец которого поставили с ним на исследование, и которого слишком просто лишить жизни, ведь это так просто!
  Картер никогда не был ему другом, никогда не был напарником и никогда не был тем, кто действительно интересовал Скиннера.

- Предатель. - Он не услышит. Никто больше не услышит.

***
Вскрик. Громкий, он разрезает ночную тишину и покой, будит всех обитателей квартиры.
   Картер подрывается, бегает глазами по постели и сжимает собственную футболку, мелко дрожа от стресса. Просто кошмар, просто глупый кошмар.. Этого не было, но почему неизвестные агенту события преследуют его из ночи в ночь?
  В ушах стучит, дыхание сбито а в глазах плывет все. Он не видит ни Аполло, что цокая небольшими когтями по паркету подошёл к дивану, ни силуэт, выглядывающий из кухни. Ему не до этого, картеру до усрачки страшно. Сердце отдает в уши слишком громким стуком и, честно говоря, парню кажется что они сейчас вообще из груди выскочит.

- К@rт... - что-то отдалённое, тихое. Кажется? Нет, чьи-то руки ложаться на щеки, поднимают голову и ему приходится проморгаться и вытереть глаза, что-бы рассмотреть человека перед собой. Скиннер смотрит на него своими зелёными глазами, и смотрит не с ненавистью. Нет, он смотрит с напряжением, беспокойством, мельком оглядывает напарника и хмурится, шикнув на алабая и согнав его с дивана. - Картер. В норме?

Тот вздыхает глубоко, медленно кивает и приятеля за запястья берёт, пытаясь отодвинуть ладони от лица. Скиннер, впрочем, не дает этого сделать, и лишь сильнее сжимает чужие щеки, поджав губы. Кареглазый невольно улыбается, прикрывает глаза и тихо, устало смеется, перекладывая ладони Скиннеру на плечи, комкая белую майку.

- дурной сон, - качает головой, приоткрыв глаза и слабо улыбаясь, смотря куда-то вниз, в одеяло, не поднимая на друга взгляд. Друга... Ха, вряд-ли они уже друзья. Что-то больше, интимнее и запретнее, но всегда проще обозначать взаимоотношения обычной "дружбой". Так проще обоим. - просто дурной сон.

Скиннер вздыхает, склоняет голову и картера к себе подтягивается, положив одну руку ему на затылок и обняв. Крепко,но аккуратно, несвойственно для самого себя.

- выглядишь хреново. - Брюнет на это лишь тихо хихикает, уткнувшись щекой парню в плечу и перемещая ладони ему на лопатки, слыша тихий выдох над ухом. - эй. Я тут, рядом. Все хорошо.

Тот в ответ обнимает, расслабляется и Скиннеру в шею дышит. И думает, что это самый странный момент в их дружбе, но вовсе не неприятный. И все-таки, у них далеко не дружба.. Оба знают, соглашаются с этим, и сейчас кажется, что плевать уже если кто-то посторонний узнаёт.