В Россия не осталось клоунов. О дефиците цирковых кадров заявил народный артист Анатолий Марчевский. По мнению Марчевского, сегодня настоящий клоун — штучный товар, а не массовик-затейник.

Мэтр плохо искал.

Забавный факт

Всем известная игра Space Invaders, которая с игровых автоматов была портирована на приставки и компы, была одним из самых успешных коммерческих проектов

По тем временам она заработала 450 миллионов долларов, что эквивалентно сейчас 1 миллиарду 300 миллионам.

Этот пост будет не совсем про космос, но тоже интересный.

Итак, человечество уже выяснело, что Венера — это жесть и жопа. Там страшно жарко и огромное давление на поверхности. Но можно ли как-то её колонизировать?

Вот бляць удивительно, но да. Как я уже писал: человек — это такая сволочь, что привыкает буквально ко всему. И если к температуре в 470 градусов Цельсия эта скотина привыкнуть пока не может, то давление людям внезапно допизды.

В чем вообще проблема давления?

Обыватель может сказать, что давление — оно давит и всё раздавливает. Но дайверы тут посмеются над обывателем. Давление, безусловно, давит, но этот факт совсем не мешает всевозможным и многочисленным тварям жить в морях на глубине в несколько километров без особых бед.

Да что там твари? Рекорд погружения человека под воду составляет 330 метров. А это, на минуточку, 34 атмосферы давления, потому как каждые 10 метров воды добавляют 1 атмосферу примерно.
Нихуя себе, да? Это же треть от венерианского сумасшедшего давления! Но на то он и рекорд, такие трюки доступны лишь единицам на этом свете, очень ненадолго, после длительных тренировок и специальной подготовки перед погружением, а также при длительной процедуре всплытия.

Проблема давления не в самом давлении, а в изменении парциального давления газов и их растворимости в жидкостях. Воздух, которым мы дышим, это смесь из кислорода и азота, ну и СО2, который мы выдыхаем (и которым пердят автомобили и заводы вокруг нас). Это разные газы, и их пропорция в воздушной смеси обусловлена общим давлением атмосферы. Сжимаются эти газы по-разному, а потому при изменении давления один газ начинает вытеснять другой. И их процентное соотношение в смеси меняется.

При падении давления (например, при подъеме в горы) азот вытесняет кислород. Поэтому высоко в горах нечем дышать, начинается кислородное голодание и горная болезнь.
При росте давления кислород вытесняет азот, а потому возникает кислородное отравление. Гемоглобин в альвеолах наших лёгких реагирует с определенным количеством молекул кислорода. При повышении давления этих молекул становится больше в этом же объеме, а вот молекул гемоглобина у нас в крови так запросто больше не становится.

Кровь кислородом перенасыщается, гемоглобин переокисляется, в тканях накапливается свободный кислород и возникают всякие нехорошие эффекты вплоть до смерти. Кислородное отравление — это очень опасная штука, и развивается оно стремительно.
Это даже опасней кислородного голодания. Даже 10 минут дыхания чистым кислородом приводит человека в ступор, вызывает рвоту, головокружение и спазмы. Полчаса вызывают конвульсии, потерю сознания и амнезию, а час — кому и последующую слепоту на продолжительный срок. Более пары часов в чистом кислороде подавляют дыхание и вызывают смерть. А по пути ещё могут быть и кровоизлияния. Вот так вот, кислород — охуенно опасный газ вообще-то.

Но у дайверов это не самая главная проблема: они же на глубину опускаются не навсегда. Растворимость газов в жидкостях меняется от перемены давления, а потому в тканях тела сначала начинает накапливаться лишний азот, а потом, при всплытии, он выделяется, образуя пузырьки в крови и вызывая обширный тромбоз. Это называется кессонная болезнь, от неё становятся инвалидами и умирают. Собственно, и сам азот в тканях вызывает азотное отравление. Не так быстро, как кислород, но тоже фатально в итоге.

Но сейчас нас это интересует мало, нас волнует вопрос: а можно ли жить при постоянном (а не переменном) высоком давлении, и как долго?
На самом деле, можно. И, похоже, неограниченное время вообще.
Чем дышать при высоком давлении уже придумали дайверы. Для них разработаны так называемые тримиксы — смеси из трёх газов, где, во-первых, процентное содержание кислорода понижено (не 21%, а например, 10%), чтоб не отравиться. А во-вторых, вредный азот частично заменён нейтральным гелием (и азота не 78%, а например, 40%. Остальные 50% — гелий). Есть, кстати, и полностью кислородно-гелиевые смеси, где азота вообще нету. Они даже лучше тримиксов, просто дороже.⏬⏬

Тут стоит понять одну вещь: люди опускаются на дно морское в батискафах или бороздят просторы морей в подводных лодках, набитых ядерными ракетами. Но при этом внутри батискафа и подводной лодки давление такое же, как и на поверхности воды. То бишь, одна атмосфера (ну, или близко к тому). И пропорции газов такие же, как на поверхности.
Даже когда Жак Пикар (это такой охуевший француз в батискафе, и сынуля его Бертран — такой же охуевший, но на аэростате), а после него Джеймс Кемерон (это кент Путина, снявший Титаник) ныряли в Мариинскую впадину, где, вот так между прочим 1072 атмосферы давление, и Венера судорожно сосёт, внутри их аппаратов давление воздуха сильно не повышалось.

Акванавта (или моряка-подводника) в этих случаях защищает крепкий и толстый корпус корабля. Если посмотреть фильм Кемерона про погружение в самое глубокое дупло Земли, то батискаф его представляет из себя просто очень-очень толстую бочку, в которую практически впритык запихнут сам Кемерон и крепко-накрепко закручен там здоровенными болтами, чтоб не дай бог не прорвало. Если прорвёт, смерть будет моментальной и неизбежной. Струйка соленой водички под давлением в тыщу атмосфер разрежет нахер и Кемерона, и его бочку, а давление размажет Кемерона в тушёнку за доли секунд.
Самые большие такие бочки называются атомными подводными крейсерами, но и они ниже 500 метров не опускаются, ибо раздавит. Делать такие бочки большими очень дорого. И весят они дохрена. И если спустить тяжеленную бочку на глубину легко — она сама утонет, чо — то вытащить ее обратно из пучины — это ещё гору дорогущей машинерии надо городить.

Но главное: из такой бочки на глубине так запросто не вылезти, чтоб потусить на дне морском. Для этого надо придумать какой-то барокамерный шлюз далеко не самой банальной конструкции. И тоже очень тяжелый, большой и дорогущий. И акванавтам в этом шлюзе придётся очень долго тусить при возвращении на борт.
Собственно, чего я вам рассказываю. Трагедия «Курска» тому печальный монумент. Вытащить моряков из этой подводной могилы было практически невозможно. Как бы ни пиздели федеральные телеканалы в то время.

Конечно, лучше бы сделать одинаковое давление и внутри, и снаружи. Тогда силы уравновесятся, и бочку можно будет сделать хоть в миллиметр толщиной. Ну а что, давление же одинаковое, так-то похер. И выходить из неё наружу тоже будет совсем легко. Да и возвращаться обратно без проблем и без долгой рекомпрессии.
А теперь перенесёмся в далекий 1962 год.

Безусловно, это была прекрасная романтическая эпоха самого начала покорения космоса. Весь мир пребывал в диком ахуе и воодушевлении от покорения ближнего космического пространства человеком. Сначала это был полёт Гагарина, а после — Джона Гленна. После полёта Гленна даже самые гнилые скептики, не верившие в подвиг Юрия Алексеевича и считавшие это фейком Советов, вынуждены были признать, что космос людям покоряется.

Хотя до того было много кукареканий, мол, невесомость убьёт человека в считанные минуты, а потому Советы пиздят. Как позже доказал наш отважный Геннадий Падалка, невесомость не убивает и за 878 суток.
И пока все мечтания мира в 1962 году были устремлены в космос, на Земле, а вернее — под водой — тоже случилось поистине эпохальное событие. Которое, к сожалению, было не очень-то замечено на фоне космической гонки.

Компания Шелл — знаете такую? Это одна из самых технологичных нефтяных компаний, потому как занимается бурением на морском дне. Нет, первая нефтяная платформа в мире была построена не компанией Шелл (а Супериор Оил на побережье около Луизианы). Более того, Шелл не является лидером по нефтедобычи со дна, но именно Шелл в этой теме входит в тройку технологических лидеров и создателей отраслевых стандартов.⏬⏬

Нефтяная платформа — это здоровенная и очень сложная хуевина, которая стоит миллиарды долларов (0.5-3 миллиарда в основном, если быть точным, хотя есть и более мелкие и дешёвые), не как авианосец, но в той же ценовой категории. Установка нефтяной платформы на месторождение требует очень много человеко-часов подводных работ. Но работать на дне долго водолаз не может.
Там холодно, темно и мутно порой, да и водолазный костюм не очень-то и удобен. Но главное, водолаз тратит кучу времени на всплытие. Чем дольше он тусит на глубине, тем дольше ему всплывать. Иначе — кессонка.

Например, в 2012 году около берегов Нигерии перевернулся и затонул буксир (который, кстати, тащил нефтяную платформу). 11 членов команды спаслись, а вот 12-й оказался в ловушке в камбузе и ушёл на дно на глубину в 30 метров. И сидел там в воздушном пузыре три дня. В итоге он выжил, его спасли. Но поднимать его с тридцатиметровой глубины пришлось целых 44 часа, а потом ещё и в барокамере держали 6 часов. Иначе бы он просто погиб от всплытия.

То есть, работа водолазов — это очень сложно, очень медленно и поэтому очень-очень дорого. И сами водолазы, не будь дураки, за копейки работать чот не хотят (да потому что жизнью рискуют постоянно так-то), так и работать могу фактически пару часов в сутки, потому как потом пол-рабочего дня всплывать. Да и пока неспешно и прерывисто на дне работают водолазы, охуенная куча дорогих зафрахтованных судов тусит на поверхности без дела, а их не менее дорогая команда пинает балду, но зарплату требует.

Какая мысль приходит на ум сразу же? Конечно — а давайте они всплывать не будут вообще, пока не доделают работу? Давайте сделаем для них подводные вагончики-бытовки, где они будут отдыхать, а потом снова на работу. И без всякого всплытия и декомпрессий!

Не, идея реально здравая. И на круг действительно получится огромная экономия. Тем более, что работ на дне всё больше и больше. И это не только добыча нефти и газа, но и строительство мега-мостов, тоннелей под проливами, прокладка коммуникаций, да и мало ли что ещё?

Загнать банду водолазов на дно на пару недель представляется более выгодным на круг, чем дрочить их туда-сюда пару месяцев. А ведь можно туда же прям на дно загнать ещё кучу всякой техники. А может быть вообще не делать надводные нефтяные и газовые платформы, а сделать целиком подводные?

Ну а что, будут бурильщики и нефтяники там тусить на дне вахтами по паре месяцев, ебашить дóбычу, а если чего сломается (как в Мексиканском заливе в 2010 году), то всё вот тут рядом, перед глазами и под рукой. Удобно же? Канеш!

А потому компания Шелл обратилась к самому топовому подводнику и морскомуЭлону Маску тех времен с этим проектом — к Жак-Иву Кусто.
Надо отметить, что Жак-Ив Кусто вообще придумал акваланг и дайвинг как таковой. Были, конечно, и до него водолазы, но то всё была хуйня и несерьезный детский сад. Кусто, как истинный стартапер, сделал эту отрасль заново с нуля. И всё, чем сейчас пользуются дайверы — это творчество Кусто, вот прям от начала и до конца. Плюс, доработки его последователей.

Кусто любил море и подводный мир, пожалуй, сильнее всех людей мира, живших и до, и после него на этой планете, а потому на вопрос шелловского манагера «а можно ли сделать бытовку для водолазов на дне», сразу без базара достал десять пачек документации на подводные долговременные станции из заднего кармана штанов и лукаво спросил: «Где ж вы бляць, ребята, столько времени прохлаждались?» Кусто считал подводный мир куда более интересным и экономически перспективным, чем космос, а потому всё придумал и разработал в деталях ещё пять лет назад.⏬⏬

Манагеры Шелла обрадовались, отсыпали Кусто бабла, и вот — уже осенью 1962 года Кусто сварганил первую долговременную подводную станцию «ConShelf-1», похожую на обычную цистерну из-под молока (2.5 метра диаметр и 5 метров длина), и опустил её на глубину в 10 метров около Марселя. Да и не просто так опустил, а взял туда с собой своих коллег Альберта Фалько и Клода Уэсли. И они протуситли там неделю, дыша обычным воздухом. Но не просто так тусили, а ещё и плавали вне станции по пять часов в день, симулируя подводные работы.
Да, 10 метров — это всего плюс одна атмосфера, но это же было только начало! Скажу вам по секрету: даже на 10 метрах под водой шибко долго не протусишь, и даже при всплытии с 10 метров можно словить кессонку, ващета. И занехуй.

В Шелл были охренительно довольны, а потому тут же загнали Кусто на карту ещё бабла с комментарием «We need to go deeper». И Кусто пошёл deeper…

Для начала он решил собрать что-то папижже обычной цистерны из-под молока и запилил станцию “ConShelf-2” на глубине в 11 метров. Это уже была не просто бочка, а целая станция, состоящая из четырёх отдельных модулей, состыкованных между собой прям на дне.

Там был пятикомнатный центральный модуль «Звезда», с фотолабораторией, кухней, сортиром, душевой кабиной, складом и четырьмя спальными местами. Гараж для батискафа «Дениза», на котором можно было гонять на глубину до 300 метров. Мокрый склад без воздушного пузыря для хранения подводных скутеров и прочего оборудования, а также специальный модуль «Ракета» для тестирования тримиксовых смесей. Этот модуль располагался отдельно на глубине в 30 метров.

Да, дыхательных смесей тогда ещё толком не было, их тоже придумала команда Кусто вообще-то. И накачав в «Ракету» гелиевого тримикса, он засунул туда двух человек аж на неделю им дышать. И нормально, кстати. Ничего страшного не случилось, эксперимент закончился успешно.

На станции постоянно проживало 6 человек и один попугай. Жили они там целый месяц и совершенно не тужили: плавали вокруг станции, фотали рыбок, даже ловили их и жрали, отгоняли акул, играли в шахматы, слушали радио и загорали в солярии, чтоб восполнить потерю витамина Д.

Станция была собрана на дне всего пятью водолазами за двое суток, требовала всего одного небольшого судна снабжения, которое поставляло на дно электричество и кислород, и вообще оказалась и относительно недорогой в строительстве, и дешевой в эксплуатации. А самое главное, даже за месяц сидения под водой работоспособность экипажа не упала, они совершали такие же регулярные выходы из станции по 5 часов в сутки, совершили несколько погружений на батискафе до 300 метров глубины и вообще в целом жили там вполне себе отлично.

Выяснились некоторые интересные детали: например, раны на теле при повышенном давлении заживали буквально за считанные часы. Нет, никто из команды подводников серьезных ран не получил, но неизбежные при работе царапины и порезы исчезали бесследно буквально на следующее утро.

У людей перестали расти волосы и ногти. Этому явлению до сих пор нет исчерпывающего объяснения, но за месяц при давлении в две атмосферы никто из команды не брился и не стригся.

Ну и третье: табак при двух атмосферах тлеет намного быстрее. Это как раз неудивительно: плотность молекул кислорода выше в том же объеме, как я уже говорил. И реакция окисления идёт быстрее. Да, на станции «ConShelf-2» разрешалось курить, никаких проблем с этим не было из-за классной системы вентиляции за авторством самого Кусто (в отличие от многих современных дайверов, Жак-Ив Кусто очень много курил, как тот паровоз, и без трубки жить не мог). Вообще, жилось там довольно привольно и комфортно, со жрачкой всё было ок (только табака пришлось дополнительно засылать), психологических сложностей тоже не было, команда бодро провела этот месяц и даже в целом была готова протусить там дольше.⏬⏬

Продолжим отличный пост про Жака Пикара и как он покорял глубины океана. Это очень захватывающая тема, потому давайте еще немного разгоним за нее.

На самом деле идея батискафа пришла к Пикару после проектирования им стратостата, он такой – Бляц, а почему бы не использовать принцип работы стратостата для подводного корабля? Знаете же как работает стратостат?
Берем «гондолу», но не такую как в аеростате – а герметичную, ибо выше 8км человек жить долго не может из-за падения парциального давления (например на эвересте 1-2 суток максимум, после смерть), а после 10-11 откинется совсем быстро. В этой гондоле должно сохранятся давление на уровне моря +- дабы обеспечить жизнь аеронавтам.

Ну ок, гондола есть, спроектировали построили. А поднимать то ее как? И на какую высоту?

Обратимся к физике и закону архимеда - Чтобы найти архимедову (выталкивающую) силу, действующую на тело в воздухе, надо плотность воздуха (ρ возд) умножить на ускорение свободного падения g = 9,8 Н/кг и на объем V тела, находящегося в воздухе:
Если эта сила окажется больше силы тяжести, действующей на тело, то тело взлетит. На этом основано воздухоплавание.

Чтобы стратостат поднимался вверх, его нужно наполнить газом, плотность которого меньше, чем у воздуха. Это может быть, например, водород, гелий или нагретый воздух. Нас интересует водород ибо он самый легкий газ во ВСЕЛЕННОЙ. Правда взрывоопасный пиздец, но пока опустим этот момент.

Теперь мы берем охуенно большую оболочку в 14 000 кубических метров, ее диаметр целых 30 метров, и наполняем ее водородом (этот тот еще веселый процесс но сейчас не об этом). После этого наш аппарат (точнее Пикара) массой в 730кг начинает свой путь с стратосферу!

Такой конфиг позволил Пикару подняться на высоту почти 16 км что в 1931 году было абсолютным рекордом!
Но бляц, вот мы поднялись на 16км, а вниз то как? Тут есть масса инженерных решений, на борту у нас есть балласт который мы можем скидывать (чтобы подниматься выше), и управление клапаном для стравливания газа из оболочки (чтобы опускаться ниже). Это не так просто – потому однажды привело к катастрофе стратонавтов СССР при покорении 21км высоты, к этой катастрофе вернемся в одном из постов.
В итоге если нам надо вниз – травим воздух, если вверх – скидываем балласт, запомните этот момент в двух словах.

На самом деле я попозже напишу про стратостаты, это очень интересная тема, мы сами в нашем стартапе Аэроплатформы уже 5 лет строим и запускаем стратостаты, а сам я ебнулся настолько, что хочу слетать на 13км и вернуться в прыжке с парашютом. Но вернемся к связи стратостата и глубоководных аппаратов.

И так, Пикар такой сидит, дымит трубку и думает – бляц, так что нам мешает делать то же самое под водой? Помните про «вверх и вниз» с помощью стравливания газа и сброса балласта?

Это было гениально, и теперь мы от стратостатов плавно переходим (минуя часть истории дабы не устраивать лонгрид) к глубоководному аппарату Пикара на котором он покорил Марианскую впадину (а это аж 11км бляц!) – батискаф «триест». Это самая последняя его разработка.
Работал он реально по тому же принципу что и аеростат, и по тем же законам физики и закону архимеда.

Значит – имеем батискаф с охуенной массой в 15 тонн (включая 9 тонн балласта и 86000 литров бензина)
Спросите – а на кой там бензин? Ведь батискаф работает на ГБО (ха-ха). Но нет, у бензина есть удивительные свойства положительной плавучести в воде, он здесь как водород в нашем всратостате – т.е тянет батискаф всегда вверх.

Идея донельзя проста – начинаем погружение с балластом в 9 тонн, он нас тянет ко дну в 11км, приводняемся, делаем научные замеры, скидываем балласт и пиздуем обратно наверх.
Но что если у нас что то пойдет не так и мы не сможем скинуть балласт? Останемся там навеки? ⏬⏬