Записали с Глебом Базуриным беседу про сделки m&a и корпоративные договоры. Это видео — ещё один кусочек курса по корпоративному праву для LF Academy.

Поговорили про диспозитивность корпоративного законодательства, про гибкость уставов и корпоративных соглашений. Обсудили, как структурировать сделки купли-продажи бизнеса.

Много времени уделили порядку ведения переговоров и ответственности за недобросовестный выход из них. Главный ключ — это детальная фиксация всего происходящего: установить правила ведения переговоров, фиксировать каждый этап, направлять подробнейшие follow up после каждого шага с объяснением причины, по которой то или иное условие либо действие имеют ключевое значение. Только так вы сможете обеспечить себе доказательственную базу на случай судебного спора.

Затронули условия о неконкуренции и переманивание сотрудников. Эти институты пока что очень плохо работают в судах, так что условия носят номинальный характер, а их исполнение зависит исключительно от добросовестности контрагента.

Вообще в сделках m&a много интересных и сложных вопросов. Думаю, может стоит организовать пару-тройку онлайн-дискуссий в zoom, чтобы покопаться в этих сделках поглубже? Если вам эта тема интересна — ставьте огонёчки, и чем больше их будет — тем быстрее мы проведём обсуждение.

Коллеги, мы планируем в ближайшее время вернуться к формату онлайн-дискуссий. Скоро выйдут анонсы про семейно-корпоративные конфликты и планирование наследства, а также про добросовестность в корпоративном праве. Так что следите за обновлениями.

Если Вы хотите присоединиться к нашим дискуссиям в качестве спикера — заполняйте анкету https://forms.gle/Qz2f5iEremmJHntt8

Теневое правопреемство в сфере ЖКХ: ВС РФ разбирается с убыточностью выкупа долга предприятия-предшественника в деле «Сибирской сбытовой компании»

Муниципальное предприятие «Городская тепловая компания» выполняло функции по теплоснабжению в Новокузнецке. В 2012 г. всё имущество названного предприятия было передано вновь образованному муниципальному предприятию «Сибирская сбытовая компания», на работу в которое также перешёл бывший руководитель «Городской тепловой компании». При этом «Сибирская сбытовая компания» осуществило выкуп задолженности своего предшественника у двух ресурсоснабжающих компаний.

В дальнейшем конкурсный кредиторы «Сибирской сбытовой компании» обратились в суд, требуя признать данные уступки недействительными.

Суды первых трёх инстанций требований удовлетворили, сославшись в том числе на правила ст. 10 и 168 ГК РФ.

Ответчики обратились в ВС РФ с кассационной жалобой.

Судебная коллегия ВС РФ по экономическим спорам обнаружила ошибки в подходе судов.

1. Закрепленные в ст. 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами ст. 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон вытесняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 17.06.2014 № 10044/11 особо обращено внимание на недопустимость квалификации сделок с предпочтением или подозрительных сделок как ничтожных в целях обхода правил о сроке исковой давности по оспоримым сделкам.

Вмененные компании нарушения в полной мере укладывались в диспозицию п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов. С учетом изложенного вопреки выводам судов оснований для применения к спорным отношениям ст. 10 ГК РФ не имелось.

2. Спорные сделки фактически являлись составной частью комплекса мероприятий по созданию организации-двойника, то есть переводу всей деятельности, которую осуществляло предприятие «ГТК», на новое предприятие «ССК». Должник как новое лицо, реализующее функции публичного образования в сфере снабжения граждан и иных потребителей жилищно-коммунальными услугами, получил имущественный комплекс прежнего предприятия, состоящий не только из активов, но и пассивов, в частности, кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими компаниями. В связи с этим оспариваемые сделки необходимо было оценивать не обособленно, а в контексте состоявшегося перевода деятельности на новое предприятие.
Оспариваемые уступки, фактически опосредовавшие реструктуризацию задолженности перед ответчиками ввиду осуществления публичным органом изменений в структуре управления жилищно-коммунальной сферой города Новокузнецка, не могут быть квалифицированы как направленные на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Необходимо отметить, что перевод деятельности на самом деле мог причинить вред только кредиторам прежнего предприятия, долги перед которыми не были переведены на новое предприятие, однако вред кредиторам предприятия «ГТК» не может являться основанием оспаривания сделок в настоящем деле о банкротстве МП «ССК», то есть сделок, совершенных иным лицом, обладающим иным составом требований кредиторов.

Судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение. Определение ВС РФ от 26.01.22 по делу № А27-22402/2015.

Западно-Сибирская кассация – о процессе доказывания внесения паевого взноса в сельскохозяйственный кооператив: дело кооператива «Эликманарский»

На общем собрании членов СПК «Эликманарский» было принято решение об исключении Басаргиной С.М. из состава членов СПК в связи с невнесением ею паевого взноса и невыполнением обязанности по личному трудовому участию в деятельности кооператива. Басаргина С.М. обратилась в суд, добиваясь признания данного решения недействительным.

Суд первой инстанции требования удовлетворил.

Суд апелляционной инстанции данное решение отменил, в удовлетворении требований отказал.

Истица обратилась в суд округа с кассационной жалобой.

Суд округа усмотрел ошибки в подходе судов нижестоящих инстанций.

Закон «О сельскохозяйственной кооперации» не содержит положений о том, какими доказательствами должен подтверждаться факт оплаты паевого взноса в уставном капитале общества.

В ситуации, когда прошел значительный период времени с момента вступления в члены кооператива (2015 год) и до возникновения спора об оплате стороной паевого взноса (2020 год), и, как следствие, о наличии у нее статуса члена кооператива, необходимо исходить из того, что в качестве доказательств внесения паевого взноса могут быть приняты не только платежные документы о внесении денежных средств, но и иные свидетельства. Судам необходимо анализировать отношения лица, статус которого поставлен под сомнение, с другими членами кооператива, исследовать, насколько поведение последних с учетом положений корпоративного законодательства свидетельствовало о том, что они воспринимали лицо как полноправного члена кооператива (участвовала ли она в общих собраниях членов кооператива, голосовала ли за принятие тех или иных управленческих решений и т.д.), а также устанавливать обстоятельства, касающиеся судьбы неоплаченного, как полагают процессуальные оппоненты, паевого взноса со дня истечения срока на его оплату и до дня возникновения спора. Кроме того, судам надлежит оценивать документацию кооператива на предмет того, каким образом спорная сумма паевого взноса все это время учитывалась кооперативом.

Суд первой инстанции при постановке вывода о принятии Басаргиной С.М. в члены кооператива с внесением паевого взноса, не исследовал обстоятельства фактического признания кооперативом и остальными его членами за истцом членства в кооперативе, без ссылок на конкретные обстоятельства и исследованные доказательства указав лишь на участие Басаргиной С.М. в лице своих представителей на общих собраниях членов кооператива.

Кроме того, судом не включены в предмет доказывания обстоятельства, касающиеся статуса членства Басаргиной С.М. в кооперативе, не исследован реестр членов кооператива и ассоциированных членов кооператива, учитывая, что как законом, так и Уставом кооператива допустимо ассоциированное членство; не установлено, какие права были предоставлены и какие обязанности возлагались на Басаргину С.М. как на члена кооператива, в том числе возложена ли на нее обязанность участвовать в хозяйственной деятельности кооператива или принимать в деятельности кооператива личное трудовое участие.

Суд же апелляционной инстанции ограничился констатацией того, что представленными в материалы дела заявлением Басаргиной С.М. о вступлении в кооператив, распиской от 12.05.2020, решением от 12.05.2015 № 02/15, протоколом общего собрания членов кооператива от 02.06.2015 № 03-15 факт внесения Басаргиной С.М. паевого взноса и ее членства в кооперативе не подтвержден, квалифицировав сложившиеся правоотношения в качестве заемных, при этом также не проанализировал отношения Басаргиной С.М. с другими членами кооператива, не исследовал документацию кооператива на предмет того, каким образом спорная сумма все это время учитывалась кооперативом

Судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение. Постановление АС ЗСО от 03.02.22 по делу № А02-419/2020.

Уральская кассация призывает к осторожному разрешению споров об исключении из ООО: дело «Стром»

Мажоритарный участник ООО «Стром» Шовин А.В. (55%), являющийся также его руководителем, обратился в суд, требуя исключить Матвееву Т.Н. (25%) и Банникова Г.Г. (20%) из числа участников общества. Истец указывал на два случая неявки ответчиков на общие собрания участников общества как на обстоятельства, существенно затрудняющие его деятельность, в частности – блокирующие возможность внесения изменений в устав. Кроме того, истец указал также на уклонение ответчиков от финансирования восстановления ремонта павильона Центрального рынка, принадлежащего обществу и ряд иных недобросовестных действий.

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал.

Суд апелляционной инстанции данное решение отменил, требования удовлетворил на том основании, что ответчики не обосновали уважительность причин неявки на общие собрания участников общества при соблюдении порядка их созыва и проведения.

Ответчики обратились в суд округа с кассационной жалобой.

Суд округа поддержал позицию суда первой инстанции.

Целью иска об исключении участник общества является обеспечение нормальной деятельности общества, а не защита корпоративных интересов отдельных участников либо разрешение корпоративного конфликта.

Факт неявки участника на общие собрания сам по себе без учета совокупности иных обстоятельств, не свидетельствует о грубом нарушении участником общества своих обязанностей и не может служить основанием для исключения участника из общества.

В тоже время установление признака неустранимости вредных последствий действий Матвеевой Т.Н. и Банникова Г.Г. апелляционным судом произведено в отсутствие анализа того, являлись ли проводимые собрания участников необходимыми для нормального функционирования общества, проведены ли они с соблюдением требований к созыву и проведению собраний участников, повлияло ли бы участие ответчиков в собрании на принятие корпоративного решения с учетом конфронтации сторон и условий устава.

Признавая апелляционную жалобу обоснованной, суд апелляционной инстанции ограничился констатацией факта неявки участников Матвеевой Т.Н. и Банникова Г.Г. на общие собрания, при этом заключил, что такое поведение участников общества ведет к существенным затруднениям в деятельности общества, не конкретизировав это утверждение.

Между тем, как верно было установлено судом первой инстанции, и материалами дела подтверждается, что с 2011 г. между участниками общества ведутся арбитражные споры в связи с возникшим корпоративным конфликтом. Так, в рамках другого дела были оспорены решения общего собрания участников о прекращении полномочий директора и избрании на эту должность иного лица; в рамках дела № А76-2358/2019 рассматривался вопрос о передаче обществу «Стром» доли в его уставном капитале, являющейся предметом дарения, предметом спора в рамках дела № А76-8348/2018 являлось требование об исключении из состава участников общества Матвеевой Е.В. (дочери соответчиков). Поведение сторон свидетельствует об обоюдном желании разрешить как свои имущественные интересы, так и сложившийся в обществе корпоративный конфликт, путем исключения одной из сторон конфликта, осложненного тесными внутрисемейными взаимоотношениями участников спора.

При этом, судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что уже после сорвавшихся по причине неявки ответчиков собраний было проведено ещё одно, на котором присутствовал полномочный представитель соответчиков, что обусловило наличие кворума. Между тем, решения по релевантным вопросам повестки так и не были приняты, при этом деятельность хозяйственная деятельность общества продолжает осуществляться.

Постановление суда апелляционной инстанции отменить, решение суда первой инстанции оставить в силе. Постановление АС УО от 03.02.22 по делу № А76-47511/2020.

Друзья, несмотря на то, что сегодня происходит с иностранными инвестициями, хотела поделиться с вами ссылкой на интересный обзор, посвящённый недавней инициативе ФАС о «национализации» долей/акций, приобретённых с нарушением закона о контроле за осуществлением иностранных инвестиций. Если эта инициатива действительно будет принята, это существенно повлияет на инвестиционный климат, поэтому важно уже сейчас привлечь внимание профессионального сообщества к этой проблеме.

Верховный суд обратил внимание, что в споре об истребовании у общества документации нужно учитывать статус заявителя

Верховный суд рассмотрел корпоративный спор: участник истребовал у общества документацию, чтобы оценить действительную стоимость доли. Суды трех инстанций требования удовлетворили. Верховный суд обратил внимание, что через несколько дней после подачи иска общество получило уведомление истца о выходе из состава участников. В этой связи судам нужно было удовлетворить требования только в части предоставления бухгалтерской отчетности за конкретный период.

Уточнены требования к количеству членов совета директоров АО

▪️С 25 февраля 2022 года смягчены требования к минимальному количеству членов совета директоров непубличного АО (Федеральные законы от 25 февраля 2022 г. № 25-ФЗ и № 20-ФЗ).

Теперь в п. 3 ст. 66 Закона об АО определено, что минимальное количество членов совета директоров непубличного АО с числом акционеров – владельцев голосующих акций общества до 1000 составляет 3 члена, для публичного АО с тем же числом акционеров – 5 членов. Ранее вне зависимости от статуса общества по уставу количество членов совета не могло быть менее 5.

▪️В остальном требования к минимальному количеству членов совета директоров остались неизменными (вне зависимости от статуса общества): для АО с числом акционеров – владельцев голосующих акций общества свыше 1000 до 10 000 минимальное количество составляет 7 членов, для АО с числом акционеров – владельцев голосующих акций более 10 000 – 9 членов.

▪️Кроме того, уточнены требования к содержанию устава АО. В частности, с 25.02.2022 исключено требование закона об обязательном указании в уставе АО прав акционеров – владельцев обыкновенных акций, поскольку они уже определены ст. 31 Закона об АО и одинаковы для всех владельцев акций указанной категории (абз. 6 п. 3 ст. 11 Закона об АО). Аналогичные изменения внесены в абз. 2 п. 3 ст. 98 ГК РФ Федеральным законом от 25 февраля 2022 г. № 20-ФЗ, который вступит в силу 8 марта 2022 года.

Проблемы аналитического разделения требований о признании сделки недействительной и о применении последствий её недействительности: дело «Краснореченского» в Дальневосточной кассации

Участница СПК «Краснореченский» Ковалёва Л.А. обратилась в суд, требуя признать недействительными решения, принятые на общем собрании членов кооператива. На данном собрании были приняты решения о принятии в кооператив одного нового члена, а также об участии кооператива во вновь создаваемом ООО «Грин Агро-Краснореченский» в целях реализации инвестиционного проекта, о внесении в уставный капитал общества 6 000 000 руб., а в его имущество - земельных участков, принадлежащих кооперативу на праве собственности, рыночной стоимостью 146 233 100 руб. Истица указывала, что вследствие принятия указанных решений кооператив лишается возможности осуществлять свою уставную деятельность и выплачивать дивиденды.

При этом первоначально истица не просила применения последствий недействительности сделок по передаче имущества ООО «Грин Агро-Краснореченский», однако сделала это путём уточнения исковых требований в суде первой инстанции.

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал.

Суд апелляционной инстанции данное решение изменил, удовлетворил требования в части решений о передаче создаваемому обществу земельных участков, а также о принятии в кооператив нового члена. При этом суд не применил последствия недействительности сделки по передаче земельных участков.

Участники спора обратились в суд округа с кассационными жалобами.

Суд округа усмотрел ошибку в действиях нижестоящих судов.

1. Суд округа признаёт несостоятельным довод кооператива «Краснореченский» о том, что оспариваемые решения одобрены впоследствии решениями внеочередного общего собрания, проведенного 26.02.2021, поскольку разъяснения, содержащиеся в п. 108 ПП ВС РФ от 23.06.2015 № 25, неприменимы в случае ничтожности решений собрания.

2. Истец, согласно заявлению об изменении основания иска, просил применить последствия недействительности ничтожных сделок и возложить на Управление Росреестра обязанность исключить из ЕГРН сведения о государственной регистрации права собственности ООО «Грин Агро-Краснореченский» на земельные участки.

В то же время, суд округа обращает внимание на то, что суды первой и апелляционной инстанций не были связаны исключительно предложенной истцом формулировкой требований о применении последствий недействительности сделок и, более того, в соответствии с ч. 3 ст. 9 АПК РФ, а также разъясняющим данную правовую норму абз. 2 п. 36 ПП ВС РФ от 23.12.2021 № 46, должны были для правильного разрешения спора вынести на обсуждение вопрос о применении последствий недействительности сделок, а не ограничиться суждением о непредъявлении истцом требования о признании сделок недействительными. Тем самым суд первой инстанции создал ситуацию правовой неопределенности, с одной стороны, приняв уточнение основания заявленных требований, с другой стороны, при принятии судебного акта по существу спора указав на недостаток, допущенный истцом и не позволивший суду разрешить принятое к рассмотрению требование.

Суд апелляционной инстанции, в свою очередь, обоснованно признавая ничтожными решения внеочередного общего собрания в части передачи земельных участков, не применил последствия недействительности этих сделок.

В связи с изложенным, поскольку судами первой и апелляционной инстанций по существу не достигнута задача судопроизводства в арбитражных судах, а именно разрешен судебный спор без исследования существенных обстоятельств, касающихся защиты прав и нарушенных интересов, суд кассационной инстанции считает необходимым отменить решение суда первой инстанции полностью, а постановление апелляционного суда – в части отказа в применении последствий недействительности сделок и дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Судебные акты отменить в части, в соответствующей части дело направить на новое рассмотрение. Постановление АС ДО от 02.02.22 по делу № А51-17724/2019.

Уральская кассация призывает внимательнее исследовать вопрос о возможной притворности внутригрупповых сделок: дело «Птицефабрики Челябинской»

Участник ПАО «Птицефрабрика Челябинская» – ООО «Агропромышленный комплекс «Кремлевский» (2%), обратился в суд с требованием о признании притворными сделок по передаче векселей от ПАО «Птицефрабрика Челябинская» сперва в пользу ООО «ТД «Ардис» (Сделка 1), а затем уже эти лицом – в пользу другого участника ПАО «Птицефрабрика Челябинская» – ООО «Овомир» (94%) (Сделка 2). Истец ссылался на то, что сделки были фактически направленны на безвозмездную, без встречного предоставления передачу имущества общества «Птицефабрика Челябинская» обществу «Овомир» в обход корпоративных процедур, предусмотренных для сделок с заинтересованностью.

Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили.

Один из конкурсных кредиторов ответчика обратился в суд округа с кассационной жалобой.

Суд округа встал на сторону кассатора.

На момент совершения Сделки 1 и Сделки 2 общество «Овомир» владело 94% акций общества «Птицефабрика Челябинская». Стоимость векселей общества АКБ «ЦентроКредит» значительно превышала 2% балансовой стоимости активов общества «Птицефабрика Челябинская». Сделка по передаче векселей общества «ЦентроКредит» на сумму 580 000 000 руб. от общества «Птицефабрика Челябинская» в общество «Овомир» должна была быть одобрена большинством голосов не заинтересованных акционеров – владельцев голосующих акций общества «Птицефабрика Челябинская». Общество «Овомир» в данном голосовании участие принимать не имело права.

При этом общество «Птицефабрика Челябинская» указало, и данные пояснения никем документально не опровергнуты, что общих собраний акционеров общество «Птицефабика Челябинская», в повестке дня которых имелись бы вопросы об одобрении самой сделки по передаче векселей, не созывалось и не проводилось.

Указав, что общество «Овомир», предъявив векселя АО АКБ «ЦентроКредит» к погашению, получил от векселедателя денежные средства в размере 580 000 000 руб., суды пришли к выводу о том, что сделка подлежит признанию недействительной применительно к положениям статьи 173.1 ГК РФ.

Кассатор, обжалуя судебный акт в апелляционном порядке, со ссылкой на обстоятельства, установленные судебными актами по делу о банкротстве ответчика, приводило доводы о том, что все спорные сделки являются частью сложносоставной схемы взаимоотношений аффилированных лиц. В ситуации, когда одна из сделок является только частью взаимоотношений (элементом связанных единой волей и целью нескольких сделок), суд при рассмотрении вопроса о ее действительности/недействительности должен рассмотреть весь комплекс взаимоотношений, составной частью которого является спорная сделка. Судам следовало проверить данный довод и, при согласии с ним, перейти к изучению вопроса об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными в связи с обстоятельствами и последствиями исполнения всей сложносоставной сделки.

Сама по себе передача ликвидного имущества с экономической точки зрения представляет собой лишь средство достижения определенной цели. Сама цель передачи векселей – участниками спора (в том числе и третьим лицом, осуществившим спорные действия) не раскрыта, судами не исследовалась (например, безвозмездный вывод активов, или вложение в какой-либо проект, или иная цель). С учетом заявленных кассатором доводов о том, что указанные действия являются частью схемы внутригрупповых расчетов – данное обстоятельство также заслуживало внимания и изучения судами.

Из судебных актов не усматривается вывод о самой сущности прикрываемой сделки, то есть ее правовая и экономическая природа судами надлежащим образом не исследовалась и не устанавливалась.

Судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение. Постановление АС УО от 03.02.22 по делу № А76-17068/2020.

Северо-Западная кассация охраняет финансовых управляющих от дополнительных профессиональных рисков: дело «Корусанта»

Финансовый управляющий участницы ООО «Корусант» Лавровой И.Н. – Ткаченко М.А., обратился в суд, добиваясь признания недействительным договора купли-продажи земельного участка между ООО «Корусант» и ООО «Грин Лайн».

Суд первой инстанции требования удовлетворил, однако суд апелляционной инстанции данное решение отменил, в удовлетворении требований отказал и взыскал с финансового управляющего судебные расходы в пользу ответчика.

В кассационной жалобе финансовый управляющий указывает, что судебные расходы подлежат взысканию с Лавровой И.Н., поскольку сам он, предъявляя настоящий иск, действовал лишь от имени должника, в интересах кредиторов и должника с целью пополнения конкурсной массы.

Ответчик в отзыве на кассационную жалобу просит оставить её без удовлетворения, ссылаясь на то, что в случае взыскания судебных расходов с должника не сможет получить фактическое возмещение понесенных по настоящему делу расходов, а финансовый управляющий не лишён возможности возместить взысканные с него расходы за счет конкурсной массы должника.

Суд округа встал на сторону кассатора.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Участие финансового управляющего в деле о банкротстве гражданина является обязательным (пункт 1 статьи 213.9 Закона о банкротстве). Пунктом 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовому управляющему предоставлено право подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

По смыслу положений Закона о банкротстве все мероприятия, направленные на восстановление платежеспособности должника, соразмерное удовлетворение требований его кредиторов и освобождение гражданина от долгов, осуществляются финансовым управляющим за счет имущества гражданина, поскольку при совершении соответствующих действий, в том числе при обращении с исками в суд, финансовый управляющий выступает не в защиту своих интересов, а от имени и в интересах должника, а также его кредиторов.

Настоящий иск был предъявлен финансовым управляющим именно с целью увеличения действительной стоимости доли Лавровой И.Н. как единственного участника ООО «Корусант» и повышения ликвидности данного вида имущества, то есть в рамках осуществления возложенных на него законом обязанностей, и при обращении в суд финансовый управляющий действовал от имени Лавровой И.Н. как участника ООО «Корусант», а не от собственного имени.

В таком случае у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для возложения понесенных ответчиком судебных расходов непосредственно на финансового управляющего. При этом в случае, если будет установлено, что в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения финансовым управляющим возложенных на него законом обязанностей, в частности, в случае предъявления заведомо необоснованных исков и возникновения в связи с этим у должника дополнительных расходов, причинены убытки должнику, кредиторам и иным лицам, убытки возмещаются непосредственно финансовым управляющим.

Постановление суда апелляционной инстанции отменить в части, взыскать судебные расходы с Лавровой И.Н. Постановление АС СЗО от 07.02.22 по делу № А56-5505/2020.

Сложности привлечения ликвидатора общества к ответственности за непогашение долгов последнего в ходе ликвидации: дело «МАК КЛАР» в Северо-Западной кассации

ООО «МАК КЛАР» с единственным участником Галкиной О.Н. являлось должником ООО «Фабрика нетканых материалов «Весь мир» по договору займа. До возвращения долга общество приняло решение о ликвидации, ликвидатором была назначена Галкина О.Н. Затем 07.11.17 был составлен промежуточный ликвидационный баланс, а 16.03.18 было вынесено решение о взыскании с ООО «МАК КЛАР» и поручителя долга по договору займа. Вскоре общество было ликвидировано.

Фабрика, считая, что невозможность взыскания долга с Общества стала следствием недобросовестных действий Галкиной О.Н., которая не включила сведения о задолженности перед Фабрикой в промежуточный ликвидационный баланс и завершила ликвидацию общества при наличии непогашенных перед Фабрикой обязательств, обратилась в суд с иском о привлечении Галкиной О.Н. к субсидиарной ответственности.

Суды первой и апелляционной инстанций требования удовлетворили. Галкина О.Н. не исполнила надлежащим образом требования ст. 63 ГК РФ, не уведомила Фабрику как кредитора общества о его ликвидации и не произвела расчеты с ней.

Ответчица обратилась в суд округа с исковой жалобой.

Суд округа встал на сторону кассатора.

Для случая добровольной ликвидации юридического лица не предусматривается субсидиарная ответственность ликвидатора, однако он может быть привлечён к ответственности за убытки по правилам ст. 53.1 ГК РФ (п. 2 ст. 64.1 ГК РФ).

Суды не определили правовую квалификацию заявленного требования, рассмотрев его одновременно как требование о привлечении к субсидиарной ответственности и как требование о возмещении убытков, хотя основания привлечения к субсидиарной ответственности и к ответственности в виде возмещения убытков могут не совпадать.

Выводы судов о недобросовестности ответчика, противоправности ее действий, наличии причинно-следственной связи между ее действиями и невозможностью удовлетворения обществом требований Фабрики нельзя признать соответствующими имеющимся в деле доказательствам. Так, усматривая недобросовестность Галкиной О.Н. в том, что она не уведомила Фабрику о начале ликвидации общества, суды не обратили внимания, что об этом обстоятельстве было известно Фабрике, как следует из решения суда о взыскании долга по договору займа, а также обращений Фабрики в ФНС в декабре 2017 г.

Суды не проверили, обращался ли кредитор к ликвидатору с требованием о включении его требования в ликвидационный баланс общества. В подтверждение обращения Фабрики к ликвидатору в дело представлена предарбитражная претензия, в которой Фабрика просит общество не позднее 15.12.2017 возвратить сумму займа, а также уплатить проценты за пользование займом и пени, предупреждает, что в противном случае обратится в суд. Между тем согласно отметке на обложке дела, возбужденного судом, 12.12.2017 исковое заявление уже поступило в этот суд, причем первоначально общество не было указано в качестве ответчика. В заявлениях, направленных в декабре 2017 г. в ФНС, Фабрика в обоснование наложения запрета на совершение регистрационных действий в отношении общества, находящегося в стадии ликвидации, ссылалась на представление ликвидируемым юридическим лицом недостоверных сведений по налогам в связи с реализацией оборудования, но не на наличие у общества перед Фабрикой задолженности по гражданско-правовому обязательству.

Соглашаясь с утверждением истца о невозможности получить исполнение от общества вследствие неправомерных действий ответчика, суды не проверили, обращалась ли Фабрика за принудительным исполнением вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции к поручителю по обсуждаемому требованию, было ли в отношении него возбуждено исполнительное производство, совершались ли какие-либо исполнительные действия, исчерпаны ли возможности получения исполнения от оставшегося солидарного должника.

Судебные акты отменить, дело направить на новое рассмотрение. Постановление АС СЗО от 07.02.22 по делу № А56-23743/2021.