Любопытнейший материал в «Новой вкладке» (минюст считает иноагентом) о низовых сетях Meshtastic. Текст также дает один из возможных ответов на вопрос «что будет после телеграма».

Meshtastic — система альтернативной связи, гибрид радиоточки и локальной сети. Работает с помощью самодельного устройства с антенной, максимальная дальность связи – 300 километров. Российское сообщество появилось около года назад. Первые крупные сети заработали сначала в Москве и Питере, а чуть позже и в других городах по всей стране.

В материале есть карта и можно посмотреть, сколько действующих точек работает в данный момент. На глобальной карте также можно увидеть, что нодами покрыты практически все страны, а городов вообще без нод практически нет.

В случае Meshtastic сошлось сразу несколько острых запросов общества. Это и спрос на аналоговые технологии, нечто настоящее, что можно подержать в руках, что ты контролируешь на 100%. Это и технология без «чёрных ящиков», вся подноготная которой — в прямом смысле — у тебя перед глазами. И возможность быть всегда на связи, независимо от желания государства и его регуляторов.

Примета времени: все энтузиасты, чья прямая речь звучит в материале, предпочли остаться анонимными и в один голос говорили, что чем меньше людей знает о технологии, тем лучше. Видимость в России 2026 это не интернет-популярность и пресловутая «вирусность», а видимость для государства.

Само коммьюнити одновременно активное, но анонимное, никому не хочется быть публичным лицом Meshtastic. Потому что:
«Чем больше вы и ваши коллеги пишете об этом — особенно с желанием быть на гребне волны актуальности, получения популярности, значимости, увеличения количества подписчиков, — тем быстрее РКН обратит на это внимание, ограничит, запретит, а кого-то набутылит».

Словом, подобные анархистские и низовые примеры солидарности несказанно радуют, особенно сейчас, на фоне пораженческих разговоров в духе «что мы будем делать когда интернет окончательно отключат»

Делимся записью открытой лекции Полины Аронсон о любви

Эмоции долгое время оставались на задворках социальных наук — их отдавали на откуп биологии или психологии. В конце концов, психотерапевтический язык прочно закрепился в качестве основного способа говорить об эмоциях: «проработай травму», «отпусти», «проживи», «расставь личные границы».

Но что, если наши слёзы, гнев или влюблённость — не до конца наши? Социология предлагает другой, свежий взгляд: чувства — часть социального порядка, а зачастую и политического проекта. Разные культуры учат плакать, злиться и любить по-разному, а то, что мы зовём «эмоциями», — результат этого самого порядка. Любовь — в том числе.

Именно о том, как можно мыслить эмоции вне психотерапии, мы говорили на лекции Полины Аронсон, которая прошла в рамках открытия нашей лаборатории по социологии эмоций. Если вы пропустили лекцию Полины и хотите наверстать, сообщаем: мы открыли доступ к записи!

А если хотите разобраться в эмоциональных сценариях основательно — к лаборатории всё ещё можно присоединиться до конца этой недели. Приходите вместе разбираться, почему без эмоций рухнет демократия, а «настоящая любовь» — это изобретение, а не судьба.

"Digital Divinity" на Rest of World — это серия статей о том, как технологии перекраивают религию: от AI-проповедников до виртуальных храмов в Minecraft. Тут разбирают, почему алгоритмы учатся молиться, а верующие стримят обряды в TikTok — с массой любопытных деталей.