Поэт никогда не уставал любоваться. Осенними холодными вечерами он, вдыхая тяжёлый дымный воздух двора чудес, пристально и с интересом наблюдал за работой хозяйственных смуглых цыганок. Во-первых, потому что ему было крайне приятно следить за чужой работой пока сам он валяется на тощем соломенном матрасе. А во-вторых, он находил в этом что-то эстетически красивое. Даже несмотря на то, что цыганки красотой не отличались. Чаще всего они, нагрев воду в большом глиняном чане, усердно стирали бельё своих мужей и детей, усердно болтая на испанском, цыганском и еще нескольких языках, которых Гренгуар совсем не знал. В такие моменты можно было хорошо разглядеть их сильные, грубоватые, но ловкие руки, мозолистые от вечных хозяйственных работ, перебирания денег и различных вычурных трюков. В свете костра было очень хорошо видно, как напрягаются их жилки. Но иногда нечто нежное и невинное проскальзывало в эту почти мужицкую обстановку.

У неё руки были нежные. С удивлением и восхищением Гренгуар наблюдал за тем как искусно и быстро она штопает юбки своим соплеменницам, как расшивает их крашеными деревянными бусами и как чисты и нежны при этом остаются её руки. Окончив свою работу, она обычно перебиралась к нему поближе и принималась расчёсывать волосы.

Еще у неё были красивые зубы. Она была одной из немногих во Дворе Чудес, кто совсем не курил. Наверное, из-за этого её улыбка блистала такой редкостной белизной, которой не могли похвастаться даже знатные дамочки с Сен-Антуан. Зубки её очень хорошо было видно, когда у поэта получалось ее рассмешить. Тогда она запрокидывала голову и звонко хохотала, и её смех звенел словно осколки разбитых оконных стёкол. Непослушные чёрные кудри рассыпались по её плечам, очаровательно вздрагивавшим в такт её смеху.

О, жаль что ему так редко удавалось так позабавить своенравную цыганочку. Хоть и в привычных ему бытовых моментах она тоже была необычайно хороша собой, Гренгуару нравилось видеть её весёлой. Но увы, сердце женщины сияет лишь тогда, когда она рядом со своим любимым.

Иногда она, прислонившись своей спиной к его, мечтательно болтала о прекрасных рыцарях. В её воображении они были обязательно в доспехах и на коне — такой стереотипный, почти детский образ, который так раздражал чувственные поэтические чувства Гренгуара. Но не тогда когда говорила она. Рядом с ней было лишь тепло, да укол нежной печали, саднивший в груди. Оттого что она была его лишь формально.

В нём не было героизма и доблести, о которой мечтала цыганка. Хлипкий и флегматичный, он совсем не подходил под нужный ей архетип. Но в нем было что-то, чем другие мужчины не могли похвастаться — терпение.

Терпеливо он учился новым трюкам, лишь бы его не выгнали из Двора Чудес. Терпеливо ложился спать на полу, уступая ей лежанку. Терпеливо ждал, пока она подойдёт сама. Слушал рассказы о других мужчинах. Объяснял ей термины и слова на неизвестных языках. Наблюдал. Смотрел. Любовался. Но издали.
И он готов был ждать сколько угодно. Ждать, пока она сама взглянет, заметит, оценит.

Полюбит.

— Что это?
— Кровь, милый. Слижи её!
—... Хм, а ведь неплохо.

⁺ ˚ #art_N

⁺ ˚ #video_N

Doomed mlw🥰

⁺ ˚ #video_N

верю, что жить без тебя я научусь

⁺ ˚ #video_N

Бог уничтожил динозавров потому что они не могли сделать ему это видео

⁺ ˚ #video_N

ду бист дих ин мир эркеннен или как там

⁺ ˚ #art_N

Левины глупыши

#art@contentnnnone

DELTARUNE WEIRD ROUTE SPOILERS

my doomed mlw😍

#video@contentnnnone