Один из самых, на мой взгляд, драматичных процессов в российском образовании - это сильное изменение образовательных траекторий, выражающееся в отказе от высшего образования. Оно происходит в виде снижения доли перехода из 9 класса в 10 класс - дети (вместе с родителями, конечно) выбирают СПО вместо старшей школы. Пять лет назад, в 2019 году, в 10 класс шли 54% городских школьников и 40% сельских, сейчас - 48% и 36%, то есть почти уже каждый третий.
Среди российского чиновничества и многих экспертов это движение считается очень хорошим - мол, все равно высшее образования это профанация, а тут сразу за станок. С одной стороны, чем плохо? С другой стороны - выпускники СПО сейчас намного реже, чем выпускники школ, поступают в вузы.
Среди первокурсников 2023 года, например, их только 13% (это с учетом заочного обучения - на очном еще меньше).
9 из 10 выпускников полной школы поступают в вузы - и только 2 из 10 выпускников СПО, считая тех, кто делает это через несколько лет после окончания колледжа.
На словах - в намерениях семьи - колледж может считаться способом "обойти ЕГЭ" и поступить в вуз через внутренние экзамены, но на деле молодые люди просто отказываются учиться дальше. Работа есть, зарплата есть - вуз подождет.
И хорошо, если колледж закончен. В СПО намного ниже, чем в вузах, "доходимость" - до конца СПО доползают примерно 80%, а по некоторым специальностям намного меньше.
Тренд на отказ от полной школы продолжается несколько лет. Сильнее всего он заметен в центральных регионах России. И особенно сильно - в сельских школах. В селах Владимирской области только 20% девятиклассников продолжают учебу в школе. За пять лет, с 2019 по 2023 год, здесь 8 человек из ста изменили свою образовательную траекторию в пользу СПО. То есть там, где было 30 человек в 10 классе, осталось 20, и так далее.
Из-за этого доля сельских школьников среди всех выпускников 11-х классов в России снижается и составляет уже меньше 20% при доле сельского населения 25%.
При этом изменения в регионах разные. В северных и многих окраинных они очень небольшие, а конверсия в 10 класс на удивление высокая - 60-70%. Думаю, что в отдаленных регионах она связана с недостатком СПО и их плохой транспортной доступностью, а не с желанием поступать в вуз.
В урбанизированных, с образованным населением и достаточно живыми экономиками регионах Среднего Поволжья переход в СПО намного более массовый - этому способствуют и доступность колледжей, и более привлекательный рынок труда.
Интересно, что минимальные изменения происходят в Москве. Несмотря на то что московские колледжи рекламируются изо всех сил и объективно выглядят намного лучше провинциальных, а поступление в 10 класс в московские школы, судя по жалобам родителей, становится сложнее год от года, изменения здесь не такие большие, чем в других развитых регионах России.
В общем, с одной стороны тренд, конечно, есть, и заметный. С другой - у него есть, на мой взгляд, два разных фактора. Один характерен для больших промышленных регионов, в которых, действительно, отказ от старшей школы поддерживается относительно неплохой структурой рынка профобразования и труда.
Второй - для регионов ЦФО и СЗФО, где на семьи влияют очевидные экономические дефициты. И надо ли там радоваться отказу от школы, большой вопрос, особенно если речь о сельской школе. Ведь в селе, где нет старшей школы, нет и хороших предметников, нет ролевой модели для младших подростков, так что возможности и желание детей получить больше образования будут убывать все быстрее и быстрее.
Данные сводов Минпроса, раскладка плиточной карты - Ивана Дианова.
Среди российского чиновничества и многих экспертов это движение считается очень хорошим - мол, все равно высшее образования это профанация, а тут сразу за станок. С одной стороны, чем плохо? С другой стороны - выпускники СПО сейчас намного реже, чем выпускники школ, поступают в вузы.
Среди первокурсников 2023 года, например, их только 13% (это с учетом заочного обучения - на очном еще меньше).
9 из 10 выпускников полной школы поступают в вузы - и только 2 из 10 выпускников СПО, считая тех, кто делает это через несколько лет после окончания колледжа.
На словах - в намерениях семьи - колледж может считаться способом "обойти ЕГЭ" и поступить в вуз через внутренние экзамены, но на деле молодые люди просто отказываются учиться дальше. Работа есть, зарплата есть - вуз подождет.
И хорошо, если колледж закончен. В СПО намного ниже, чем в вузах, "доходимость" - до конца СПО доползают примерно 80%, а по некоторым специальностям намного меньше.
Тренд на отказ от полной школы продолжается несколько лет. Сильнее всего он заметен в центральных регионах России. И особенно сильно - в сельских школах. В селах Владимирской области только 20% девятиклассников продолжают учебу в школе. За пять лет, с 2019 по 2023 год, здесь 8 человек из ста изменили свою образовательную траекторию в пользу СПО. То есть там, где было 30 человек в 10 классе, осталось 20, и так далее.
Из-за этого доля сельских школьников среди всех выпускников 11-х классов в России снижается и составляет уже меньше 20% при доле сельского населения 25%.
При этом изменения в регионах разные. В северных и многих окраинных они очень небольшие, а конверсия в 10 класс на удивление высокая - 60-70%. Думаю, что в отдаленных регионах она связана с недостатком СПО и их плохой транспортной доступностью, а не с желанием поступать в вуз.
В урбанизированных, с образованным населением и достаточно живыми экономиками регионах Среднего Поволжья переход в СПО намного более массовый - этому способствуют и доступность колледжей, и более привлекательный рынок труда.
Интересно, что минимальные изменения происходят в Москве. Несмотря на то что московские колледжи рекламируются изо всех сил и объективно выглядят намного лучше провинциальных, а поступление в 10 класс в московские школы, судя по жалобам родителей, становится сложнее год от года, изменения здесь не такие большие, чем в других развитых регионах России.
В общем, с одной стороны тренд, конечно, есть, и заметный. С другой - у него есть, на мой взгляд, два разных фактора. Один характерен для больших промышленных регионов, в которых, действительно, отказ от старшей школы поддерживается относительно неплохой структурой рынка профобразования и труда.
Второй - для регионов ЦФО и СЗФО, где на семьи влияют очевидные экономические дефициты. И надо ли там радоваться отказу от школы, большой вопрос, особенно если речь о сельской школе. Ведь в селе, где нет старшей школы, нет и хороших предметников, нет ролевой модели для младших подростков, так что возможности и желание детей получить больше образования будут убывать все быстрее и быстрее.
Данные сводов Минпроса, раскладка плиточной карты - Ивана Дианова.
👍7🔥1
САД РАСХОДЯЩИХСЯ ТРОПОК
В прошлый раз я писала о том, как российские 9-классники меняют свои образовательные траектории — отказываются от старшей школы в пользу СПО. Что с ними происходит дальше?
Я давно ломала голову над тем, как бы нагляднее изобразить эти самые «траектории» - рисовала какие-то потоки, движение с уровня на уровень и обратно. Это, с одной стороны, стандартный подход, а с другой стороны, нарисовать с его помощью «траектории» оказывается не так-то просто, потому что у нас много агентов и очень мало информации о них. Например, если человек поступает в вуз через несколько лет после СПО, мы нее знаем из доступной статистики, с каким перерывом он это сделал.
Поэтому появилась идея убрать часть важной, но не критичной информации и посмотреть на историю с другого угла.
Допустим, что никакого «рынка» у нас нет, а есть группа детей, закончивших 9 класс в 2016 году. Когорта, стало быть. Это люди, родившиеся в 2000 году.
Один миллион 233 тысячи крошек, у которых, начиная с этого момента, каждый год возникают развилки: школа или СПО? СПО или вуз? вуз или работа? магистратура или работа?
Доступные сегодня статистические своды Минпросвещения и Минобрнауки не позволяют проследить судьбы отдельных людей или хотя бы категорий, начиная со школы (СПО ССЗ-вуз очно/заочно-магистратура и т. д.), но в комплексе позволяют примерно прикинуть, какие решения принимаются на каждой из развилок — при последовательном переходе с уровня на уровень образования.
Мы знаем, например, какую долю в поступивших в СПО в этом году составляют выпускники 9 класса этого года и можем, соответственно, посчитать, сколько бывших 9-классников поступили в СПО и на какие программы и когда они его закончат.
Знаем число окончивших СПО ССЗ (специалистов среднего звена) в таком-то году. Часть из них - наша когорта 2016 года. Остальные поступили в колледж в другие годы (программы имеют разные сроки), очно или заочно, после школы или после армии — мы не знаем. Но мы знаем, сколько поступивших в вуз в этом году окончили СПО также в этом году. И предполагаем, что наша когорта 2016 года поступила в вуз после СПО в той же пропорции, что все выпускники СПО. Ну и так далее.
Все это позволяет, начав с количества 9-классников, раскатать их по следующим этапам образовательного пути, чтобы приблизительно увидеть, где они проведут ближайшие 10 лет своей жизни, если не будут прерывать образование, и на чем эти годы закончатся.
Как сложились судьбы, в общем. Встреча выпускников.
Модель очень грубая. В ней не учтено выбытие, которое может накопительно достигать 15-20% поступивших в СПО и ВПО, академические отпуска, армию, восстановление и т. д. И, разумеется, она верна только для тех, кто не делал перерывов в образовании — об остальных нет информации. Человек может поступить в вуз через год после СПО, но без указания конкретных лет мы не можем ничего предполагать (если у вас есть идеи, как побороть эту лакуну, скажите).
Итак, что интересного тут видно.
Бросается в глаза пропажа людей на пути из 10 класса к выпуску. Это загадка. Часть уходят в СПО (довольно много, около 8%), но еще часть просто исчезает — возможно, миграция. Куда их примостить, я так и не поняла, просто зафиксирую. Еще часть не допускается к ЕГЭ или не сдает его, пересдает осенью и не попадает в выпуск своего года.
В школе в целом все понятно: основной путь здесь — очный бакалавриат, на котором большинство завершает образование. Заочников в этой группе очень мало, так что школьникам нужно все 6 лет после окончания 9 класса, чтобы экономика могла считать их своим полноценным ресурсом.
Что касается СПО, то уже на второй год после окончания 9 классов когорта СПО начинает выходить на рынок труда — колледжи заканчивают студенты самого короткого, 2-годичного трека. На третий год больше трети студентов заканчивают учебу — можно сказать, массово отправляются на рынок труда. Это примерно пятая часть всей когорты 2016 года — у государства, родителей и нанимателей уже есть улов, а не только расходы.
В прошлый раз я писала о том, как российские 9-классники меняют свои образовательные траектории — отказываются от старшей школы в пользу СПО. Что с ними происходит дальше?
Я давно ломала голову над тем, как бы нагляднее изобразить эти самые «траектории» - рисовала какие-то потоки, движение с уровня на уровень и обратно. Это, с одной стороны, стандартный подход, а с другой стороны, нарисовать с его помощью «траектории» оказывается не так-то просто, потому что у нас много агентов и очень мало информации о них. Например, если человек поступает в вуз через несколько лет после СПО, мы нее знаем из доступной статистики, с каким перерывом он это сделал.
Поэтому появилась идея убрать часть важной, но не критичной информации и посмотреть на историю с другого угла.
Допустим, что никакого «рынка» у нас нет, а есть группа детей, закончивших 9 класс в 2016 году. Когорта, стало быть. Это люди, родившиеся в 2000 году.
Один миллион 233 тысячи крошек, у которых, начиная с этого момента, каждый год возникают развилки: школа или СПО? СПО или вуз? вуз или работа? магистратура или работа?
Доступные сегодня статистические своды Минпросвещения и Минобрнауки не позволяют проследить судьбы отдельных людей или хотя бы категорий, начиная со школы (СПО ССЗ-вуз очно/заочно-магистратура и т. д.), но в комплексе позволяют примерно прикинуть, какие решения принимаются на каждой из развилок — при последовательном переходе с уровня на уровень образования.
Мы знаем, например, какую долю в поступивших в СПО в этом году составляют выпускники 9 класса этого года и можем, соответственно, посчитать, сколько бывших 9-классников поступили в СПО и на какие программы и когда они его закончат.
Знаем число окончивших СПО ССЗ (специалистов среднего звена) в таком-то году. Часть из них - наша когорта 2016 года. Остальные поступили в колледж в другие годы (программы имеют разные сроки), очно или заочно, после школы или после армии — мы не знаем. Но мы знаем, сколько поступивших в вуз в этом году окончили СПО также в этом году. И предполагаем, что наша когорта 2016 года поступила в вуз после СПО в той же пропорции, что все выпускники СПО. Ну и так далее.
Все это позволяет, начав с количества 9-классников, раскатать их по следующим этапам образовательного пути, чтобы приблизительно увидеть, где они проведут ближайшие 10 лет своей жизни, если не будут прерывать образование, и на чем эти годы закончатся.
Как сложились судьбы, в общем. Встреча выпускников.
Модель очень грубая. В ней не учтено выбытие, которое может накопительно достигать 15-20% поступивших в СПО и ВПО, академические отпуска, армию, восстановление и т. д. И, разумеется, она верна только для тех, кто не делал перерывов в образовании — об остальных нет информации. Человек может поступить в вуз через год после СПО, но без указания конкретных лет мы не можем ничего предполагать (если у вас есть идеи, как побороть эту лакуну, скажите).
Итак, что интересного тут видно.
Бросается в глаза пропажа людей на пути из 10 класса к выпуску. Это загадка. Часть уходят в СПО (довольно много, около 8%), но еще часть просто исчезает — возможно, миграция. Куда их примостить, я так и не поняла, просто зафиксирую. Еще часть не допускается к ЕГЭ или не сдает его, пересдает осенью и не попадает в выпуск своего года.
В школе в целом все понятно: основной путь здесь — очный бакалавриат, на котором большинство завершает образование. Заочников в этой группе очень мало, так что школьникам нужно все 6 лет после окончания 9 класса, чтобы экономика могла считать их своим полноценным ресурсом.
Что касается СПО, то уже на второй год после окончания 9 классов когорта СПО начинает выходить на рынок труда — колледжи заканчивают студенты самого короткого, 2-годичного трека. На третий год больше трети студентов заканчивают учебу — можно сказать, массово отправляются на рынок труда. Это примерно пятая часть всей когорты 2016 года — у государства, родителей и нанимателей уже есть улов, а не только расходы.
👍2
От 10 до 20% по разным видам образования (КРС — квалифицированные рабочие и служащие и ССЗ — специалисты среднего звена) поступают в вузы. Интересно, что поступают они преимущественно на заочное обучение. А я все думаю, откуда эти 50% заочников среди студентов — так то все бывшее СПО.
Фактически такие студенты они тоже выходят на рынок труда сразу после СПО, хотя формально получают высшее образование.
Влияет ли форма на качество — конечно, да. Заочники исполняют в вузе ритуальные действия, чтобы получить диплом, все остальное для них имеет статус неизбежных скучных хлопот. Возможно, очно-заочная форма чуть лучше, но вряд ли намного (я грубо свела их вместе в заочную).
Студенты вузов после СПО намного чаще, чем поступающие сразу после школы, платят за свое высшее образование — более 60%
С учетом того, что и в СПО 30% студентов учились за свой счет, возникает очевидный вопрос — а точно ли трек СПО+вуз экономит деньги по сравнению с треком школа+вуз?...
Большая часть студентов СПО учится 3 или 4 года.
Через 4 года все студенты СПО (считанные единицы учатся 5 лет) покидают стены колледжей — остаются заочники 4-летнего обучения.
Фактически распределение по срокам обучения и определяет ту скорость, с которой когорта, поступившая в СПО, превратится в работников.
Выпускники 9 класса 2016 года выйдут на рынок труда в 2018, 2019 или 2020 году в зависимости от того, на кого и где они учатся.
И здесь происходят довольно заметные изменения.
За последние 7 лет доля 2-годичного трека среди поступающих в СПО на базе 9 классов увеличилась с 4% до 14%. Факторов несколько. Во-первых, Минпросвещения обновляет старые ФГОС программ СПО - при этом иногда сокращая сроки обучения. Во-вторых, появляются новые программы, среди которых много 2-годичных. В-третьих, если юношество не хочет учиться в ВПО, то почему оно должно хотеть учиться 3 или 4 года, если можно все провернуть за два?
К 2030 году российское Минпросвещения собирается перевести все колледжи на программу «Профессионалитет». Это означает, что колледжи смогут сами сокращать сроки обучения на полгода-год. Причем узнать об этом будет довольно трудно — публичные стандарты ФГОС при этом не меняются. Колледжи могут самостоятельно брать конкретную программу и подпиливать ее под «Профессионалитет».
Формально основная задача программы — изменение программ обучения в пользу промышленных заказчиков и обновление фондов — оборудования, мастерских, общежитий и т. д., улучшение программ, интеграция с производствами. Логично, что инвесторы хотят как можно быстрее получить свой капитал обратно - в виде дефицитной рабочей силы.
Если план будет реализован и сокращение сроков все же произойдет, то получается, что наиболее распространенные сейчас 4-летние программы превратятся в 3-годичные, а 3-годичные, соответственно, в 2-годичные. Вместо средних 3,5 лет годовые когорты будут выводиться на рынок труда за 2,5 года. К началу 2030-х годов система СПО будет производить примерно по 1,3 млн человек в год - хорошо образованных, наученных работе на современных станках, энергичных, счастливых 18-летних работников.
Фактически такие студенты они тоже выходят на рынок труда сразу после СПО, хотя формально получают высшее образование.
Влияет ли форма на качество — конечно, да. Заочники исполняют в вузе ритуальные действия, чтобы получить диплом, все остальное для них имеет статус неизбежных скучных хлопот. Возможно, очно-заочная форма чуть лучше, но вряд ли намного (я грубо свела их вместе в заочную).
Студенты вузов после СПО намного чаще, чем поступающие сразу после школы, платят за свое высшее образование — более 60%
С учетом того, что и в СПО 30% студентов учились за свой счет, возникает очевидный вопрос — а точно ли трек СПО+вуз экономит деньги по сравнению с треком школа+вуз?...
Большая часть студентов СПО учится 3 или 4 года.
Через 4 года все студенты СПО (считанные единицы учатся 5 лет) покидают стены колледжей — остаются заочники 4-летнего обучения.
Фактически распределение по срокам обучения и определяет ту скорость, с которой когорта, поступившая в СПО, превратится в работников.
Выпускники 9 класса 2016 года выйдут на рынок труда в 2018, 2019 или 2020 году в зависимости от того, на кого и где они учатся.
И здесь происходят довольно заметные изменения.
За последние 7 лет доля 2-годичного трека среди поступающих в СПО на базе 9 классов увеличилась с 4% до 14%. Факторов несколько. Во-первых, Минпросвещения обновляет старые ФГОС программ СПО - при этом иногда сокращая сроки обучения. Во-вторых, появляются новые программы, среди которых много 2-годичных. В-третьих, если юношество не хочет учиться в ВПО, то почему оно должно хотеть учиться 3 или 4 года, если можно все провернуть за два?
К 2030 году российское Минпросвещения собирается перевести все колледжи на программу «Профессионалитет». Это означает, что колледжи смогут сами сокращать сроки обучения на полгода-год. Причем узнать об этом будет довольно трудно — публичные стандарты ФГОС при этом не меняются. Колледжи могут самостоятельно брать конкретную программу и подпиливать ее под «Профессионалитет».
Формально основная задача программы — изменение программ обучения в пользу промышленных заказчиков и обновление фондов — оборудования, мастерских, общежитий и т. д., улучшение программ, интеграция с производствами. Логично, что инвесторы хотят как можно быстрее получить свой капитал обратно - в виде дефицитной рабочей силы.
Если план будет реализован и сокращение сроков все же произойдет, то получается, что наиболее распространенные сейчас 4-летние программы превратятся в 3-годичные, а 3-годичные, соответственно, в 2-годичные. Вместо средних 3,5 лет годовые когорты будут выводиться на рынок труда за 2,5 года. К началу 2030-х годов система СПО будет производить примерно по 1,3 млн человек в год - хорошо образованных, наученных работе на современных станках, энергичных, счастливых 18-летних работников.
👍3🔥1
Мировой рынок высшего образования ожил после коронавируса и растет. Растет и Россия — на 60% вырос въезд студентов с 2017 по 2022 год.
Основной прирост произошел за счет стран Центральной Азии, Египта и Китая, доля которого во въезде студентов в Россию за пять лет выросла с 6 до 14%.
И одновременно при этом:
• Доля России в направлениях выезда студентов из Узбекистана снизилась с 64 до 36%.
• Снижаются и объемы въезда, и доля России на рынке Казахстана.
• Беларусы вместо России поехали в Польшу, а студенты из Азербайджана — в Турцию.
По ссылке — подробнее о том, что происходит с Россией на рынке международного высшего образования https://teletype.in/@conspect/WAsK2QNbjGh
Основной прирост произошел за счет стран Центральной Азии, Египта и Китая, доля которого во въезде студентов в Россию за пять лет выросла с 6 до 14%.
И одновременно при этом:
• Доля России в направлениях выезда студентов из Узбекистана снизилась с 64 до 36%.
• Снижаются и объемы въезда, и доля России на рынке Казахстана.
• Беларусы вместо России поехали в Польшу, а студенты из Азербайджана — в Турцию.
По ссылке — подробнее о том, что происходит с Россией на рынке международного высшего образования https://teletype.in/@conspect/WAsK2QNbjGh
Teletype
Прощай, гегемон // Куда едут учиться студенты из стран СНГ
Поговорим немного о сирийских аспирантах. На самом деле об узбекистанских бакалаврах — невиданной ранее силе на рынке международного...
🔥4
Рынок труда в СМИ в России — это до 50 тыс. рублей зарплаты и учредитель-государство, если судить по открытым вакансиям. Небольшой праздничный (но печальный) анализ.
Для анализа использованы вакансии на сайтах Работа для всех и HH, размещенные средствами массовой информации — от телеграм-каналов до телевидения.
Основные явления
• Рынок труда в СМИ в России очень маленький: всего лишь чуть более 700 объявлений по ключевым словам журналист, редактор, корреспондент, режиссер и оператор ТВ. Работодателей, которые размещают вакансии, еще меньше - около 270.
• 60% вакансий в СМИ принадлежат государственным медиа. Доля последних больше всего на муниципальном уровне — 81%. На уровне регионов 70% вакансий размещены в госсекторе. На федеральном, наоборот, преобладают вакансии негосударственных СМИ, а государственных только 42%.
• Среди вакансий 45% размещены в СМИ с федеральным охватом и управлением. В Москве физически находится 35% вакансий.
• Лидеры по числу вакансий — крупные медиагруппы с федеральным охватом: ТАСС, НМГ, Shkulev Holding, Сибирско-Уральская медиакомпания (владелец ura.ru). Чем больше вакансий, тем чаще попадаются коммерческие компании, но в среднем сегменте их меньше.
• Федеральные СМИ чаще других публикуют вакансии без зарплат. Косвенно об уровне можно судить по позициям с минимальной зарплатой от 150 тыс. - для других секторов рынка это редкость.
• Заметна категория «Все» в сегменте Рег/Гос — это так называемые «региональные медиахолдинги», появившиеся в последние 10 лет во многих регионах. Региональные бюджетные СМИ — газеты, ТВ, радио и проч. — учредитель-правительство объединяет в одно юрлицо для удобства управления. По соотношению кол-ва вакансий и зарплаты это далеко не худший рынок.
• Хуже всего дела у негосударственных СМИ муниципального уровня. У них и вакансий меньше всего, и зарплаты чаще всего ниже 40 тыс. руб.
• Муниципальный уровень в госсекторе — это, собственно, класс «муниципальных СМИ». У них также низкие зарплаты, но зато их много по численности - бюджетное финансирование позволяет содержать такие издания, и как класс они не умирают. Зарплаты в 100 тыс и больше не ошибка — это крайне-северные муниципалитеты: Норильск, ЯНАО.
Общие выводы
• Основной рынок СМИ в России сосредоточен на федеральном уровне и идеологически, и физически. В особенности это относится к негосударственным СМИ: они активны на рынке труда, только если имеют большой, хотя бы на несколько крупных регионов, охват и централизованное управление.
• Тем не менее вы можете сделать карьеру и получать относительно рыночную (для отрасли) зарплату и на уровне регионов — главным образом в госСМИ.
• Бюджетное финансирование - залог существования СМИ на местном и региональном уровнях.
• Некоммерческий сектор на региональном и муниципальном уровне — последнее место, где работа в СМИ имеет смысл с точки зрения зарплаты и состояния отрасли. Хотя морально, конечно, может приносить огромное удовлетворение.
Для анализа использованы вакансии на сайтах Работа для всех и HH, размещенные средствами массовой информации — от телеграм-каналов до телевидения.
Основные явления
• Рынок труда в СМИ в России очень маленький: всего лишь чуть более 700 объявлений по ключевым словам журналист, редактор, корреспондент, режиссер и оператор ТВ. Работодателей, которые размещают вакансии, еще меньше - около 270.
• 60% вакансий в СМИ принадлежат государственным медиа. Доля последних больше всего на муниципальном уровне — 81%. На уровне регионов 70% вакансий размещены в госсекторе. На федеральном, наоборот, преобладают вакансии негосударственных СМИ, а государственных только 42%.
• Среди вакансий 45% размещены в СМИ с федеральным охватом и управлением. В Москве физически находится 35% вакансий.
• Лидеры по числу вакансий — крупные медиагруппы с федеральным охватом: ТАСС, НМГ, Shkulev Holding, Сибирско-Уральская медиакомпания (владелец ura.ru). Чем больше вакансий, тем чаще попадаются коммерческие компании, но в среднем сегменте их меньше.
• Федеральные СМИ чаще других публикуют вакансии без зарплат. Косвенно об уровне можно судить по позициям с минимальной зарплатой от 150 тыс. - для других секторов рынка это редкость.
• Заметна категория «Все» в сегменте Рег/Гос — это так называемые «региональные медиахолдинги», появившиеся в последние 10 лет во многих регионах. Региональные бюджетные СМИ — газеты, ТВ, радио и проч. — учредитель-правительство объединяет в одно юрлицо для удобства управления. По соотношению кол-ва вакансий и зарплаты это далеко не худший рынок.
• Хуже всего дела у негосударственных СМИ муниципального уровня. У них и вакансий меньше всего, и зарплаты чаще всего ниже 40 тыс. руб.
• Муниципальный уровень в госсекторе — это, собственно, класс «муниципальных СМИ». У них также низкие зарплаты, но зато их много по численности - бюджетное финансирование позволяет содержать такие издания, и как класс они не умирают. Зарплаты в 100 тыс и больше не ошибка — это крайне-северные муниципалитеты: Норильск, ЯНАО.
Общие выводы
• Основной рынок СМИ в России сосредоточен на федеральном уровне и идеологически, и физически. В особенности это относится к негосударственным СМИ: они активны на рынке труда, только если имеют большой, хотя бы на несколько крупных регионов, охват и централизованное управление.
• Тем не менее вы можете сделать карьеру и получать относительно рыночную (для отрасли) зарплату и на уровне регионов — главным образом в госСМИ.
• Бюджетное финансирование - залог существования СМИ на местном и региональном уровнях.
• Некоммерческий сектор на региональном и муниципальном уровне — последнее место, где работа в СМИ имеет смысл с точки зрения зарплаты и состояния отрасли. Хотя морально, конечно, может приносить огромное удовлетворение.
Особенности подсчета
• Деление на фед-рег-мун субъективное. Основным фактором является возможность СМИ или группы размещать контент и продавать рекламу на определенном пространственном уровне. «Группы городских порталов» отнесены к федеральным работодателям.
• К частной/государственной собственности СМИ отнесены по формальным признакам учредителя, а не по степени "контролируемости".
• Предлагаемая зарплата указана в 64% вакансий. Диаграмма с распределением вакансий по зарплате основана только на этих объявлениях. К сожалению, зарплаты не публикуют крупные федеральные работодатели — ТАСС, НМГ и др.
• Деление на печатные/ТВ — это деление по форме контента, а не по носителю. Поэтому объединены в одну группу печатные и интернет СМИ, если у последних основная форма контента - текст. Если видео — то СМИ отнесено в группу ТВ/Радио. «Все» - это группы СМИ, у которых в активах есть и радио-телевидение (эфирное или кабельное), и печатные/интернет СМИ.
👍8
-- Доходы вузов России** в 2023 году составили 1,398 трлн руб., что на 11,6% больше, чем в 2022 году. В 2018-2022 гг вузы росли на 6-12% год к году.
-- Доходы растут в основном за счет научно-исследовательской деятельности и других источников дохода (целевые субсидии, аренда и др.), а не образовательной деятельности: 14,4% против 10,3%.
-- Доходы вузов растут в основном за счет бюджетов - прирост 15,1% против роста собственных доходов на 7,2%.
-- Доходы у национальных исследовательских университетов (НИУ) растут быстрее, чем у других университетов. Доходы НИУ от научно-исследовательской деятельности и из других источников выросли в 2023 году на 28,4%, у других вузов - на 10,1%.
-- Финансирование со стороны государства в целом также смещено в пользу НИУ. Их доходы из бюджетных источников выросли на 26%, в то время как у остальных вузов - на 12,5%.
-- Доходы от образовательной деятельности в расчете на 1 студента (включая и бюджет, и внебюджет) у НИУ выросли на 7,9%, у других вузов - на 2,3%. Этот показатель в НИУ сейчас на 60% больше, чем в других вузах - и с каждым годом отрыв растет.
** В 2024 г Минобрнауки включило в мониторинг вузы Херсонской, Запорожской обл., ЛНР, ДНР. Доходы их вузов составили 18 млрд руб. (0,05% дохода всех участников мониторинга в 2023 г.), численность студентов - 116 тыс. чел. (2,6% численности студентов всех участников мониторинга в 2023 г.)
Источник: https://monitoring.miccedu.ru/?m=vpo
-- Доходы растут в основном за счет научно-исследовательской деятельности и других источников дохода (целевые субсидии, аренда и др.), а не образовательной деятельности: 14,4% против 10,3%.
-- Доходы вузов растут в основном за счет бюджетов - прирост 15,1% против роста собственных доходов на 7,2%.
-- Доходы у национальных исследовательских университетов (НИУ) растут быстрее, чем у других университетов. Доходы НИУ от научно-исследовательской деятельности и из других источников выросли в 2023 году на 28,4%, у других вузов - на 10,1%.
-- Финансирование со стороны государства в целом также смещено в пользу НИУ. Их доходы из бюджетных источников выросли на 26%, в то время как у остальных вузов - на 12,5%.
-- Доходы от образовательной деятельности в расчете на 1 студента (включая и бюджет, и внебюджет) у НИУ выросли на 7,9%, у других вузов - на 2,3%. Этот показатель в НИУ сейчас на 60% больше, чем в других вузах - и с каждым годом отрыв растет.
** В 2024 г Минобрнауки включило в мониторинг вузы Херсонской, Запорожской обл., ЛНР, ДНР. Доходы их вузов составили 18 млрд руб. (0,05% дохода всех участников мониторинга в 2023 г.), численность студентов - 116 тыс. чел. (2,6% численности студентов всех участников мониторинга в 2023 г.)
Источник: https://monitoring.miccedu.ru/?m=vpo
👍6