Террористический способ борьбы я считаю бесчеловечным и жестоким, но он является неизбежным при современном режиме

Должен идти на казнь, иначе подача прошения поселит раздор в партии; одни будут обвинять его, другие защищать и много сил потратят на такое ничтожное дело, смерть же его объединит всех

действительное движение, которое уничтожает теперешнее состояние

Вопрос: Чем вы занимались в Париже в первое время?

Ответ: Вскоре после приезда в Париж я познакомился с издателем редакции анархо-синдикалистской газеты «Рабочий коммунист» Прюдомо, а через него, в свою очередь, познакомился с неким Жигулевым-Ирининым. Он в то время являлся небольшим предпринимателем по чистке стекол в магазинах и устроил меня к себе на работу.

Вопрос: Прямо говоря, вы призывали к свержению существующего в СССР строя?

Ответ: В брошюре «Очередной обман» я заявлял о необходимости проведения коренных реформ в СССР и, в частности, об устранении Совнаркома, сравнивая его с советом министров буржуазного государства. Я писал также, что необходима амнистия всем политическим заключенным, арестованным за антисоветскую работу, а также указывал на необходимость уничтожить судебные функции ГПУ и развивал другие, направленные против РКП(б) и советского государства взгляды.

Вопрос: Еще кому в СССР вы посылали антисоветскую литературу?

Ответ: Больше никому в СССР я подобных посылок не делал. Свою брошюру «Очередной обман», которая была отпечатана тиражом в тысячу экземпляров, я распространял только за границей.

Вопрос: Каким путем?

Ответ: Вначале я пытался предложить продать ее через один из белогвардейских магазинов в Париже, но получил отказ и после этого решил распространять брошюру лично сам. Мне удалось продать всего лишь несколько десятков экземпляров. Несколько экземпляров я направил в адрес «Рабочей коммунистической партии» в Германию, «Конгрессу производственных союзов» в Америку, «Независимой рабочей партии» в Англию и несколько экземпляров послал в Бельгию.

Кроме того, несколько брошюр мной были переданы руководителям анархо-синдикалистского движения во Франции, с которыми к тому времени у меня установился личный контакт.

Вопрос: С кем конкретно?

Ответ: Я познакомился с издателями анархо-синдикалистского журнала «Пролетарская революция» — Робер Лузоном и был знаком с руководителем анархо-синдикалистской группы — Пьер Монатом. Лузон и Монат оказывали мне содействие в устройстве на работу. Оба они, как анархо-синдикалисты, по своим политическим взглядам были близки ко мне, и я поддерживал с ними дружеские отношения. С 1931 г. я принимал участие в общественной жизни французских анархо-синдикалистов и являлся членом «Унитарной конфедерации труда».

Кроме того я был в хороших отношениях с бывшим генеральным секретарем ЦК Коммунистической партии Франции Треном, находившимся в оппозиции к Коминтерну и к руководству ЦК Компартии Франции. Нас сближала идея создания «рабочего интернационала». Я передал ему написанную мною еще в Турции платформу и устав будущего интернационала, который, по моим замыслам, должен объединить все течения в международном рабочем движении, находящиеся в оппозиции к 3-му Интернационалу. Мой проект был переведен Треном на французский язык, отпечатан на ротаторе и распространялся во Франции. Несколько экземпляров этого проекта Треном были направлены в Германию, Бельгию и Америку.

Должен сказать, что мы пытались создать центр связи между всеми оппозиционными группами, не входящими в Коминтерн, однако, в конечном итоге, ничего не получилось.

❗️Немедленно организовать убийство чести всего прежнего партийного руководства во славу наместника Аллаха на земле — Жана-Люка Меланшона за измену красному джихаду

❗️Поддержать введение налога на 99,9% дохода сверхбогатых владеющих имуществом дороже одной буханки багета (прим. 1)

[1] - во избежание обвинений в правом уклоне сделаю ремарку, что налог не распространяется на чернокожих и арабов

❗️ Исключить из партии всех белых французских мужчин-угнетателей в рамках компании покаяния перед жертвами французского империализма

❗️ Публично покаяться за подозрение жены Макрона в наличии сюрприза между ног

❗️ Обязать всех членов Социалистической партии каждое воскресенье дрочить на икону с изображением великого революционера Меланшона

🌹 Невозможно обосновать социализм чисто объективной необходимостью. Если социализм объективная историческая необходимость, то усилия социалистических партий самая излишняя вещь, какую только можно себе представить, пустая трата сил. Но кто может доказать эту объективную необходимость? Никто!

— Эдуард Бернштейн

Стратегия союза с нерусской аристократией началась с кооптации татарской знати в XV веке и впоследствии включала в себя чрезвычайно успешную инкорпорацию балтийского немецкого дворянства и украинского мелкопоместного дворянства в имперский правящий класс.

Положение русских в царской империи было больше похоже на положение туземцев в европейских заморских колониях. Европейские чиновники составляли тонкий правящий слой на самом верху туземного общества и были неспособны глубоко вникать в его жизнь. Эти чиновники могли восхищаться туземным крестьянином и воином и даже романтизировать его. Но они, безусловно, осознавали глубокую культурную пропасть между собой и теми, кем управляли.

Структура институтов, помощью которых Санкт-Петербург управлял русской землёй, также имел много общего с европейскими колониальными режимами. Например, у русских крестьян была самостоятельная судебная система деревенского и приходского управления, а также собственные суды, ведущие дела согласно местным крестьянским, туземным обычаям, а не имперскому уголовному кодексу.

Однако в последние десятилетия царского правления низшая и средняя бюрократия становилась всё более русской в этническом смысле. И тогда страх перед социальной революцией ещё более объединил приграничную и иностранную аристократию с Романовыми.

Староверы были ключевым элементом русского национального сообщества. Они также были крупным источником поддержки современного русского национализма и освободительной революции.
В конце концов отдаление русских масс от царского государства и социальной нерусской элиты, которые ассоциировались в народе с имперским гнётом и эксплуатацией, привели к революции

С начала испанской революции я находился в теснейшей связи с рядом работников, в частности, с Андреем Нином. Мы обменялись сотнями писем. Лишь в результате опыта многих и многих месяцев я пришёл к выводу, что честный и преданный делу Нин — не марксист, а центрист, в лучшем случае — испанский Мартов, т.-е. левый меньшевик

🤩 В общем, если в социалистической партии действительно появляются признаки сектантства, то это только результат отсутствия широкого рабочего движения в стране.