«Я не знаю, что нужно делать для того, чтобы быть более понятным. Мне кажется, что единственное, что один человек, даже если он художник, должен делать, чтобы быть понятным, — это быть искренним. Это единственное. А уж думать о том, насколько он будет понятным, — это уже не входит в его компетенцию. И здесь всегда он, как правило, ошибется, если попытается вычислить будущий успех у зрителя. <…> иначе речь пойдет просто о способах — удачных или неудачных, которыми располагал и которые использовал художник для того, чтобы быть более или менее понятым. Мне кажется, что это не входит в функцию творчества. Это никакого отношения к искусству, в частности к кино, не должно иметь».