Спектакли Римаса Туминаса — это всегда удивительная воздушность, изящность сценических решений и тонкая работа со смыслами. В «Войне и мире» так и получилось!

На сцене воплотилось сложное эпическое полотно Толстого, выполненное в монохромных пепельных красках, выточенное, будто мраморная скульптура, — струящаяся, текучая, как сама жизнь. Это чувство жизни особенно ощущалось в самых «толстовских» героях: всегда искреннем, одновременно мудром и комичном Пьере, по-ребячески легкой, беззаботно-пленительной Наташе, которая, тем не менее, способна на переживание глубокой трагедии. Сцена смерти Болконского, в которой героиня, как заведенная юла, кружится в неистовстве горя, оказалась по-особенному пронзительной.

Римас Туминас не сделал сцену полем сражений, не показал войну, но воплотил ее в необъятности, холодности бетонной стены — единственной декорации спектакля, в тревожной, заставляющей сжиматься сердце музыке. Все слилось в одной долгой, пронзительной ноте трагичных судеб. Она начинается лишь предчувствием — игрой на скрипке во время взбалмошных ребяческих игр Наташи, Сони, Бориса и Николая, а завершается протяжной, щемящей виолончелью в конце спектакля. Во всей этой стройной музыкальной композиции не хватило лишь народной струны жизни. У Толстого она трепещет в образах Кутузова и Платона Каратаева, но именно этих героев режиссер оставил за сценой, как и счастливый финал романа. Решение не бесспорное, но не приуменьшающее величие этого до мурашек красивого спектакля!

Чтим память маэстро и рады, что имели возможность быть его современниками.

#театр_cg 🔭

#какжиливеликие
— уединенно, растворившись в норвежском ландшафте!

В новой рубрике рассказываем об уголках мира, где великие деятели культуры находили свое пристанище и черпали вдохновение. Эдвард Мунк, например, навсегда остался предан сердцем местечку Осгорстранд, ландшафт, рассветы и закаты, каменистый берег, покатые изгибы холмов которого стали его духовной и творческой родиной 🫠

Станция «Патриаршие пруды»!

«Мастер и Маргарита» в МХТ им. Чехова — очень классическая, выдержанная в духе Булгакова постановка, даже при том, что венгерский режиссер Янош Сас развернул «Евангелие от Воланда» в московском метрополитене. Ветки Москвы, Ершалаима и мира дьявольского торжества пересеклись в одном узелке мхатовской сцены и продолжились в экранах, повисших над ней.

Особенно впечатлили сцены полета Маргариты над Москвой, проделок «гипнотизерской банды» в Варьете (когда на зрителей сыпались бесчисленные купюры в «ять тысяч рублей») и, конечно, бала Воланда! Отметим образ последнего как невероятно точное актерское попадание Анатолия Кота в булгаковского героя — демонически обаятельного, харизматичного, карающего пороки, но не лишенного человечности.

Сценография спектакля — оголенная, металлическая, с центральным образом вагона метро, неумолимо движущегося по рельсам и решающего судьбы — прекрасно отразила и оледенение душ москвичей и таинственность, неотвратимость власти над нами надчеловеческой силы, в которую так упорно герои отказывались верить. Но ведь «каждому будет дано по его вере». Обретение Мастером его «вечного покоя», но не христианского рая, в ореоле холодного лунного свечения — тому подтверждение. Так было у Булгакова, и так же точно эту идею воздаяния передал Янош Сас.

#театр_cg 🔭

Жауме Пленса — каталонский скульптор, известный крупномасштабными скульптурами женских ликов, человеческих образов из букв и интерактивными инсталляциями. Самая известная из последних — «Краун фонтан» в Millennium Park, осмысляющая тему человеческих коммуникаций.

Лиричны и глубоки женские скульптуры Пленсы, например, «Мечты Джулии», «Голова нимфы Эхо», «За стенами» или «Видеть мои мечты». В них он соединяет черты фотографии и скульптуры — мгновенность и эпичность, эфемерность и монументальность. А работа с женскими образами помогает скульптуру соединить идеи памяти и будущего. «Именно у женщин есть возможность перенести традиции в будущее» — говорит Пленса.

Текстовые арт-объекты скульптора также имеют глубокое смысловое наполнение, и сам образ букв он связывает с памятью о детстве, о детских книгах. По мысли Жауме Пленса, буква — мельчайшая частица текста, как клетка — человека. Соединение букв рождает слово, затем предложение, текст и целую культуру, а человек — носитель этой культуры, ее физическое воплощение.

#художники_cg 🫠