Творчество Евгения Водолазкина стало современной классикой. Его роман «Лавр» — обладатель премии «Ясная поляна» и финалист «Большой книги».

Как филолог, специалист по древнерусской словесности, Водолазкин использует эту средневековую интонацию, чтобы говорить о том, с чем мы постепенно теряем связь, — о Боге, вере, идее жертвенной любви и вечности. Как написан этот удивительный роман о жизни за двоих, читайте в карточках, а ещё более подробно — в telegraph.

#полкасовременности ✍

«Ричард» в Пространстве «Внутри» — это гомерически смешное и идущее в ногу со временем осмысление шекспировской трагедии. В нем текст изменен «из уважения к автору», герои сохранены «из уважения к зрителю», а женщин играют мужчины «из уважения к традиции».

Виктор живет с больной матерью и страдает от законов капитализма, пока из холодильника не появляется фриковатый, одетый в вычурный костюм Ричард III. При этом абсурдного столкновения двух исторических реальностей будто бы не происходит, герои существуют в едином пространстве «униженных и оскорбленных», пространстве человеческого одиночества, и на этой почве английский король и человек 21 века быстро находят общий язык.

Виктор — точно так же обижен современной социальной жизнью, как Ричард III — природой. И, кажется, это повод так же озлобиться на этот постылый мир, где «ничего не поменяется. Мама будет стареть, цены будут расти. Тебе надо просто убить, и будешь королем», но именно этого Виктор и не делает. Он демонстративно лопает шарики с искусственной кровью, разыгрывает номер с подставным зрителем, и режиссер тем самым вскрывает нарочитую условность шекспировских страстей.

Сам Ричард III — единственный герой, которого исполняет женщина — Мария Смольникова. Воинственный тиран Шекспира сменяется ужимистым, жалким, неказистым плаксой, но только внешне. За лицемерной маской — все тот же кровожадный самодержец, за пространством сцены — грозное «я хочу быть королем» и приказ обеспечить зрительские овации. Но зал молчит — «народ безмолвствует». И тогда Ричард снова, как и вначале, заводит свою жалостливую шарманку — «величия не хватает», «я не доделан», «природа нагнула» и так далее.

Круг замкнулся — природа самодержавия не изменилась. Каким оно было в шекспировской Англии, таким остается и сегодня. И в этом смысле спектакль Андрея Маника — очень живое и злободневное высказывание.

#театр_cg 🎉

Череда праздников — повод немного продлить выходные и наполнить их молодой режиссурой по современной драматургии, авторским и авангардным кино, а ещё совершенно разным искусством — от почти документальных выставочных проектов до «мерцающего» совриска. Подробнее — в нашем еженедельном дайджесте.

#дайджест_cg 🐥

Нужно нарисовать «что-то, что ты видишь каждый день, и что-то, что каждый узнаёт. Что-то вроде банки с супом „Кэмпбелл“»

— сказала как-то Энди Уорхолу галеристка Мюриель Латов. После этого всевозможные изображения банок с супом заполонили пространство не только американской массовой культуры, но и мировой. О диалоге русского искусства с творчеством «короля поп-арта» недавно рассказывала выставка Еврейского музея. А Уорхол действительно видел банки супа каждый день — это был неизменный обед художника на протяжении 20 лет. Даже если вы не такие отчаянные любители томатного супа, как Энди Уорхол, продолжить погружение в его творчество можно томатным ланчем, где — рассказываем в подборке!

🪩Kulek: Суп из печеных томатов с креветками (490₽)
Большая Никитская, 23/14/9 (м. Арбатская)
🪩Caffe Mandy’s: Паппа аль помодоро (700₽)
Покровка, 19 (м. Чистые пруды)
🪩Eggcellent: Пряный томатный суп с гриль-чиз круассаном (550₽)
Большая Садовая, 5к2 (м. Маяковская)
🪩Пицца 22 см: Томатный суп с моцареллой (390₽)
Солянка, 1/2с1 (м. Китай-город)
🪩BRO&N: Паппа аль помодоро со страчателлой (690₽)
Малая Бронная ул., 27/14 (м. Пушкинская)

#едапоклассике_cg

Как многие музейные завсегдатаи Москвы, мы не могли пройти мимо открывшегося после ремонта МАММ. 8 представленных выставок — очень разные по содержанию, эстетике и выраженной эпохе проекты, которые тем не менее находятся в невидимом полилоге.

Утонченность, часто кинематографичность фотографий из коллекции фонда Still Art Foundation иронично контрастируют с позднесоветскими снимками, подаренными музею Юрием Рыбчинским. Лоск и совершенство форм с обложек западного глянца у Питера Линдберга или Анны Лейбовиц, а на следующем этаже — родные дачи, теплицы, огурцы, запечатленные Сергеем Чиликовым или Иваном Шагиным.

Еще одна диалогическая пара — «Константин Батынков, Сергей Шеховцев. Футбол» и «Спорт в фотографии. От Родченко до наших дней». Объединенные темой спорта, выставки репрезентируют его с совершенно разных сторон. На экспрессивных работах Батынкова футбол приобретает почти космическое звучание, метафизический статус. Фотографии же Родченко или Бородулина заостряют телесную сторону спорта, эстетику атлетизма и советской коммунарности.

Выставки, посвященные спорту и моде, не так уж полярны, как кажется. Каждая из них исследует облик человека и его отражения в культуре.

Эскизы и 7 живописных полотен Эрика Булатова — действительно венец проекта. О работах художника уже написано многое, отметим только особо запомнившегося нам «Странника» — картину, на которой невероятно интересно обыгрывается феномен русского странничества, прежде всего духовного, и советской идеологии как его диалектического момента.

Серию выставок можно увидеть до 15 июля.

#выставки_cg 🎩