Астраханская трагедия в красном: мент победил мечту

Сторонники Татьяны Тетерятниковой — руководителя фракции КПРФ в Астраханской думе — возмущаются её зачисткой аккурат перед выборами.

Ставка сделана на её оппонента — первого секретаря обкома Сергея Севастьянова, бывшего физрука и милиционера. В отношении него бывший руководитель контрольно-ревизионного органа обкома Тауфик Шарипов обращался с заявлением в Генпрокуратуру. Сама Тетерятникова направляла материалы в СК и МВД с просьбой проверить расходы партийной кассы.

Похоже, вынос сора из красной избы оказался страшнее вопросов о том, кто и как эту избу обносит. Тем более первое — факт очевидный, а второе пока в сфере заявлений и проверок.

Удивляет только удивление выставленных за дверь коммунистов.

Товарищи, это не сбой системы. Это традиция.

Ледоруб партии добрался даже до Троцкого, без которого большевистский переворот и победу в Гражданской войне представить сложно.

Потом старых революционеров растворили среди новых партийцев — менее заслуженных, зато более управляемых.

Потом ленинскую гвардию, рисковавшую жизнью ради победы партии, сами же коммунисты объявили врагами народа и сгноили в лагерях.

Потом убрали на задворки Жукова — человека, который принёс Победу и помог избавиться от Берии.

Продолжать можно долго. Закончить — Советским Союзом, который коммунисты тоже сдали.

На этом фоне астраханский кейс — не историческая драма, а обычная для коммунистов процедура.

Рутинная утилизация кадрового материала.

Вчера ты верный боец. Сегодня — враг партии.

Не переживай. Лет через тридцать реабилитируют. Возможно, даже посмертно.

Идейные люди с мечтой о земном рае — пусть даже странной — слишком неудобны.

Шумные. Склочные. Упрямые.

Со своим мнением.

А для партийного строительства КПРФ нужен другой тип.

Исполнительный.

Проверенный.

Мент надёжнее.

Коммунисты задались половым вопросом. Это не к добру

Лавры притихшего Милонова примеряет красный сенатор Айрат Гибатдинов. Товарищ решил навести порядок там, где коммунисты исторически считают себя специалистами, — в чужой личной жизни.

Предлагает ввести ответственность за семейные измены.

Смело. Учитывая, что отношения коммунистов с половым вопросом напоминают их отношения с сельским хозяйством: каждый новый эксперимент заканчивается мором, людоедством и закупкой зерна за границей.

После октябрьского переворота большевики объявили войну «буржуазной семье»: упростили развод до уровня похода за справкой, а в 1920 году первыми в мире разрешили аборты по желанию женщины.

Александра Коллонтай — по всей видимости, близкая Ильичу ближе, чем хотелось бы Надежде Крупской, — дала зелёный свет «крылатому Эросу». Массам идея понравилась настолько, что саратовские энтузиасты даже поставили эксперимент по обобществлению жён. Впрочем, неудачный.

Рабоче-крестьянский Эрос взлетел высоко, а приземлился — в кабинет венеролога. Капало практически у всей страны. К началу 1920-х ЗПП стали такой проблемой, что пришлось создавать Государственный венерологический институт и срочно менять половую концепцию.

Хрупкую Коллонтай забили партийными копытами, а на смену пришёл Арон Залкинд с «12 половыми заповедями революционного пролетариата», подчинившими секс революционной целесообразности.

Редкий идиотизм. Но коммунисты такое любят.

С семьёй вышло примерно так же. Сначала большевики освободили её от «буржуазных оков» и получили взрыв разводов 1920-х. Потом испугались собственного эксперимента: при Сталине развод усложнили, пошлины подняли, аборты запретили.

После его смерти гайки снова начали откручивать. Итог эксперимента: к развалу СССР страна вошла в число мировых лидеров по разводам.

Но это всё для народа.

У VIP-коммунистов был секс-спецпаек из балерин Мариинского театра и неофициальный мандат на разврат.

На офисном сексе и погорел Сергей Киров — старший товарищ сенатора Гибатдинова по партии. Сибарит Киров очень любил женщин. Иногда чужих.

В 1934 году он обсуждал что-то очень важное с сотрудницей Смольного Мильдой Драуле. Из реконструкций дальнейших событий следует, что Мильда прилегла на его стол. А Сергей Миронович стоял рядом. Почему-то без штанов.

Невовремя вошедший муж Мильды довершил сцену пулей. Терпел он долго, причем настолько долго, что один из его сыновей оказался копией Кирова.

Месть куколда Сталин перекрасил в политический заговор, участников удавили, а убийство использовали как повод для чистки троцкистско-зиновьевской группы.

Начали в 1934-м. Перебили старую гвардию, а заодно сотни тысяч совсем уж невинных — для острастки и по разнарядке. Закончили в 1940-м ледорубом в черепе Троцкого.

Кто знает: будь у товарища Кирова чуть меньше революционного темперамента и чуть больше уважения к семейному кодексу — возможно, история партии выглядела бы иначе.

Так крестовый поход коммунистов против офисного секса понятен.

Отрабатывают травму.

В Уфе строят красный муравейник от красного застройщика.
Народ — против. КПРФ — нет

По всей стране КПРФ возглавляет протесты против всего подряд. Комплексное развитие территорий, снос гаражей, благоустройство парков — повод вторичен. Главное — протест.

В Уфе, казалось бы, случай просто идеальный. Гигантский муравейник втыкают между улицами Ленина, Карла Маркса и Революционной, прихватив территорию у парка имени Ивана Якутова — первого председателя Уфимского совета рабочих депутатов.

Местные жители воюют за эту территорию с 2016 года. Они выступают против уничтожения зелёной зоны у Солдатского озера, уплотнения центра города и неминуемого транспортного коллапса.

В 2022 году прокуратура ударила по рукам. Выяснилось, что часть участка вообще нельзя было застраивать жильём. Комплекс планировали из секций в 20 и 33 этажа на 757 человек с паркингом на жалкие 274 места. Мэрии пришлось отменить собственное постановление.

Проект умер.

В 2026 году «стюардессу откопали».

Казалось бы, вот он — идеальный коммунистический митинг. Улица Маркса. Улица Ленина. Улица Революционная. Парк революционера.

Основания для протеста есть. Коммунистов — нет.

А знаете почему?

Человейник строит не какой-нибудь бездушный капиталист, решивший осквернить память Маркса, Ленина, Якутова и самой революции.

Получилась неловкость.

Его строит коммунист.

Знакомьтесь: юрист Артур Шайнуров — заместитель председателя горсовета Уфы, кандидат партии на выборах главы Башкортостана в 2024 году, один из самых состоятельных капиталистов Башкирии. Руководитель фракции КПРФ.

Именно он в 2022 году на выставке «Иннопром» подписал со Сбером соглашение как бенефициар компании-застройщика будущего жилого комплекса у парка, названного в честь коммуниста Якутова.

КПРФ понять можно. Не выходить же с плакатом:

«КПРФ против КПРФ».

Глупо.

Хотя, быть может, речь вовсе не о предательстве идеалов Маркса, Ленина и Якутова, а о долгосрочной стратегии подготовки революционных масс?

Шайнуров в одном месте соберёт тысячи людей, недовольных теснотой, пробками и нехваткой инфраструктуры. И вот тогда к ним выйдет агитатор КПРФ и объяснит, что во всём виноваты власть и капиталисты.

Причём объяснять, скорее всего, будет тоже капиталист Шайнуров.

Но уже как коммунист.

"...Лидеры Белого движения выступали за неделимую Россию. Не представляли себя вне России и многие республики, учреждённые сторонниками большевиков. Вместе с тем, по разным мотивам вожди большевистской партии порой буквально выталкивали их за пределы Советской России...

...В начале 1918 года была провозглашена Донецко-Криворожская советская республика, которая обратилась в Москву с вопросом о вхождении в Советскую Россию. Последовал отказ. В. Ленин встречался с руководителями этой республики и убеждал их действовать в составе Советской Украины...

...В 20 – 30-е годы прошлого века большевики активно продвигали политику «коренизации», которая в Украинской ССР проводилась как украинизация...

...Под видом борьбы с так называемым русским великодержавным шовинизмом украинизация зачастую навязывалась тем, кто себя украинцем не считал. Именно советская национальная политика – вместо большой русской нации, триединого народа, состоявшего из великороссов, малороссов и белорусов – закрепила на государственном уровне положение о трёх отдельных славянских народах: русском, украинском и белорусском...

...Современная Украина – целиком и полностью детище советской эпохи. Мы знаем и помним, что в значительной степени она создавалась за счёт исторической России...

...Большевики относились к русскому народу как неисчерпаемому материалу для социальных экспериментов. Они грезили мировой революцией, которая, по их мнению, вообще отменит национальные государства. Поэтому произвольно нарезали границы, раздавали щедрые территориальные «подарки». В конечном счёте, чем именно руководствовались лидеры большевиков, кромсая страну, уже не имеет значения. Можно спорить о деталях, о подоплёке и логике тех или иных решений. Очевидно одно: Россия фактически была ограблена...

...Действия большевиков по отторжению от России её исторических территорий преступным актом не считаются. Понятно почему. Раз это привело к ослаблению России, то наших недоброжелателей это устраивает...

...Произвольную перекройку границ большевики, как уже отмечал, начали ещё до создания Союза, и все манипуляции с территориями проводили волюнтаристски, игнорируя мнение людей...

...Шаг за шагом Украину втягивали в опасную геополитическую игру, цель которой – превратить Украину в барьер между Европой и Россией, в плацдарм против России. Неизбежно пришло время, когда концепция «Украина – не Россия» уже не устраивала. Потребовалась «анти-Россия», с чем мы никогда не смиримся...

...Речь идёт о принудительной смене идентичности. И самое отвратительное, что русских на Украине заставляют не только отречься от своих корней, от поколений предков, но и поверить в то, что Россия – их враг. Не будет преувеличением сказать, что курс на насильственную ассимиляцию, на формирование этнически чистого украинского государства, агрессивно настроенного к России, по своим последствиям сравним с применением против нас оружия массового поражения. В результате такого грубого, искусственного разрыва русских и украинцев – совокупно русский народ может уменьшиться на сотни тысяч, а то и на миллионы...

...Жители Донецка, Луганска взялись за оружие, чтобы защитить свой дом, язык, свою жизнь. Разве им оставили иной выбор – после погромов, которые прокатились по городам Украины, после ужаса и трагедии 2 мая 2014 года в Одессе, где украинские неонацисты заживо сожгли людей, устроили новую Хатынь? Такую же расправу последователи бандеровцев готовы были учинить в Крыму, Севастополе, Донецке и Луганске. Они и сейчас не отказываются от подобных планов. Ждут своего часа. Но не дождутся...

...Все ухищрения, связанные с проектом «анти-Россия», нам понятны. И мы никогда не допустим, чтобы наши исторические территории и живущих там близких для нас людей использовали против России."

Из статьи Владимира Путина. Июль 2021 года.

Ленин больше не гриб.

Освобождённая в три смены

Юрий Афонин пытается склеить вазу с женскими голосами. Её разбила темпераментная Нина Останина о Викторию Боню. Клей, разумеется, советский: не клеит.

По версии Афонина, коммунизм был главным другом женщины, советский феминизм — «феминизмом всех феминизмов», а КПРФ и сегодня стоит кирпичной стеной против домашнего насилия. Верится с трудом.

Коммунисты относились к женщине примерно как к чему-то среднему между станком и коровой: должна вкалывать дома, приносить пользу народному хозяйству и желательно не ломаться.

Большевики действительно дали женщинам равные политические права и расширили доступ к образованию. Только причиной была не борьба за женское счастье. Нужда заставила. Государству требовались рабочие руки.

Мужские оно расходовало без счёта — в войнах, лагерях и на великих стройках, где человеческими костями распоряжались как щебнем.

Большевики объявили буржуазным пережитком традиционную семью — ту самую, которую мы теперь с огромными усилиями и весьма скромными результатами пытаемся восстановить. Роль мужчины и отца сделали подозрительной, зато роль государства — священной. Женщину освободили от кухонного рабства, чтобы она успевала и на кухню, и на завод.

Фактически её выдали замуж за коммунизм. Муж попался отвратительный: требовал рожать детей, выполнять план, а по хозяйству почти не помогал. Советский быт напоминал советское женское бельё: суров, неудобен и явно придуман не для женщины.

На бумаге у женщины были равные права. На практике — две смены: одна у станка, вторая дома. Имелась и третья — в очереди. Кухня, стирка, дети, дефицит и коммунальный быт никуда не исчезли. К ним просто добавили производственный план, собрания и общественную нагрузку.

Советский анекдот подвёл итоги эксперимента. Армянское радио спрашивает простую советскую женщину:

— Кем вы себя ощущаете?
— Утром встаю с петухами, верчусь на кухне как белка, бегу на работу как лань, цепляюсь за трамвай как обезьяна, еду как селёдка в бочке. На работе пашу как лошадь, в очереди ползу как улитка, к прилавку тянусь как жираф, хватаю продукты как акула и тащу домой как муравей. Дома работаю как вол и падаю как сноп. А муж говорит: «Подвинься, корова!»

Вот, собственно, фотографически точный портрет советского «феминизма всех феминизмов».

Зря Афонин заикнулся. Так бы и не вспомнили, кто всю эту несъедобную кашу заварил — и кто потом заставил женщину её расхлёбывать.

Андрей Луговой катком прошёлся по коммунистам. Провалившие в итоге всё, за что брались, неудачники теперь имеют наглость нас чему-то учить.

И это он ещё не припомнил бесправие самой РСФСР. На пороге развала СССР крупнейшая союзная республика оказалась без собственной полноценной вертикали власти и безопасности, да ещё и почти без собственного имущества.

Декларация о суверенитете РСФСР не была выходом России из СССР. Её цель — исправить последствия коммунистического преступления против России: дать республике реальные полномочия и помешать союзному центру выдернуть из её состава автономии — вместе с половиной территории и стратегическими ресурсами.

Теперь коммунисты объявляют предателями тех, кому пришлось разгребать оставленные ими горы управленческого навоза.

Этот самый навоз они и предлагают считать «великим наследием».

В недавнюю годовщину расстрела царской семьи подумалось, что, выиграв битву за власть, большевики на редкость бездарно проиграли сражение за вечность. Ведь они собственными руками возвысили увядавшую династию, создали ей – а с ней и царской России, казненной тогда в доме Ипатьева – необыкновенный по силе и красоте романтический образ. Притом что они сами навсегда останутся в памяти большинства кровавыми мерзавцами в кожанках. 
 
Примечательно, что история советского государства закончилась не просто более прозаически, но и во многом противоположно царской. Его последних вождей никто не тронул и свои дни они доживали, мирно дряхлея на щедрой государственной пенсии, прихлебывая чаёк и ностальгируя о своих славных партийных денечках. Очень символический контраст: трагическая гибель одних и жалкая, скучная старость других. Для России большая удача, что в кончине советской власти не было ничего красивого, тем более трагического: это еще долго бередило бы сердца. Но думаю, Бог и не мог послать ей другого конца.

Стахановец стука плюнул в наливающую руку. И сразу слизнул

Борисоглебский коммунист Александр Сухинин — стахановец стука: выдаёт в среднем по одной ябеде каждые два дня.

В разгар бензинового кризиса «Роснефть» запретила отпуск топлива в канистры. Мера понятная: против ажиотажа и спекуляции.

Сухинин тут как тут.

Оплатил на АЗС «Роснефти» 20 литров АИ-95 и демонстративно направился к колонке с канистрой. Шёл, надо полагать, за отказом. И получил. Вызвал полицию, оформил и попёрся в суд. Требовал-таки налить бензин и компенсировать душевные муки в размере 50 тысяч рублей 00 копеек.

Шумный иск Сухинин вскоре тихо отозвал.

По его словам, забрать заявление потребовал первый секретарь обкома. По словам первого секретаря, он лишь объяснил ситуацию. Ничего не просил. Сухинин совершенно самостоятельно сделал то, чего от него не требовали.

А ситуация и впрямь деликатна: Сухинин платил топливной картой КПРФ. Обком ещё «в прошлом десятилетии» заключил договор с «Роснефтью», чтобы функционеры во время партийных поездок не тратили собственные деньги. Сухинин чуть было не лишил коллег-коммунистов капиталистической халявы, но его вовремя одёрнули.

Вообще помогать большевикам — занятие небезопасное. «Роснефть» ещё легко отделалась.

Савва Морозов влюбился в агентессу большевиков Марию Андрееву — «товарища Феномена» — и стал с её подачи подкидывать им деньги на прессу и прятать их от полиции. В благодарность они устроили забастовку на его заводе в Орехове-Зуеве. Отношения подпортились, финансирование усохло. В 1905 году его нашли застреленным в Каннах. Официально — самоубийство. Жизнелюбивого Саввы внезапно не стало, и так удачно совпало, что из ста тысяч рублей страховки, полученных Андреевой, большая часть досталась большевикам.

Талантливый фабрикант Николай Шмит — родственник Саввы Морозова — вооружил рабочих своей фабрики и снабжал комми деньгами. За помощь оказался в Бутырке, где погиб. Большевики дьявольской хитростью отжали наследство у родственников покойного.

Харизматичный гений Соломон Михоэлс во время войны ездил по Америке, собирал деньги и обеспечивал поддержку СССР по линии Еврейского антифашистского комитета.

После войны власть закрыла счёт. По указанию Сталина Михоэлса убили, тело переехали грузовиком и выбросили на улице. Гибель выдали за дорожное происшествие. Затем разгромили Еврейский антифашистский комитет: почти всё его руководящее ядро арестовали, тринадцать подсудимых расстреляли.
Отблагодарили каждого, до кого дотянулись.

С Русской православной церковью поступили примерно так же. После переворота большевики безжалостно выкорчёвывали конкурирующую религию: расстреливали духовенство, закрывали и взрывали храмы.

С началом войны встал вопрос о жизни и смерти страны. Красные агитки работали плохо, понадобились вера, русская история и слова, которые люди ещё были готовы услышать. Уцелевшие обломки Церкви наскоро склеили и попросили помочь.

Церковь помогла, а уже в конце пятидесятых быдловатый Хрущёв развернул кампанию гонений в духе Ильича.

Перечислять друзей, попутчиков и спонсоров, которым большевики отплатили тюрьмой или пулей, можно ещё долго. Тенденция ясна.

Берегите себя. Не помогайте коммунистам и не давайте им денег.

Даже на бензин.