Собираю урожай большого (само)исследовательского процесса.

На прошлой неделе начался курс по феноменологии в психотерапии и консультировании. Это то самое заранее запланированное обучение, под которое я тщательно освобождала время и место. Проведённая ревизия объема образовательной и рабочей нагрузки на осень принесла свои плоды — получаю (первый в своей жизни!) такой приятный опыт обучения, когда получилось заранее почитать список рекомендованной литературы, когда хватает времени и сил на то, чтобы смотреть ещё и что-то дополнительное по теме и осмыслять детали, на которые, скорее всего, раньше не хватало бы внимания.

Отмечаю ощущение завершения большого процесса (или какого-то из его этапов) по исследованию темы своей занятости и своего способа формировать учебную и рабочую нагрузку для себя (и как следствие — для тех, с кем я работаю).

Два года назад на меня сильно повлияли идеи с обучения травма-информированному подходу про ёмкость (как ощущение психо-эмоциональных ресурсов, сил) и калибровку (подстраивание) нагрузки с учетом этой своей ёмкости. Я тогда поняла, что не очень умею обходиться со своими делами так, чтобы не быть в постоянном ощущении спешки и перегруженности.

Помню, как стала замечать, что на рабочих звонках и в среде коллег совершенно нормально периодически ссылаться на то, что времени ни на что не хватает. И в целом в социо-культурном поле, в котором я нахожусь, будто бы нормально ничего не успевать и всегда быть «на разрыв».

Я разбирала эту тему с разными специалистами; анализировала, как принимаю решения о взятии на себя обязательств и что происходит потом, когда их надо выполнять; как себя чувствую, когда отказываюсь от чего-то и почему иногда не могу отказаться; исследовала, как обхожусь со временем в своей жизни, почему его вдруг на что-то не хватает и что вообще для меня важно успевать.

Сейчас я практикую радикальный отказ от спешки как выбор, который я могу сделать в своей жизни. Это непросто, в каком-то смысле контркультурно и влечет за собой определенные последствия в виде отказа от очень много чего. Но с чего я взяла, что это «очень много чего» мне действительно нужно?

Я совершенно точно не успею всё и смиряюсь с иллюзорностью этой идеи. Оказалось, что очень эффективное противоядие от тревоги о том, что я чего-то не успеваю и упускаю — это намеренное и сфокусированное движение в выбранном направлении. Делать важное и не делать ненужное.

Например, чтобы иметь возможность написать этот текст неспеша, я специально выделяла время в течение нескольких дней. Потому что у меня есть принятое решение и намерение как можно меньше плодить информационного шума, а это требует времени на обработку того, что я хочу донести.

Чтобы мысль выкристаллизовалась во что-то ясное, мне нужно время и внимание. Если я выбираю выделять время и внимание на это, значит я не выделю их на что-то другое. И этот факт может показаться грустным или пугающим (потому что он про конечность жизни), но для меня сейчас он работает очень отрезвляюще и помогает расставлять приоритеты.

Сегодня праздную возможность осознать себя тем человеком, у которого есть время и пространство на важное. Собираю урожай проделанной работы.

Если вам захочется вместе со мной «прогуляться» вниманием по тому, как этот процесс разворачивался и к чему пришел, то я собрала подборку текстов за два года, посвященных этой теме. Если их читать последовательно, то можно уловить некоторое движение моей мысли, разворачивание опыта и распространение его на разные сферы жизни.

Буду рада, если это движение поможет и вам переместиться куда-то в сторону вашего предпочитаемого способа делать свои дела и проживать время своей жизни.

Подборка текстов, написанных в течение двухлетнего исследования темы планирования рабочей и образовательной нагрузки, чувствительности к своей емкости, а также темы отдыха и отношения к времени:

— как я могу почувствовать свою ёмкость декабрь 2022
— про неумение отдыхать декабрь 2022
— про свободное время и уменьшение количества дел январь 2023
— чему не находится места, когда я слишком занята март 2023
— истощенное состояние искажает картину мира май 2023
— первоочередность восстановления ресурса сентябрь 2023
— про калибровку нагрузки для себя и тех, с кем работаю ноябрь 2023
— освободила время и появилось место май 2024
— планирование обучения сквозь призму чувствительности к своей емкости (часть 1 и часть 2) август-сентябрь 2024
— празднование и сбор урожая октябрь 2024
— неожиданные плоды отказа от спешки и перегруженности декабрь 2024

Мы в active presence задумали провести в ноябре второй в этом году практикум-исследование себя в контакте с другим.

На встречах всегда примерно один и тот же сценарий: мы немного общаемся, выполняем практику и еще немного общаемся.

Практики так или иначе связаны с темой контакта: иногда это медитация в группе, где я предлагаю заметить, что происходит с вашим вниманием; иногда это практика в парах или тройках, где я предлагаю вопрос на обсуждение и фокусы для наблюдения; иногда — просто молча посидеть в кругу других, иногда — что-то из подхода authenting relating games.

Даты встреч: 2,6,9,13,16 ноября — всего 5 встреч и две недели на весь процесс.

Длительность: по субботам 2,9,16 ноября — 1,5 часа; по средам 6,13 ноября — 1 час.

Домашних заданий нет, теории — по минимуму. Самостоятельное исследование темы контактов и отношений в своей жизни — по желанию и по силам. Записи встреч будут, но идти только ради них точно не стоит.

Лаборатория контакта — это проект по исследованию того, что происходит с нашим вниманием в процессе непосредственного контакта с другим человеком и что мы можем сделать, чтобы лучше чувствовать себя в этом контакте. Чтобы развиваться в этой теме, нам понадобится некоторый навык внимательности, который тренируется в практике медитации.

Если у вас совсем нет опыта в медитации, то участие тоже возможно. Чтобы вам было легче, мы предложим перед стартом практикума пройти Азбуку внимательности (бесплатную вводную небольшую программу), чтобы познакомиться с подходом и начать личную практику.

Зарегистрироваться и узнать больше информации можно здесь: https://activepresence.training/laba-contact-practicum/

Если у вас есть вопросы, то я готова на них ответить. Если есть сомнения, то с ними тоже можем поразбираться вместе 🤗

опыт собственного тела учит нас укоренять пространство в существовании

Читаю сейчас «Феноменологию восприятия» Мориса Мерло-Понти, французского философа-феноменолога. В заголовке — его слова. Он писал о телесности как о переживании своего тела, телесного бытия (embodiment).

Чувствую сильное воодушевление, когда читаю об этом, потому что мой опыт обучения embodiment подходу в более прикладном, практическом формате теперь очень красиво дополняется и углубляется философским взглядом на телесность.

«Тело можно сравнить не с физическим объектом, а скорее, с произведением искусства. В картине или музыкальной пьесе идея не может передать себя иначе, нежели в явлении цветов или звуков…Роман, поэма, картина, музыкальная пьеса суть индивидуальности, то есть существа, в которых выражение нельзя отделить от выражаемого, смысл которых доступен лишь в непосредственном контакте с ними и которые излучают их значение вовне, не покидая своего временнóго и пространственного места».

Понимаю это как то, что мы буквально не можем выразить себя иначе, чем через возможности нашего тела (голос, интонация, мимика, жесты, дыхание, движение) и мы буквально не можем никак воспринять этот мир иначе, чем через возможности нашего тела (глаза, уши, кожа, головной мозг, нервная система).

Для полноты картины перечитала текст Александры Вильвовской (у которой обучалась эмбодименту) про историю становления подхода. Эмбодимент как практический подход формировался из боевых искусств и восточной философии во второй половине 20 века. В тексте феноменология не упоминается, но мне показалось любопытным, что примерно в то же время жил и писал Мерло-Понти (Феноменология восприятия опубликована в 1945 году).

Если вас тоже заинтересует тема embodiment, телесности, воплощённости, то начать можно, например, с четырех парадигм телесности. А для знакомства с философской концепцией — с небольшого текста «Embodiment» от Eric Matthews (взяла из The Oxford Handbook of Phenomenological psychopathology).

И оригинал на английском, и перевод на русский — ниже. В переводе выделила цветом несколько предложений, которые показались мне особенно интересными.

текущее

В начале этого года я начала читать Embodied mind (в русском переводе Отелесненный ум) и там встретила упоминание о феноменологии Мерло-Понти. Это меня заинтересовало, я стала гуглить и очень быстро нашла образовательную программу по феноменологии в психотерапии и консультировании. С тех пор прошло несколько месяцев, я учусь на этой программе. И на первой встрече с группой преподаватель порекомендовала нам читать Embodied mind и знакомиться с концепцией воплощенного познания (embodied cognition). Круг замкнулся, я считаю.

Погружение в феноменологию идёт полным ходом. Читаю Франца Брентано, лекции которого слушал Гуссерль и Фрейд (потом первый открыл феноменологический метод, а второй — психоанализ). Брентано разрабатывал описательную (дискриптивную) психологию. В своих лекция он часто ссылается на Аристотеля и мне приятно понимать большую часть отсылок, потому что уже почти год читаю Аристотеля. Сначала в группе читала Метафизику, а теперь индивидуально занимаюсь с Ильей и мы охватываем ещё и другие тексты Аристотеля — Физику, О душе, Никомахову этику и дальше в планах Аналитики.

На прошлой неделе начался практикум Лаборатории контакта. Замечаю некоторое развитие моей мысли в теме контакта — ещё в начале года Лаборатория была в зачаточном состоянии, но постепенно поле проясняется и я начинаю формировать что-то типа «программных положений», основных идей, которые лежат в фундаменте всей задумки. И феноменологическая оптика здесь мне сильно помогает, потому что я всё яснее понимаю, что то, что мы делаем в рамках Лаборатории — это исследование телесности/воплощённости (embodiment) в интерсубъективности, то есть в контакте с другим.

Исследование субъективного опыта бытия собой в присутствии Другого. Чувствую в этом месте очень много вдохновения от того, как мой уже имеющийся опыт в теме медитации, «практического эмбодимента» и личной терапии в гештальт-подходе (который очень феноменологический) переоткрывается с какой-то новой глубины или ширины.

Не тороплюсь подбирать слова, чтобы это описывать. Хорошо, что есть опция иногда просто помолчать и побыть с этим. Здесь еще много неопределённости от несформулированности, но сейчас хватает устойчивости с этой неопределённостью быть и даже иногда получать удовольствие)

И вместе с тем замечаю стремление постепенно осмыслять происходящее хотя бы как текущее, не дожидаясь пока оно станет каким-то определенным и сформированным. Интересно, что само осмысление несформированного постепенно что-то формирует. И красивое слово, которое здесь приходит на ум (которое узнала из Embodied mind) —

аутопоэзис — самопостроение, «строительство самих себя», самовоспроизводство, свойственные живым существам, в том числе человеку, которые отличаются тем, что их организация порождает в качестве продукта их самих без разделения на производителя и продукт.

Практикум Лаборатории контакта закончился.

Отдыхаю, готовлюсь подводить итоги по всему проекту за год. Но это чуть позже, а пока остаюсь с приятным послевкусием прошедших встреч и хочу поделиться наблюдением.

Лаборатория контакта — это проект, который и меня саму тоже приглашает исследовать тему контакта в разных сферах моей жизни более пристально. В том числе в том, как я в роли ведущей провожу практикум. Я не просто этот процесс веду как кто-то посторонний, но я и сама в нём активно участвую и встречаюсь с чем-то своим: как-то выстраиваю контакт с группой, с отдельными участниками и участницами, как-то управляю своим вниманием на встречах в зуме и в письменной коммуникации. У участников свой процесс, у меня свой и вместе мы в одной лодке.

На первом практикуме в августе я заметила про себя несколько моментов, которые меня заинтересовали. Эти моменты касались распределения моего внимания и ощущения обрыва контакта в ситуациях, когда я теряла внимание с группы и уходила в себя. Это ощущалось как сжатие на уровне внимания (сужение фокуса восприятия) и «сворачивание в трубочку» (напряжение в теле). Пошла с этим на супервизию и в терапию. Обсудили, разобрали, поисследовали причины. Дальше было несколько месяцев преднамеренной практики.

Преднамеренная практика — это практика, которую намеренно себе выбираешь, чтобы развивать определённый навык и применять его в определённых ситуациях.

Моя практика была про устойчивое распределение внимания между мной самой, группой и процессом. Мне хотелось оставаться в контакте с группой, помня, что это живые люди, и при этом сохранять контакт со своими ощущениями и опорой. Не терять себя в контакте с другими, но и не терять других из своего поля восприятия. А ещё мне хотелось, чтобы было много свободного места для движения.

У Вити Ширяева есть давний хороший текст про расширение и сжатие. То, о чем я пишу — про расширение и сжатие на уровне тела и внимания в процессе непосредственного контакта с другими людьми.

Почти три месяца я намеренно тренировалась на всех групповых процессах, которые проводила, отслеживала изменения. Стала замечать то, что обычно предшествует моему «уходу в себя» и что раньше ускользало из внимания. Стало получаться «не уходить», «ловить себя на границе», «не сворачиваться в себя» в процессе встречи, не сжиматься, а раз за разом расширяться и раскрываться навстречу другим и тому, что происходит между нами.

Ну и как приятный неожиданный эффект — стало получаться просто расслабляться прямо в процессе ведения, отпускать контроль и наслаждаться самим общим движением. Пришло ощущение большей просторности.

Радуюсь плодам преднамеренной практики. Праздную движение в предпочитаемую сторону. И продолжаю формулировать, что вообще мы делаем в Лаборатории контакта и зачем.

На следующей неделе 3-5 декабря проект «Тело в дело» проводит конференцию про телесность и эмбодимент для помогающих специалистов.

Меня пригласили рассказать про работу с привычками и зависимым поведением сквозь призму управления вниманием и телесности.

[Я писала о своем опыте в теме зависимости пару лет назад и касалась этого в прошлом приветственном посте]

Практики осознанности и телесности (mindfulness и embodiment), нарративный подход и феноменологически-ориентированная оптика — это набор, который создает возможность исследовать проявления зависимости на уровне субъективно переживаемого опыта (в дополнение к объективно наблюдаемому поведению). Планирую поразмышлять о том, как такое комбо из подходов и оптик может дополнить клинический взгляд на тему зависимости.

У меня есть идея, что этот субъективно переживаемый опыт формируется и поддерживается определенными паттернами управления вниманием, особенностями восприятия и телесного самовыражения/воплощения и влияет на то, что мы в итоге делаем. Если нам удастся исследовать этот слой субъективного опыта и обнаружить связь с последующим нежелательным поведением, то отсюда могут возникнуть и новые, иногда неочевидные стратегии совладания и пути для привнесения изменений.

Моя сессия запланирована на 4 декабря в 15 по мск.

Подробности и регистрация тут: https://body4biz.ru/embconf24

В этом месяце началась большая профессиональная программа Active Presence Mindfulness Professionals Training, где я, вместе с Витей Ширяевым и Верой Грузовой, преподаю в течение всего этого года.

Во время подготовки я глубоко задумалась о том, что вообще такое образование и кто такой преподаватель. Пошла к Илье и Лине в группу по изучению Философии образования, чтобы сформулировать свой ответ.

Со времен обучения травма-информированности я усвоила, что прошлый опыт, в том числе образовательный, может (иногда неосознаваемо) влиять на то, как я сама учусь сейчас и как я обучаю других (например, как я подбираю нагрузку для себя и для других). Образовательный опыт это, в том числе, опыт нахождения в отношениях власти (где есть учитель, у которого власть). Где есть власть, там возможно и злоупотребление.

Злоупотребление властью преподавателями — это тот опыт, который есть у меня как у ученицы, и это тот опыт, который я не хочу нести дальше. У меня есть представление о том, каким преподавателем я быть не хочу. Но каким тогда хочу?

Для ответа на этот вопрос я пошла разбираться с самой основой — с тем, что вообще такое образовательный процесс, какая у него цель и какая роль у преподавателя в этом процессе.

Первое, что уже сейчас формулируется про преподавателя — это человек, способствующий мышлению других. Его задача не в перечислении фактов (которые, кстати, могут быть ложные или устаревшие), и даже не в том, чтобы делиться своим опытом (потому что опыт ограничен и зависит от контекста), а в поддержании самостоятельного мышления студентов. Мышления о предмете или даже больше — о самом способе мыслить. Направить ум на самого себя.

Чтобы уметь поддерживать в этом других, мне нужно уметь это самой. Поэтому практика мышления становится для меня такой же необходимостью, как и практика медитации, личная терапия и телесная практика.

Безгранично радуюсь тому, что у меня прямо сейчас есть такой поддерживающий образовательный опыт и преподаватели, от общения с которыми я еще лучше понимаю, каким преподавателем хочу быть сама и как я могу делать лучшее из того, что могу делать.

На одной из супервизий меня спросили о том, чего я хочу для своих клиентов. Этот вопрос пригласил меня задуматься о том, как я сама понимаю путь. У людей, обращающихся за помощью, чаще всего есть какое-то своё представление о том, чего они хотят для себя. Или о том, чего не хотят. Моя задача быть внимательной к этому. И, вместе с тем, есть и что-то моё, что-то про то, чего я сама хочу для тех, с кем работаю.

Мое видение пути примерно такое — я хочу, чтобы люди были свободны. Поскольку поле моей деятельности — это внутренняя работа, работа с историями и переживаниями, то я хочу, чтобы люди были свободны от тех историй о себе и о мире, в которых им тесно и больно. Хочу, чтобы они могли замечать свои переживания и уметь с ними обходиться так, чтобы делать свою жизнь более подходящей для себя.

«То, как мы себя чувствуем, влияет на то, что мы думаем и делаем» — это все ещё та рабочая гипотеза, которой я придерживаюсь. Я верю, что развитие большей чувствительности к своему состоянию и знание себя в результате наблюдений и рефлексии открывает доступ к изменениям — появляется возможность выбирать, делать что-то иначе и не делать то, что больше не хочется делать. Вот этой свободы я хочу для всех, с кем я работаю и даже шире — просто для всех, кому это нужно. Свободы выбирать, как обходиться с тем, что происходит.

Я опираюсь на идею о том, что реакции, чувства и мысли просто приходят. У них может быть масса внешних и внутренних причин приходить, они могут быть просто следствием чего-то предыдущего. Я уже знаю, что мне не обязательно тратить свои силы на какую-то оценку этого и на оценку самой себя с этими реакциями, чувствами и мыслями. Это просто то, что приходит и уходит, просто факты настоящего момента.

И если мне удается это заметить, если удается обнаружить себя в том, что происходит, то это тот самый момент (и единственный момент), когда я могу что-то изменить. Других моментов для желаемых изменений (например, где-то в будущем) просто нет, потому что и будущего нет. Любое будущее — это мои мысли о нём в настоящем, в этот самый момент.

Я верю в то, что любые изменения начинаются именно здесь — с осознавания того, где я вообще и откуда я смотрю на историю/ситуацию/свою жизнь, из какой перспективы.

Где мое внимание? Какую историю о себе я сейчас воспроизвожу? То ли это, что я хочу? Если нет, то что тогда я хочу и могу сделать прямо сейчас на уровне своего внимания и тела, чтобы поддержать предпочитаемое, желаемое в своей жизни?

Есть красивое слово «агентность» (agency), которое для меня как раз про такую свободу, в которой я могу ясно заметить, что происходит (с моим умом и телом) и сделать то, что хочу сделать.

Иногда это про переведение внимания на что-то другое (если не хочу оставлять его там, где оно сейчас), иногда это про вдох или какое-то движение. Иногда это про озвучивание того, что для меня важно. Иногда это про маленький шаг в предпочитаемую сторону. Я тут пару недель назад сильно разозлилась в одной ситуации и очень хотелось эту злость как-то выразить, реализовать. Так родилась идея для исследовательской группы про восприятие времени и формирование нагрузки для себя. Получится это или нет — не так важно. Важнее то, что именно в момент ясной встречи «лицом к лицу» с тем, что есть прямо сейчас и вопросом к себе о том, а чего я сама хочу, и рождается новое движение.

Вот такой свободы я и желаю себе самой и тем, с кем я работаю.
И вам, если это вам актуально.

Завтра проводим с Витей открытую встречу про применение подхода mindfulness в работе помогающих специалистов. Там же расскажем и про Систему базовой осознанности.

Тут объединяются сразу два моих интереса: первый — про влияние развиваемых в медитации навыков на построение контакта между людьми вообще (из разных ролей и сфер) и второй более узкий — про построение отношений в работе с клиентами из роли психолога.

Навыки, развиваемые в практике медитации, конечно, универсальны и применимы не только в помогающей работе. Но особенность помогающей работы в том, что в ней принципиально важен внимательный, устойчивый и поддерживающий контакт, а такой контакт невозможен без навыков осознанности и саморегуляции со стороны специалиста. Хорошая новость в том, что эти навыки можно развивать 😊

Регистрация на завтрашнюю встречу (для получения записи нужно зарегистрироваться)

А на видео рассказываю про влияние практик осознанности на мою работу с другими людьми.