Светлана, спасибо, что написали. Но давайте по-честному — сядем, разберём.

«Зависть как мотивация — это нормально». Слышу я это часто.

Звучит красиво. Почти как «стресс полезен», «выгорание закаляет», «обида двигает вперёд». Весь этот список современной философии «болит — значит, работает».

Только вот зависть — это не топливо. Это индикатор. Лампочка на панели. Загорелась — значит, внутри что-то не в порядке. А мы вместо того, чтобы открыть капот, говорим: «О, красивая лампочка, поеду на ней дальше».

Завидуют, говорите, все?

Чувствуют — да. Живут этим — нет. Разница принципиальная. Здоровый человек, когда ёкает внутри при виде чужого успеха, спрашивает себя: «А чего мне-то не хватает? Что я своё не проживаю? Где я себя предал?» И идёт делать. Своё. Не чужое.
А зависть как двигатель — это всегда про дефицит. Про внутреннюю пустоту, которую не заполнить ничем внешним.

Человек сравнивает себя не с собой вчерашним, а с картинкой в голове. С монтажом чужой жизни. И бежит, бежит, задыхается — не к своей цели, а от своей боли. Добежит до чужой вершины и удивится: а радости-то нет. Потому что гора была не его.

Теперь про нарцисса — тут вы правы наполовину. У нарцисса зависть действительно превращается в желание уничтожить, втоптать, отобрать. Но это не другое чувство. Это та же зависть, просто без тормозов. Нарцисс не изобрёл новую эмоцию — он просто не умеет её переваривать. Как ребёнок, которому не дали конфету: раз мне нельзя — пусть ни у кого не будет.

И здесь главное, что я хочу сказать.

Эволюционно мы выжили не потому, что завидовали. Мы выжили, потому что кооперировались. Мамонта в одиночку не завалишь. Пещеру в одиночку не согреешь. Ребёнка в одиночку до взрослого возраста не доведёшь.

Конкуренция — да, была. Но всегда внутри кооперации, а не вместо неё.

Племя, где все друг другу завидовали, просто не дожило до следующей зимы.
Нарциссическая культура перевернула это с ног на голову. Сказала: «Завидуй — это двигатель прогресса». И мы получили поколение людей, которые бегут по чужим дорожкам, достигают чужих целей и не могут понять, почему внутри пусто. Почему депрессия 😞

Так что нет, Светлана. Зависть — не норма. Это сигнал. Тихий стук в дверь: «Эй, хозяин, а ты-то сам где? Ты-то чего хочешь?»
Откройте. Поговорите с ним. Это важнее, чем догонять чужие успехи.

С теплом.

Алекс

СПРИНТ «ПАПА»

7 дней бережной самодиагностики и ресурсирования

Внутренняя отцовская фигура

ВАЖНЫЙ ДИСКЛЕЙМЕР

День 1: Знакомство с внутренним Отцом

Вопросы для рефлексии День 1:

День 2: Голос отца: что он мне сказал (и не сказал)

Вечерняя часть (рефлексия) - ДЕНЬ 02

День 3: Тело и отец: где живёт его влияние

Вечерняя часть День 03

День 4: Отец и мужчины: как папа определил наши отношения

Вечерняя часть (рефлексия) ДЕНЬ 04

День 5: Горевание: отец, которого не было

Вечерняя часть (рефлексия) ДЕНЬ 05

День 6: Ресурс: внутренний Хороший Отец

Вечерняя часть (рефлексия) День 06

День 7: Интеграция: отец, мать и Я

Вечерняя часть (рефлексия) День 07


Вопросы для рефлексии:

Какой день этого спринта был самым сильным?
Что вы узнали о себе за эти 7 дней?
Какую практику хотите продолжить?
Что бы вы сказали себе, которая начинала этот спринт?

Финальный ритуал

Встаньте. Ноги на полу. Рука на сердце.
Скажите: «Я прошла этот путь. Я горжусь собой.»
«Мама внутри меня. Папа внутри меня. И я - больше, чем их история.»
Объятие бабочки 3 минуты.

Спасибо. До встречи в интенсиве «Мама. Папа. Я.»


Спринт Мама


Интенсив начнется 20 апреля «Папа.Мама.Я. По работе с внутренними родителями» скидка только сегодня 10%

Завтра последний день, когда можно зайти в интенсив «Папа, мама, я. Архитектура внутренней семьи».

И я хочу сказать честно, почему я его делаю.

На днях я снова поймал себя.

Встречаю человека. Вроде взрослый. Вроде отношения. А через пару месяцев замечаю — меня в этих отношениях нет. Есть какая-то часть. Осторожная. Правильная. Подстраивающаяся. Угадывающая настроение.

И я узнаю эту часть.

Это тот самый мальчик, который рос рядом с травмированным отцом. Которому нельзя было сказать лишнего - было физически опасно. Который научился говорить так, чтобы не задеть. Жить так, чтобы не разбудить гнев отца.

Взрослый мужчина. Психолог. Проработанные темы. Выстроенные границы. Все честно.

И все равно — включается.

Потому что ранние роли не исчезают от понимания. Они ослабевают. Распознаются быстрее. Но живут долго. Очень долго.

Мама холодная — тянет к чувствительным. Папа раненый — тянет к холодным. Маятник. И посередине — не нашел. Потому что образца не было.

Я делаю этот интенсив не потому что я эксперт. А потому что я сам на этом стою. Каждый день.

И если вы читаете это и узнаёте — в себе, в своих отношениях, в том, как вы то подстраиваетесь, то дистанцируетесь, то снова подстраиваетесь — это не ваша слабость. Это ваша внутренняя семья. Ваша архитектура. То, что строилось до вас и в вас — без вашего согласия.

Тридцать дней. Папа. Мама. Я.

Разобрать — можно. Переделать — медленно, но можно. Увидеть — уже сегодня.

Завтра последний день входа. Ссылка в закрепе.

Если откликается — значит, пора.


Алекс