РЖД ждут лучшего предложения

То, что демонстрируют РЖД сегодня называется простым словом — шантаж. Есть и ещё несколько слов, иллюстрирующих поведение железнодорожной госкомпании:

- выбивание денег из правительства;
- перекладывание ответственности на ФОИВы;
- профнепригодность.

Теперь по порядку.

1. РЖД, написал «Коммерсантъ», не готовы предоставлять скидки на южном направлении. Причина - риски выпасть из бюджета. Возвращение скидок (максимальная — 12,8%) грозит снижением доходов на 295 млрд руб. в год в текущих ценах, что составляет почти 25% инвестпрограммы на 2024 год. Эти расчеты привел в своем письме Алексей Шило, замгендиректора РЖД.

Любопытно, что в ж/д монополии опасаются потерять доходы из-за скидок, но совсем не переживают о том, сколько НЕ заработают они сами, экспортёры, регионы, работники добывающих компаний из-за невывоза на восток 2,3 млн тонн угля по итогам этого года. И это всего одно направление.

2. Что ещё забывают РЖД, так это важный нюанс — погрузка падает у них. Пока не зарабатывает экспортер — не зарабатывает и ж/д перевозчик, порт. Мифические «скидки в 50%» на некоторые номенклатуры не работают. И груза больше на сеть не идёт, при этом сохраняются трудности с доступом к инфраструктуре. И этот парадокс — очередные доказательство некомпетентности ж/д генералов.

3. Почему мы упомянули выбивание средств? Потому что РЖД тянут время в ожидании сытного предложения от правительства. Когда из Минтранса или Минфина прозвучит со вздохом: ну давайте уже мы докапитализируем РЖД из ФНБ или посредством допэмиссии.

4. Мы часто говорим про то, что госкомпания живет на госденьги. Но также важно понимать, что практически любые перевозки убыточны: и грузовые, и пассажирские. Какие такие миллионы хотят заработать РЖД на отсутствии скидок для угля? Кто-нибудь слышал про дивиденды от монополии по итогам супер прибыльного 2023 года? И мы не слышали.

Для наглядности

Угольный экспортёр:

- платит налоги в регионах присутствия;
- развивает социальную инфраструктуру городов;
- платит дивиденды;
- выплачивает премии сотрудникам;
- участвует рублём в работе портов, железных дорог;
- привлекает в отрасль кадры, обеспечивает работу регионы;
- платит НДПИ, курсовые пошлины, windfall tax в госказну.

РЖД:

- освобождены от дивидендов;
- не приносят деньги госбюджету, а лишь живут за его счёт;
- не платят премии, да и зарплаты ниже некуда;
- теряет под сотню тысяч работников в год;
- не участвуют в социальных проектах регионов;
- не приносят прибыли портам, а лишь провоцируют сокращение доходов морских хабов.

Слухи нашего городка

Два наших знакомца утверждают, будто слышали в курилке Минэнерго (курение убивает секретность), будто меры по поддержке угольной отрасли уже прописаны и лежат на одном из столов в одном из высоких кабинетов Правительства.

Еще наши курящие друзья считают, что «РЖД собранные в документе предложения не понравятся».

Кунг-фу Цивилева оказалось сильнее, чем кунг-фу Белозерова?…

Очевидное, но маловероятное

Угольщикам и РЖД не хватает внерыночного медиатора. Почему?

1. ФАС не поддерживает тарифные скидки для экспортеров угля;

2. отрицая одну из самых очевидных мер поддержки отрасли, способной снизить логистические затраты компаний, служба не предлагает ничего взамен и не оставляет поля для дискуссии;

3. смущают кардинально разные оценки финансовых потерь РЖД. По данным железнодорожников, они от скидок недополучат 295 млрд руб., по данным ФАС — 145 млрд.

Это говорит о совершенно непрозрачной схеме подсчета. Или РЖД возят уголь «мимо кассы»? Только в этом случае реальная выпадающая выручка может быть выше той, которую видно из кабинетов ФАС;

4. не представлены расчеты финансовых потерь регионов от невывоза 30-40 млн тонн угля по причине отрицательной рентабельности. Эти цифры могут, мягко говоря, возмутить регионы. Центру на данном этапе «бунт» не нужен. Но он неизбежен. Или все забыли звук удара каски по московской брусчатке?;

5. точка невозврата в попытке наладить диалог между ж/д перевозчиком и экспортёрами пройдена. Дальше решить вопрос сможет внерыночный медиатор. Им мог бы быть, скажем, советник президента или первый вице-премьер…

Уголь залили водой

«Коммерсантъ» так настойчиво внедряет читателям мысль о том, что в Тамани все булочки свежие восстанавливается перевалка угля, что становится страшно: не массовый ли это гипноз?

Ещё в середине мая Neft Research отчитались о снижении тарифов на перевалку на терминале ОТЭКО до 18$ за тонну и восстановлении плана отгрузки: 1 млн тонн в мае (РЖД согласовали лишь 20% заявок), 2 млн — в июне. Мы об этом писали, вы об этом читали.

Что нового хотели сказать журналисты «Ъ» о ситуации в Тамани? Ничего. Потому что пока ничего нового там не происходит. Идёт рутинная работа.

Но что забавно в тексте-пустышке, так это некий «источник» авторов на угольном рынке. Он сообщил редакции, что «восстановление перевалки в Тамани подает позитивный сигнал всему рынку: рост экспорта поможет удержать объемы добычи».

Удивительно оптимистичный человек попался «Коммерсанту». Он верит, что 1 млн тонн в Тамани в мае и 2 млн тонн в июне помогут нивелировать потери экспорта в 30-40 млн тонн по итогу 2024 года. Что ж…

Особый путь Якутии

Даже как-то наивно звучат слова губернатора Якутии. При тотальном кризисе отрасли, угрозе невывоза 40 млн тонн в этом году, падающих ценах и растущих тарифных расходах, он всё переживает, что согласованные с РЖД объемы ниже уровня добычи.

Об этом мы и писали — в угольном экспорте каждый участник тянет одеяло на себя:

- одни добывают больше, чем могут вывезти;
- другие устанавливают тарифы сильно выше качества предоставляемых транспортных услуг;
- третьи вкачивают миллиарды в профицитную инфраструктуру, которая очевидно будет простаивать, пока не поспеют остальные.

Айсен Николаев говорит о переходе Джалинда — Мохэ как о чём-то свершившемся. Но с российской стороны реки конь не валялся. Чего ждали ЖДЯ 2 года? И где крайне заинтересованная в появлении трансграничного пункта Анна Цивилёва? Уж «Колмар» то в состоянии простимулировать частную ЖДЯ в своих интересах.

https://t.me/Vgudok/37007

Дырки в бюджете углём не заделать

Провалы в экспорте начала на себе ощущать Хакасия. По итогам 2023 года бюджет региона от сокращения отправок угля и алюминия потерял 10,5 млрд руб. и столкнулся с дефицитом в 6,3 млрд рублей. Это вызвало изменение структуры доходов и увеличение кредиторской задолженности до 5 млрд рублей к маю 2024 года.

Местные власти причинами финансовых проблем деликатно называют «санкции против российской экономики». И прогнозов по этому году не строят, чтобы не раскачивать лодку.

Ну а нам любопытно будет послушать этих же региональных чиновников через год, когда они будут отчитываться о бюджете по итогам 2024-го. Уверены, что «санкции» 2023 года покажутся детским лепетом по сравнению с объемам невывоза угля и неминуемым сокращением добычи.

Стоит ли пояснять, что дефицитный бюджет 2023-го потянет за собой сокращения финансовых поступлений из Минфина РФ? О перспективах Хакасии на будущий год судите сами. О том, как на бюджетах других регионов скажется падение экспорта угля — тоже.

«Сибантрацит» снова сменит собственника?

А вот это уже интересно: в ТГ началось обесценивание «Сибантрацита». Под видом отчетов о промпроизводстве, нам с вами подают историю о том, как санкции добивают компанию. Мол, ограничения экспорта вот-вот приведут к колоссальному сокращению добычи, «от чего пострадает Новосибирская область», где расположены разрезы по добыче антрацита.

Можно было бы сказать, что это вписывается в канву нашей сегодняшней региональной беседы и продолжает тему Хакасии. Если бы не одно «но».

«Сибантрацит» — компания со сложной судьбой. И когда читаешь в сливных бачках Телеграма истории о том, как загнивает актив, видишь торчащие уши тех, кто хочет сбить цену и урвать компанию подешевле.

Кто может иметь виды на «Сибантрацит»?

Тот, кто не готов тратить много и тот, кто не боится санкций.

Не УГМК. Не Авдолян, сконцентрированный на Эльге и ТЖД.

А вот тот же «Колмар», у которого теперь ещё сильнее прикрытие в ФОИВах, вполне может диверсифицировать площадки добычи.

Нельзя отбрасывать и СУЭК. Но у компании хватает расходов по портовым проектам.

А может это господин Илатовский решил из наёмных менеджеров перейти в акционеры?

«Сибантрацит» не твой, вот ты и бесишься

С интересом обнаружили, что 80% акций компании-владельца «Сибантрацита» («Башкирский промышленный холдинг») находится в залоге у банка, основным владельцем которого является Аркадий небезызвестный нам Ротенберг.

Так что любая попытка отхватить «Сибантрацит» приравнивается к попытке забрать кусок пирога у семейства Ро.

С кем оно ведёт свои информационно-имущественные войны всем известно. Но ввиду недавних перестановок в правительстве, желающих, так скажем, перераспределить имущество, могло стать больше, а возможности их — шире.

Следим.

Тамань вернула себе уголь. Вернёт ли себе репутацию Шишкарёв?

Вот вы, наверное, забыли, какой завтра день. А мы вам напомним. Завтра — ровно 2 месяца со дня, когда Сергей Шишкарёв предложил правительству изъять терминал ОТЭКО в Тамани.

Аргументы владельца ГК «Дело» сводились к тому, что ОТЭКО не может наладить контакт с угольщиками и не способно качественно управлять терминалом. «Отдайте терминал мне, уж я разберусь» — читалось в словах Шишкарёва.

И что мы видим сегодня? Уголь вернулся в Тамань. По данным аналитиков Kpler, за три недели мая через терминал экспортировано 171 тыс. тонн. ОТЭКО смогли подобрать компромиссные тарифы на перевалку и поддержали тем самым угольный экспорт. Как итог: в следующем месяце терминал должен перевалить уже 2 млн тонн твёрдого топлива.

А что же Сергей Николаевич? Молчит. И молится, чтобы теперь никто не предложил изъять у него терминалы, теряющие в погрузке.

И как тебе такое, Илон Маск Сергей Николаевич?

Думы выходного дня

Наша штатная гадалка сегодня заглянула в свой магический шар и увидела, как мы с вами, размазывая слёзы, вспоминаем дни, когда главной проблемой угольной отрасли были высокие ставки аренды вагонов и тарифы РЖД.

Дни, когда мы осознаем проблему куда более серьезную, вот-вот настанут. И проблема эта потребует не то что федерального участия, а, можно сказать, международной кооперации.

Так вот: дело в том, что работать в России некому. Не только на разрезах и в шахтах, но и на РЖД, в портах, в операторских компаниях. Недавно в СМИ проскакивала тема дефицита локомотивных бригад, следствием которого стало падение перевозок грузов. Оказалось, это не фигура речи. С железной дороги за последние 10 месяцев уволились больше 110 тысяч работников. То есть везти наш с вами дражайший груз уже завтра будет некому.

Но будет ли кому его добывать? Тоже не факт. 85% угольных компаний сегодня недосчитываются примерно 20-25 тысяч работников. Вакансии на разных сайтах висят, но что толку? Добровольцы лезть в шахту есть? Добровольцев нет.

Аналогичная история с портами. Особенно сильно дефицит рабочей силы ощущается на Дальнем Востоке. В Ванино, в Восточном и Находке открыты вакансии, но соискателей что-то не видно… накладывает отпечаток социальная составляющая региона. Точнее, отсутствие оной.

В общем, не сказать, что мы пытаемся посеять панику, нет. Но той же Эльге, Лавне и прочим «будущим» рекомендуем подумать о штатных единицах ещё вчера. Говорят, «Дело» готовит свои специалитеты в ВУЗах по всей стране. Будут логистов учить. Пока и добытчикам об этом задуматься.

Живут же люди

Вторая по величине угледобывающая компания Германии – Lausitz Energie Bergbau AG, подразделение EPH group чешского миллиардера Даниэля Кретинского – получит 1 млрд евро в качестве компенсации за прекращение добычи угля, сообщает Bloomberg.

У нас устроено иначе: не смог регион простимулировать добытчиков, потерял в налогах — получит меньше субсидий из федбюджета в следующем году. Добытчик из этой схемы выпадает вовсе, а регион расплачивается за падение добычи реальным рублём.

Взгрустнулось.

Проблемы угольщиков переложили на дипломатов

Минэнерго, обретя Цивилёва в своих рядах, пока не демонстрирует эффективности, но сыплет идеями.

Одна из них — переложить ответственность за спасение угольной отрасли от кризиса на коллег из МИД и Минэкономики. Минэнерго предлагает коллегам добиваться отмены китайских пошлин на российский уголь.

Пекин в 2014 году ввел импортные пошлины на антрацит, коксующийся и энергетический уголь в размере 3–6%. Они действовали с перерывом на несколько месяцев в 2022-м и 2023-м.

Теперь же Минэнерго во главе с Цивилёвым хочет силами дипломатов добиться отмены этих ввозных взносов. Это даст отрасли дополнительный оборот в 150 млрд в год, подсчитали чиновники.

Правильно ли мы понимаем, что договориться с Китаем для Минэнерго кажется проще, чем договориться с РЖД?

Докладчики или доносчики?

Забавное из доклада Минэнерго: министерство предложило правительству рекомендовать портовикам формировать тарифы на перевалку угля на среднерыночном уровне без отклонений более чем на 20% от рынка.

Авторы хотели, по всему видно, приложить ОТЭКО. Но терминал в Тамани уже снизил цены до 18 долларов за тонну.

И теперь выходит, что самые высокие ставки у порта Восточный, входящего в УГМК. Больше 20 долларов за тонну. Это так, к вопросу об активности компании вокруг инициативы приоритета для спецтерминалов.

В лоб повышать тарифы — у УГМК хотелка не выросла. Поэтому заработать терминал Восточный решил с помощью админресурса и за счёт объемов, а не прямого повышения тарифа. Пока затихла вся эта эпопея.

Активы «Сибантрацита» уходят номиналам

Ещё раз убеждаемся в коммерческом бэкграунде последних новостей о «Сибантраците».

На днях «Интерфакс» сообщил, что «Сибантрацит» продал компанию, через которую он владел 10% Кийзасского разреза.

В ходе сделки почти 100% «Печорской горной компании» (ПГК) консолидировало некое ООО «Строймедиагрупп» Алексею Пестряеву, пишет агентство. Пишет так, будто широкой публике должно быть известно это имя. Но оно читателю не знакомо…

Что характерно, именно разреза «Кийзасский» касается судебное разбирательство с участием дочерних компаний «Сибантрацита». Пару недель назад Tapp Group подало в Арбитражный суд республики Марий Эл 2 иска на общую сумму 4,4 млрд руб. Истцы не получили оплату за строительство промышленных объектов от Разреза Восточный и Разреза Кийзасский.

Уже можно считать продажу ПГК — очищением «Сибантрацита» от судебных разбирательств перед сменой собственника?

🔳 Тут чёрным по белому

У нас версия!

Читатели пишут:

«По поводу Кийзасского. Это единственное юрлицо группы Сибан, которое не попало под санкции. Думаю, с этим связан вывод за периметр».

Вылечить нельзя ампутировать

В конце апреля на новостях об отмене курсовой пошлины мы предупреждали, что радоваться рано. И были правы, увы.

Отмена курсовой пошлины на экспортный уголь развязала руки правительству в части повышения налогов на добычу. НДПИ в начале года обещали не поднимать, пока действует пошлина. Теперь же налог может вырасти с учётом надбавки на 10%.

То есть государство в этой схеме — как казино. Всегда в выигрыше. Курсовая пошлина составляла от 4 до 7%. Налог вырос сразу на 10%. Вот только отмена пошлины — временная. А возросший НДПИ с нами навсегда. Не было ещё такого, чтобы налог угольщикам срезали. И не будет.

В общем, с прискорбием сообщаем, правительство не смогло спасти отрасль. И решило её добить, чтобы не мучилась.

🔳 Подписаться и читать о чёрных днях угля

У Минэнерго есть свой план

В курилке одной крупной добывающей компании сегодня любопытные разговоры. Мы бы даже сказали — тянет на сенсацию.

Говорят, что Минэнерго в новом своём составе не сильно заинтересовано в поддержке экспортёров. Парадокс, правда?

Ещё говорят, что Цивилёв предпочитает выслуживаться, обеспечивая топливом регионы, а не Китай с Индией. Отсюда пробуксовка с поиском решений по угольному кризису.

Отсюда же заявление Мочальниковав: «добыча угля в 2024 году сохранится на уровне прошлого года и составит порядка 440 млн тонн, экспорт может снизиться к прошлому году. Добыча сохранится за счет поставок на внутренний рынок».

Пазл начинает складываться.

Цена договорённостей

Отставание от плана по вывозу угля из Кузбасса — 93 000 тонн, из Бурятии — 11 000 тонн, из Хакасии — 270 000 тонн.

Это примерно 53 поезда, не дошедшие до погранпереходов и портов. Вывоз через южные морские ворота сократился на 59%, или на 8,5 млн тонн, а через порты Северо-Запада России — на 11%, или на 3 млн тонн.

Таким образом, не исполнен акт, подписанный президентом и правительством.

Мы слышим ваш немой вопрос — кому нужны ПНД, новые или старые, если грузы всё равно не едут? Кому нужны согласованные с РЖД объемы, если договоренности саботирует одна из сторон?

Отвечаем — они нужны железнодорожной госкомпании. Им нужны планы. Им нужно к началу финансового года показать на бумаге те объемы, которые они повезут (или не повезут, но это за скобками). Под эти цифры идёт финансирование строек, под них же закладывается тариф.

Проверка заявленных на бумаге объемов и фактического вывоза будет потом. И потом в отчетах будут «паводки, БПЛА, стройки, сходы и нерадивые подрядчики». В общем, всё то, что мешает РЖД исполнять свою работу. Но финансирование уже получено. И, как мы уже отмечали, задача госкомпании не заработать, а ловко потратить выданное в полном объёме.

А что же будет сейчас? Сейчас РЖД будут отставлять контейнеры, металл, лес, чтобы уступить место углю и нагнать отставание. Потом отставлять уголь, чтобы пропустить контейнеры, металл, лес. И так по кругу. Будет расти время оборота на сети, делая аренду вагонов дороже и увеличивая финансовую нагрузку на клиентов РЖД. Как вам такие перспективы?

Конкуренция переезжает на Сахалин

Новость не нашего профиля, но косвенно дело касается и угля. Губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко сообщил, что на ПМЭФ будет подписано соглашение между регионом и Сергеем Шишкарёвым о развитии порта Корсаков. Кроме того, стало известно, что ФАС уже одобрила предстоящую сделку по покупке порта «Делом».

Какие моменты мы можем отметить?

1. Заход в регион крупного игрока, за которым стоит «Росатом», делает проект моста на Сахалин более осязаемым и возможным.

2. Мост на остров полезен для экспорта угля. На Сахалине активно развивают порт Шахтёрск. Угольный барон острова Олег Мисерва с партнёром, хоть и с опозданием, но строят свой «самый длинный» конвейер для экологичной перевалки.

А если кто заглянет в интервью совладельцев «Восточной горнорудной компании» от 2017 года, то найдёт там и планы по расширению мощностей порта до 50 млн тонн в год, и заявления о том, что на самом Сахалине столько угля нет и порт нужен для вывоза Кузбасского угля в АТР.

3. При заходе на остров сразу и контейнеров, и угля с материковой части России (понятно, что объемы на первом этапе будут не колоссальные), мост станет новым узким местом на инфраструктуре.

Отсюда просьба наша к проектировщикам — стройте на вырост. Одноколейных переходов мы по России уже нагляделись.

Угольщики потеряли 70% прибыли

Росстат, источник нашей скорби и печали, сообщил, что сальдированная прибыль угольных компаний России в январе-марте 2024 года снизилась на 96,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

За отчетный период угольные компании получили 47,7 млрд рублей прибыли (-71,5%), убытки составили 43 млрд рублей (это в 2,9 раза больше, чем годом ранее).

И это ещё без надбавки по НДПИ в размере 10% от превышения цен в морских портах Дальнего Востока.

Самое печальное, что от сборов по НДПИ бюджеты регионов не пополнятся. Только казна.