В этой статье вспоминаем про рождественскую музыку, создающую то самое новогоднее настроение добра, щедрости, тепла и уюта. #Подборка

Откиньтесь на спинку кресла, расслабьтесь и погрузитесь в дух Рождества с плейлистом фортепианной музыки для праздничного настроения. Здесь представлены оригинальные фортепианные пьесы, а также аранжировки рождественской музыки разных веков. #Подборка

В давние времена Швеция была в основном крестьянским обществом, где народная музыка была неотъемлемой частью жизни страны. Существовали песни рабочих, баллады и, конечно, танцевальная музыка. Девушки, которые пасли скот, разработали поразительный способ пения – кулнинг, – для того, чтобы зазывать коров с далеких пастбищ домой.

Начиная со средневековья, когда христианство утвердилось по всей стране, между народной культурой и религией сложилось не всегда легкое сосуществование. Некоторые гимны были адаптированы к эстетике народной музыки, в то время как фольклор стал приобретать христианский облик, о чем свидетельствует большое количество баллад о Стефане – первом христианском мученике.

Концерты Folkjul, которые сегодня мы публикуем, происходят из богатой и жизненно важной взаимосвязи между народной и высокой культурами Швеции, оживляя знакомые материалы и представляя нам совершенно новый взгляд на Рождество.

​​Поздравляем всех с прошедшими праздниками. А коль отдых закончился, то пора возвращаться в рабочий ритм. Лучше всего в этом поможет строгость и логичность форм французской музыки барокко, в частности – скрипичные концерты Жана-Мари Леклера. Прекрасная музыка, послушайте.

Напомним, что Леклер – это «французский Корелли», сумевший объединить волнующую непосредственность итальянской музыкальной школы с отчужденной французской элегантностью. Чем, собственно, и оказал значительное влияние на всю музыку Франции.

К концу XVII века Франция начала открываться итальянскому музыкальному стилю. Скрипка стала набирать все большую популярность. Ей был присвоен статус как сольного, так и концертного инструмента. Итальянцы, проживающие во Франции с начала XVIII века, внесли свои революционные методы в музыкальную форму тех лет, которые переняли такие великие композиторы, как Элизабет Жаке де ла Герр, Франсуа Куперен и Жан-Фери Ребел. Именно в этом необычайном художественном брожении музыкальных стилей и родился уникальный язык Леклера. #Леклер

​​Не секрет, что И. С. Бах не был при жизни так популярен, как его сыновья. Одним из таких любимцев публики был его второй сын – Карл Филипп Эммануил Бах.

Для XVIII века его творчество было новаторски необычным, что, безусловно, оказало большое влияние на музыкальный мир этого столетия. Его музыка была оригинальной, смелой и стилистически независимой. Выработанные им музыкальные формы и состояния можно назвать мостиком в эпоху классицизма, ведь именно они оказали большое влияние на творчество мэтров классической музыки – Гайдна, Моцарта и Бетховена.

Для знакомства с творчеством К. Ф. Э. Баха мы публикуем совсем свежую пластинку, озаглавленную «Концерты для гобоя». Они были написаны в т. н. «средний» творческий период композитора. На их примере можно заметить важный вклад в концертный жанр – это резкие смены настроения и богатая палитра эмоциональных состояний. Нехарактерные черты для мелодики тех лет. Можно сказать, что младший Бах освобождает музыкальный язык от математических и религиозных рамок, присущих музыке барокко, очеловечивает его.

Также на пластинке записаны две симфонии, которым тоже присущи концертные черты. Эти симфонии не следует воспринимать в традиционном значении термина. Это скорее ранний этап развития крупной формы – начало освобождения от оков строгой сонатной формы. Здесь развиваются темы неожиданного действия, эмоциональности, что в сумме рождает драматургию. Гармония раскрывается с новой стороны, а слушателя очаровывают неожиданные музыкальные повороты, стремительные смены настроения, гармонические пропасти и внезапные паузы... Такова музыка свободы. #КФЭБах

​​Симфония «Хроники блокады» создавалась Борисом Тищенко в 1984 году. Ее образы заставляют вспомнить о целом ряде сочинений XX века, обращенных к военной тематике – это «Военный реквием» Б. Бриттена, Седьмая симфония Д. Шостаковича, Третья симфония Б. Лятошинского и др. Название сочинения – «Хроника» – во многом определяет ее композиционный замысел. В ней нет деления на части, перед нами проносятся картины блокадных дней, с пронзительной ясностью воскрешая в памяти трагические сцены голода и нашествия фашистов. Такая композиция достигается за счет задействования огромного оркестра, большой группы ударных инструментов и различных шумовых эффектов. Это симфония аффект. Дисгармоничная и немузыкальная структура произведения передает документальность всего происходящего, исключая какую-то эмоциональную авторскую составляющую. Это выделяет симфонию на фоне других сочинений, посвященных войне и делает ее уникальной. «Хроника блокады» – это звук блокады – документ, изложенный на партитуре. #Тищенко

Как ни странно, но самые красивые и самые убедительные произведения в классической музыке – траурные. Вот о малой доле таких мы рассказываем в прикрепляемой статье. #Подборка

​​Курт Аттерберг – шведский композитор. Думаю, многим из вас его имя неизвестно, но поверьте, его смело можно записать в число великих симфонистов XX века, таких как Шостакович, Петтерссон или Айвз.

Убедитесь в этом сами, послушав его Пятую симфонию. Она носит мрачное название – «Похоронная». Удивительно, что как такового траура в музыке нет. Да, она полна пограничных состояний, но, на мой взгляд, это скорее осмысление страха. Кстати сам композитор комментировал тему симфонии строчками из произведения Оскара Уальда «Баллада Рэдингской тюрьмы»: «Но каждый, кто на свете жил, / Любимых убивал...», а вернее, как признавался автор, неверно им истолкованной цитатой, примерно, как «каждый убивал». Думаю, именно в этом корень страха, отраженный в музыке. Такая трактовка хорошо вписывается в контекст послевоенного времени (симфония написана в период 1917–1921 гг.), где почти каждый мужчина потенциально становился убийцей. В симфонии очень много намеков на военную, маршевую музыку, которая, отнюдь не имеет в себе антимилитаристических мотивов. Музыка симфонии, как мужской страх, которых граничит с героическим и триумфальным пафосом. #Аттерберг

​​Самые большие пертурбации в музыке произошли в XX веке. Тогда академическая музыка повернулась на 180 градусов, появилась популярная музыка, звукозаписывающие компании обрели власть над музыкантами. Музыкальную повестку стала формировать скорее публика, а не музыканты. Очень важно провести черту между классической музыкой (в широком значении термина) и популярной. У двух этих направлений абсолютно разные фундаментальные задачи. Если классическая музыка до XX века была озадачена вопросами восхваления Бога и человека, то в XX веке, как мы знаем, «Бог умер», поэтому сверхзадача композиторов-модернистов заключалась в поиске или убийстве Бога.

Академическая музыка в ХХ веке, в попытках выработать новый звук, перестала быть музыкой в традиционном понимании. Она стала манифестом, философией, математикой, но никак не гармоничным сочетанием звуков. Особенность ее как раз в том, что даже в дисгармонии, то есть хаосе, рождался порядок. В своих поисках авторы находили какую-то точку опоры. В итоге музыка превратилась в шум, а в шуме родилась тишина.

Популярная музыка – явление социальное. Например, рэп с точки зрения социальной повестки очень важен, он заменяет молитву и точно также построен на повторениях. Если раньше все повторения строились на фундаменте, скажем, святой Троицы, то сегодня это – родной район (край, страна), мать/девушка и традиционные атрибуты текста – pussy, money, weed. В рэпе, как собственно и в молитве, важно не то, что поется (читается), а как. Время изменилось, пришли новые ценности. Поэтому при повторении одного и того же сверхзадача исполнителя – добиться индивидуального стиля. Рэп стал для нас проводником в новую религию непрекращающегося спектакля. Но глобально сегодняшняя рэп-музыка такая же текстомузыкальная, как какие-нибудь примитивные средневековые мадригалы. Однако именно из них развилась музыка до тех масштабов, которые мы зовем классикой.

В истории все циклично. Вот и музыка закольцевалась, вернулась к своей первооснове. Сегодня мы на этапе зарождения нового музыкального цикла, просто сейчас наблюдается ее начальный, примитивный уровень. Сегодняшний социум находится на уровне древних там-тамов у костра, только огонь мы заменили радиоприемником, телевизором и интернетом. Допустим, что современная музыка, ее звук, – это просто младенец в масштабах времени, и через сотню-другую лет она обретет свою зрелую форму... #Чтение

Так как же все-таки начать слушать классическую музыку? Постарался ответить на этот вопрос в силу своего опыта и знаний. Читайте в прикрепляемой статье. #Чтение

Взял один блогер у меня интервью. Вопросы в основном про музыку, немного про ведение канала и жизнь в целом. Кому интересно, я сделал небольшую нарезку, по моему мнению, самых интересных моментов из интервью. Это можно почитать в прикрепляемой статье, там же будет дана ссылка на полный текст интервью. #Чтение

​​Давно мы не слушали чего-то по-настоящему красивого. Одно из таких произведений – Сюита из времен Хольберга Эдварда Грига. Это ярчайший пример классического романтизма в музыке. Однако, первая и четвертая части основаны на мотивах барокко, где гармонии прошлого взаимодействуют с воздушными и размашистыми романтическими конструкциями.

Произведение посвящено норвежскому писателю Людвигу Хольбергу, который жил во времена Вивальди, Баха и Генделя. Григ очень искусно это подчеркивает в музыке, показывая в разности музыкальных стилей связь поколений и двухсотлетнюю музыкальную историю.

Самая печальная и сумрачная мелодия Air, которая одним лишь названием напоминает о знаменитой оркестровой сюите И. С. Баха, вносит в мелодию оттенки стона, рыдания и скорби. Вероятно, этим композитор подчеркивал отсутствие вдохновения, которое настигло его во время написания сюиты. С чем Григ успешно справляется, находя ответы в музыке прошлого. Остальные части сюиты, вторая, третья и пятая, отражают современность композитора. В них наиболее ясно проступают норвежские черты и характерные григовские гармонии, вносящие лирические оттенки в торжественные фольклорные мотивы Норвегии. #Григ

​​Вот какую красоту я нашел на одном профильном сайте в разделе классической музыки. Альбом «Токийские истории» Франческо Тристано – современного композитора-пианиста, который кстати учился у нашего Михаила Плетнева. Послушайте, вероятно вам понравится. Это такой минимализм, переплетенный с гармониями барокко, джаза и электронщины. Любители аниме, а также Эйнауди и Тирсена должны оценить.

Честно, не знаю как относиться к такому творчеству. Сказать, что это академическая музыка я не могу. С другой стороны, эта мешанина из популярной и академической музыки намного интереснее вульгарных «совмещений» оркестра и рока, или иных попсовых аранжировок классики, воспринимаемые многими за симбиоз жанров. Здесь знание автором классического материала гармонично сочетается с современным так называемым «неоклассицизмом». В глобальном же масштабе я эту музыку не вижу. Нет в ней связи с сегодняшней эпохой, как и нет переосмысления прошлого. Скорее это примерно то, что в свое время делал Эрик Сати, – меблировочная музыка. И как французский импрессионист, Франческо Тристано совмещает высокие гармонии прошлого с музыкой рабочего класса. #Тристано

О чем сложно говорить – о том следует писать музыку или рисовать. Контекстуальный анализ практики музицирования и музыкальной терапии. Время чтения ~ 15 минут.

Знаменитый итальянский пианист Маурицио Поллини в 78 лет записал три последние сонаты Бетховена. Музыковед Ляля Кандаурова рассказала проекту Muzium об этой работе.

«Его репертуар, концертный график и дискография – причудливое сочетание стальной дисциплины и утончённости; пожалуй, так же, как и его игра».

Послушайте альбом – https://vk.cc/aqT0FH
Рецензия на альбом – https://vk.cc/aqT0DW