Я улыбнусь тебе,
ты скажешь снова:
"Я не подобен смерти или богу".
Я улыбнусь,
даря тебе цветы,
ты спрячешься в версальские кусты.

Я протяну тебе приветно руку,
ты промолчишь
или ответишь стуком.
И в этом стуке звук железных век:
"Здесь должен умереть последний человек".

23.02.25г.

я хочу вмяться в стену стать гиацинтом меня похоронят в цветочном гробу я стану сделан из золота стали и цинка я очень долго живу я знаю что болен я знаю что смертен и после
смерти я стану подобен льву стану подобен
смерти я буду нести косу буду смеяться кричать поверьте стану похож на лису

меня похоронят вместе с зеркалом я буду смотреть на себя я буду лежать думать и меркнуть думать что это и вправду я
буду похож на лиану вьющуюся долго и нежно я стану похож на цветок стану похож на подснежник стану расти и расти я гортензия я гортензия я думаю
мне не хватит сил остаться таким же безмолвным как ветер язык или зубы
или может я буду всегда молчать
а может я стану похож на птицу

На мне стоит печать,
нет уж, всё таки я мёртв.

08-10.03.25г.

1
Я помню движение век мне кажется я живой название человек является мне во сне я словно стою над рекой
я словно читаю стих меня озаряет свет я вижу толпу людей мне тошно смотреть на них мне
страшно смотреть на них в их лицах ничего нет я долго не вижу дна во мне не растёт трава и в этой траве со мной лежит лишь моё же лицо
оно произносит слова

Ты не произростаешь в небе алым цветом ты не цветок не мак не муравей не засыпай здесь перекрытым светом сияет тот кто выживет здесь через десять дней
Ты не прелестный лучик сонной вязи ты знаешь ты подобен человеку ты смертен и находишься лишь в комнате из грязи переплывая солнечную реку

Я вижу ты спишь мне больно смотреть на себя мне нужно смотреть на себя
Мне хочется спать смотря на звёздное небо и видеть как в нём восходит заря
но кажется я не субъектен


2
уже не падает снег
мне кажется я живой
я так высоко залез
меня не достать рукой

уже не кричит зима
и мне не хватает слез
осталось растить слова
в тени поднебесных грез

в лучах переливов воды
у влаги живой реки
пытаясь внести следы
лишь тень от своей руки

пытаясь остаться у век
коснуться своей рукой
я знаю что я человек
мне кажется я живой

02.03-08.04.25г.

знать ли верить думать о любви
плакать ни о чем себе не веря
видеть жизни сомкнутый эфир
падать в чрево огненного зверя
плыть у берегов пропахших лет
верить ли терпеть увядшим снам
утопать явившись не на свет
не являясь огненным кустам

знать ли верить думать о любви
видеть как пропали люди моря
в синем цвете тают люди книг
пахнут как несущееся горе
увядать в приятных сонмах лет
слышать звуки полные прохлады
жить не означает видеть свет
в сонном цвете сны из сладкой ваты

11.04.25г.

А в это мгновение падает небо,
я долго считаю до ста.
Мне хватит тебя, ведь доныне я не был
ни здесь,
ни у света
больного костра.

23-27.04.25г.

"Весна"

Где-то легко и глубоко
солнца открылся котёл,
словно небесное око
шло в ханаанский
шатёр.

29.04.25г.

ветер гоняет дланью высокой
ткани небесные
порванной линией
ждут ездока с ликом гордым и злым
переступая в тенях бесконечные
пятна рассыпаных в сумерках звёзд
плавится небо от взора любовного
страшного гостя

02.05.25г.

"Откровение полевой мыши"

В лучах дневных простот изнеможденных пуст
в тени ленивых век дневного сна,
под светом стонов майских лиц о звон каштана гроздьев,
а между тем велик и гул дождя,
и волны ветра об моря колосьев
и статен редкий куст.

12.05.25г.

По пятнам тела,
костями бёдер, словно иглами, впиваясь в кисти рук,
сквозь потолок смотря на звëзды,
стекали прозрачные линии тихих взглядов.

Кто-то думал,
кто-то слышал,
кто-то знал об этом.

Кто-то, отходя от молчаливых очертаний тысяч собственных лиц и превращаясь в нечто особенное, видел свои страхи, спрятанные в чужих мечтах и,
храня у груди последний оставшийся,
засыпал, думая о том, что хотел бы научиться принимать всё, как есть.
Кто-то хотел спастись, но не знал, что иногда потерять крылья – значит остаться невинным.
Смотря на жизнь сквозь сон, перестать видеть небо – значит утопиться в янтарном цвете тихого моря посторонних взглядов
и не хотеть остаться здесь.

А кто-то тихо наблюдал и думал лишь о том, как красиво обволакивает фонарный свет редкими отбликами молчаливую ночную листву, и ничего ему не было нужно.

Шёл дым.

20-25.05.25г.

***

Где ты?
Детали дела
Проглотило море,
Свет, дым
Пережевав
Беззубыми волна‌ми.
Горе
Тому, кто затащил
На бриг прибоя
Смятый
И недобитый
Бунт печали.
Где ты?
Не выпускают эхо
Волны.
Дети
Усталых звёзд
Седеют в дохлой дымке.
Бредил
Усатый боцман
На морском погосте.
Гости
Мы все на празднике
Борцов с причалом.
Смерти
Усталый домик
Сделанный из камня.
Смерьте
Всю эту горечь
Неразменной соли.
Сколько
Ещё осталось
Горевать о суше,
Горько
Рыдать о воли
Обобщённо божьей?

05.08.2021

в тени твоих приятных глаз
осталось смотреть на беспечность
в порыве желаний
кто знает
где ты не будешь видеть
моё лицо

26.05.25г.

Под солнцем
облаком
в движеньи
ветра грозди всё падают на тень.
Опаловая степь
смеётся, зная,– "скоро будут гости",
и в восемь лучиков лукавствуется день.
Ни зла, ни жара
полуночных знаний
вес кораблей на небе не определит.
И я бегу от них, и что-то мне сияет,
а днём никто не спит.

27-29.06.25г.

|

и чужая светится звезда
там на страшных конских простынях
тень новорожденная орда
есть в освобождении меня
здесь о светлый лик
от мановений век
тратит силы бог и бесконечный
знаю сколько длится миг и
человек
в дым костра и звон огней беспечным
взмахом отчуждение бровей
значит мы узнаем что за слово
не скрывается в святом жару но
снова
мы не захотим уже терпеть
значит мы уже почти сумели
долго и беспечно
листья будут петь
пряча непосредственность мгновений

скоро скоро будет много лет
глазом очертания иглы
проведем и маленький корнет нам споет
как радостны углы знает он что мира больше нет

||

все идут на казнь
и скрывая под молитвой лица
нежными руками злую пасть
солнца беспрепятственный убийца
орошает кровью наши рты
их беспрекословные отцы
отходя не создают преграду скоро будет мир и в этом мире бог а в глазу начерченной иглой остается только шрам от раны он пройдет смахни его рукой
знай что нас спасут мы овцы скоро будет мир он один и он большой и страшный мы все блеем и на нас не смотрит светлый глаз мы овцы скоро мы умрем и скоро станет ясно и светло. все идут на казнь

01.08.25г.

значит я не болен
видно кто-то свыше
барабанным боем
недовольно дышит

переправить солнце
в три этапа в небо
я совсем не помню
место где я не был

а у небі можливо палаючі зірки
не зможуть померти блакитним вогнем

та й я не побачу їх сліз

26.08.25р.

возле узких вершин
бесконечных окон и снов
на мгновение
тратит силы шумя
ошарашеным звоном бог
остаётся считать этим часом полночное слово
и бдение
грозным маршем звучит
тихий топот копыт
или бегство ног
не смотря ни на час ни на год открываются лица и двери
в перебитое знаками время
входит некто святой
остаётся считать или ждать,
что беспечные люди и звери
остаются считать эти стуки и звоны
фальшивой и мутной водой

кто не знает
что ночью в тиши
или в час предрассветного рвения
станет словом и явью
трехглавая птица –
то снится предсмертный сон
станет всем
и сойдёт со своих вершин
или миг или день рождения
но не станет ни злиться ни бить ни рыться
скрываться от этих зон
в тишине наступает совсем
одинокое мление
и скитаясь лежат по стопам или тропам озябшие птицы и рвы
там о них неприятно и стыдно молчат
или лгут стаи гну или львы
и грозы в сквозном кипении
нам осталось лежать или ждать
и смотреть на чужие сны

21.08.-05.10.25г.

только жаль не узнать бы что с севера
привезут может времени семя
нам уродливым черствым и серым
соберутся могилы кругом
нам неясным печально наказано
стать водой в отражении сказок
может бой здесь вершится прекрасный
может скачут портреты
раскаявшись

я вижу звона тень лазурных цвет и в каждом теле мне кажется я чувствую покойный сон над тучным небом тихо вьются злые ели и я уже не помню ни о чем

Алексей Хвостенко

О лев! Твой взор был темен и глубок,
Как скрип крыла по воздуху ночному.
Девичья грудь вздымалась по-иному,
Когда смотрел я в глаз твоих поток.

Зачем остыл и не бурлит восток,
Какому умыслу он уподоблен злому?
Зверь-камень мертв, но дева-лев живому
Подвластна времени. Я слышать его мог.

Оно лилось и наполняло глину
Души моей твоим, о лев, огнем.
Крылатой влагой дева пела в нем.

Гимн радости прохлады бедуину
Движения, а тела водоем
Изображал пленительную спину.