https://t.me/c/2404710267/7040
Ну Константин 😀.. Все хотят кусочек отхапать
Он как девчонка на диване в том меме, а сзади стоит Влад, Женя, Андрей и Миша.

Скрип кровати нисколько не напрягал — они дома, у себя дома, где можно не бояться быть застуканными.
Поэтому Андрей отдаётся процессу на все сто, поэтому Миша смог расслабиться, их внимание поглощено только друг другом.

Оседлав Мишкины широкие бёдра, Андрей выгнулся, задрал голову вверх, тут же — игривый укус от Михи и просьба не отводить взгляд.
Бровь подлетела вверх. Андрею нравится слушать Мишкины желания, особенно в постели, когда они искренние и беззащитные. И Андрей смотрит на поплывший Горшеневский взгляд, на морщинку меж бровей, на эти карие бездонные глаза, выражающие любовь и привязанность, на шею, плечи, грудь — на всё, на что хочется. Взгляд примагнитился к яркой «Анархии» на вздымающейся потной груди. Андрей проводит по ней пятернёй — царапая, потом поглаживая. Андрею нравится это «А», это красиво, это необычно и дерзко, это «А»… Это его инициалы. «А» — Андрей. Мишка принадлежит ему, сердцем принадлежит. От таких наивных мыслей приятное тепло разливается по телу. Миша особенно хорошо задел простату, Андрей взбрыкнул и, не в силах держаться прямо, рухнул Мише на плечо, слепо тычась губами.

Как же Андрей любит Мишку — сил нет. Андрей вложил в объятия всю силу и, сдавливая широкую спину, радуясь, что Мишка — это Мишка, не хрупкое создание, а огромный сильный медведь.

–––

На полях листка с текстами песен начали появляться загогулины, вырисовывающиеся в букву «М». Андрей витал в своих мыслях и каждый раз возвращался к той, что пришла ему в голову, когда он скакал на Михе, любуясь его грудью. «М» — Миша, Миха, его Мишка.

Андрей взял маркер, подошёл к зеркалу, стянул футболку, примерился и ткнул кончиком маркера в то самое место, где у Миши была «Анархия». Князь покряхтел, криво вывел «М», приукрашивая её шипами. Полюбовался, но остался недоволен. Нет, он не хочет повторяться, да и слишком палевное место. Если «А» — без вопросов, то что будет значить «М» для массового зрителя? «М» — Моробой? Марихуана? Минет?…

Андрей покрутился, присмотрелся и хлопнул себя по упитанной попе, ставя точку в окончательном решении своих проблем.

–––

Мишка зверея впихнул Князя в номер. Сегодня отыграли последний концерт в туре, а Мишка ни разу за это время не получил полноценного Андрея. Он всё морозился: то голова трещит и перепил, то лишь поцелуи. Да, был щедрый минет, но себя потрогать он не дал, а Миша, кажется, сломался — без Андрея наслаждаться ласками ему не в кайф.

А у Князя были причины. Он ждал, пока заживёт новенькая татуировка. Её он с горем пополам до отъезда в тур ходил делать к одному знакомому татуировщику, который не будет задавать лишних вопросов.
И сам уже был на измене. На последних концертах у обоих дымилось так, что было неловко. Откровенные стояки виднелись с любого ракурса.

— Андрюх, если опять «нет», то я тебя силой возьму, понял!

Пиздит Миша — не сможет, рука не поднимется, но отчаянное рычание показывало: плохо, Андрюх, херово мне, выручай.

Андрей стащил жилетку, весь разгорячённый и голодный, налетел на Миху, залезая ему в штаны, заполошно шепча:

— Да, сегодня однозначное «да». Не обижайся на меня, Мишут, я сюрприз готовил.

Горшок недоуменно зыркает, а Андрей уже Миху почти раздел, на кровать толкает и сам с себя штаны-мучители стягивает.

— Нахер кожаные натянул, — ворчит Миша, помогая стянуть.

Освободившись, Андрей к Михе прилипает, всего лапает, мнёт, царапает. Мишку своего вдыхает — сигареты, пот, пиво — всё родное, любимое.

— Ну, что за сюрприз-то? — еле проговорив каждое слово сквозь яростные поцелуи, любопытствует Миша, сжимая плотные ягодички, и вдруг Андрей болезненно охает.

— Так ты его уже потрогал… Мих, не так сильно.

Миша пытается заглянуть за спину Андрея, но не получается и, злясь, спихнул Андрея на кровать. И тут ему открылся Андреев соблазнительный тыл с яркой чёрной «М» на крестце.

— Это чё?

— Сюрприз, дурик. Нравится? — смеётся Андрей, игриво зыркая через плечо, отклянивая зад.

— М-м, — протягивает Миха и проводит большим пальцем по контуру татуировки. — Почему «М»-то?

— Не догадываешься? Кому я принадлежу? Тебе, Мих. Как и ты мне. Твоя сиська мне шепнула, да и миру всему.

Миха кидает взгляд на свою грудь, смотря так, будто сейчас она и ему что-то скажет.

— А. … Андрей? Так это ж «Анархия».

— И ещё «Андрей».

Миха гыгыкнул, сжал свою грудь, а другой рукой нежно крестец гладит.

— Во даёшь, — дивится Горшок и наклоняется к Андрею.

Широкий язык гладит красноватую кожу, успокаивая. Андрей выдохнул, дёрнув бёдрами.

— Так нравится? — неугомонно выпытывает Андрей.

Мишка не желая отвлекаться, все же сказала:

— Нравится. Ты и без татухи  мне принадлежал, ё-моё! — язык юркнул ниже, Андрей шумно выдохнул.

Хорошо-то как. Что нравится.


–––

Мишка брал его сзади, любуясь, как «М» дрожит при каждой фрикции, и зачарованно трогал, щупал, тёр. Андрюшина спина, поблёскивая в свете комнаты, великолепно извивалась, доводя до предела. Горшок вгрызся в покатое плечо — и желаемое блаженство овладело им.

–––

А потом они просто лежали, переплетясь ногами, и молчали. Миша всё водил пальцем по букве «М», будто проверял, не исчезла ли. Андрей сонно моргал и улыбался в Мишкину шею. За окном шумел город, но здесь, в их небольшом номере, было тихо и спокойно.