Булочка с Гавайев.(зарисовка по княшкам; омегаверс)
–––
Миша приходит из театра, а Андрюши нет. Хотел позвонить, но телефон разрядился. Пришлось ждать, пока хоть процентик появится. Миша ждёт, у Мишки стресс. Он последние месяцы плотно над «Гамлетом» работал, року раздавал, и времени на беременную омегу не хватало. Дома почти не появлялся. А теперь на стенку лезет, всех на уши поставил — в два часа ночи звонит родне и друзьям. Дома щётки нет, некоторых вещей нет, чемодана нет. Всё, Миша под утро уже пришёл к стопроцентному выводу, что его Андрюша, его булочка беременная, кинула его, непутевого альфу.

И вот, названивая в сотый раз, Миша слышит знакомый рингтон на лестничной площадке и голос, который фонит и двоится в динамике телефона и вот тут, в прихожей:

— Привет, Мишк, а ты чего не спишь? Это ты мне названивал? Что-то телефон глючит, я его утопил случайно.

На пороге — довольный, загорелый Андрей с чемоданчиком и животиком на восьмом месяце беременности. Миша на шею ему кидается, целует и почти плачет. А Андрей испуганно глядит, успокаивает.

Оказалось, Андрюше вдруг ночью захотелось на море, а лучше сразу к океану голубому — вот прям сейчас. И купил он себе билетик на Гавайи и погрел он там свои бока уже три дня и ждал редкого выходного. Мишечка у него весь в делах, а Андрей не обижается. Выйдя в декретный отпуск недели две тому назад, он заскучал и как самостоятельная омега решил себя развлечь.

Мишка сокрушается:
— Чтож ты, Андрюха, не предупредил, не сказал?

А Андрей смеётся:
— Да как я тебе скажу, если дома тебя нет, а телефон у тебя вечно разряжен и позвонить не могу? Я в телеге написал, но ты её не читаешь.

Миша выдыхает, смаргивает последние слёзы и всё равно не отпускает Андрея из объятий. Стоит, уткнувшись носом ему в макушку, вдыхает запах моря и солнца, который привёз с собой его беглый омега.

— Дурак ты, — шепчет Миша в волосы. — Совсем дурачок. Я же тут чуть не поседел.

— А ты и так седой, — улыбается Андрей, гладит его по щеке. — Так. Меня обнял, а наших малышек?

Миша осторожно, почти благоговейно, опускает ладони на круглый животик.

— Соскучился, — говорит он глухо. — По всем вам. И очень люблю.

— Знаю, — Андрей накрывает ладони своими, прижимает крепче. — Поэтому куда я могу уйти? Ну как мы будем без нашего ворчливого папки?

Миша наклоняется и целует его — сначала в лоб, потом в кончик носа, потом в губы. Долго, мягко, с тем самым терпением, которого ему так не хватало в последние месяцы. Андрей отвечает, обнимает его за шею, прижимается всем телом, животиком к любимому, успокоившемуся Михе.

Константин — состоятельный бизнесмен, весь в работе. А его мальчик устал от мизерного внимания к своей персоне и, решившись, нагрянул на последний этаж к своему любимому директору. Весь такой неземной, бесстыжий, с дерзким макияжем, шикарной укладкой и в красном платье, подчёркивающем его чудесную мужественную фигуру. Он шёл по длинным коридорам, цокая каблучками, и ловил удивлённые, а то и откровенно прихуевшие взгляды.

Владу нечего бояться и уж тем более стесняться — ведь его папик рулит всем и каждым. Одно неосторожное слово — и этот никчёмный гомофоб вылетит с работы.

А в это время Константин был весь в делах. Скоро совещание, и внезапные десять минут отдыха, чтобы спокойно выпить кофейку и позалипать в стенку. Но шум за дверью обломал эту глупую надежду.

Голос Катеньки, юной секретарши, взволнованно звучал:

— Константин Андреевич сейчас никого не принимает. Да куда вы идёте!?

Шум каблучков, и дверь распахнулась, впуская нахального парня. Он бросил девушке в ответ:

— О-о, меня-то он точно примет.

Влад улыбнулся:

— Константин Андреевич, а я к вам.

Мужчина удивился, порываясь встать, но Влад — для человека на каблуках — уж очень резво оказался рядом и легонько толкнул Константина в грудь.

— Сидите, сидите. Не напрягайтесь…

— Влад… ты что тут делаешь? Ты пришёл сюда вот в этом?!

Влад довольно оглядел себя, поправляя лямочку на плече:

— Да. Нравится?

Константин смотрел на него, не в силах отвести взгляд. Влад стоял у стола, облокотившись на край, откинув голову назад, демонстрируя длинную шею, ключицы, глубокий вырез платья, из которого выглядывала волосатая грудь. Каблуки делали его ноги бесконечными, а платье красиво облегало бёдра.

— Ты… — начал Костя, но Влад не дал ему договорить.

Он оседлал его бёдра, раздвинув ноги, оказываясь лицом к лицу. Влад чувствовал, как под ним напрягается тело Константина, и откровенно балдел.

— Ты с ума сошёл, — прошептал Костя, но руки уже сами легли на талию, скользнули по обнажённой спине с глубоким вырезом. Кожа была горячей, гладкой, и пальцы сами впивались в неё, оставляя следы.

— Ага, — усмехнулся Влад, наклоняясь. Он поцеловал его в подбородок, в уголок губ, в шею — коротко, кусаче, дразняще. — Я немножко псих... Кость, ну как же тебе идут костюмы… ты такой папочка… — Лисий прищур, и голос полился мягко: — Папочка, мне плохо без тебя. Я соскучился.

— Влад, у меня сейчас совещание… — Костя попытался быть серьёзным, но голос сорвался, потому что бёдра Влада начали двигаться, тереться собственным возбуждением о крепнущую плоть под тканью брюк.

— Успеем, — выдохнул Влад и заткнул его рот поцелуем — глубоким, властным, не оставляющим шансов на возражения.

Константин сдался. Его руки сжали ягодицы Влада, притягивая ближе. Воздух в кабинете стал горячим, тяжёлым.

— Влад… соблазняешь? — прошептал Костя, отрываясь, чтобы вдохнуть. Глаза его были полуприкрыты, тяжелы от желания.

— Да, — просто ответил Влад, глядя на него в упор. — И у меня получается.

И тут — стук в дверь.

— Константин Андреевич, — голос секретарши. — Уже все собрались. Разрешите начать?

Константин замер. Влад — тоже. А потом, усмехнувшись, парень сполз с колен и ловко нырнул под стол.

— Ты что… — начал Костя, но Влад приложил палец к губам и сверкнул глазами.

Дверь открылась. Компаньоны, спонсоры и прочие важные дядьки и тётки, здороваясь, заняли места за длинным переговорным столом.

Константин сглотнул, поправил пиджак, одёрнул брюки. Хотел встать поприветствовать, но цепкие пальцы надавили на колени: мол, дурак, у тебя стоит так, что гвозди забивай. Константин остался на месте, кивая важным людям.

— Простите, что-то сегодня чувствую себя не очень.

— Да, у меня целый день голова болит...

— Это магнитные бури, слушайте, у меня есть одно средство…

Присутствующие завели отстранённую тему и перестали обращать внимание на Константина.

Влад устроился между ног Константина. Он положил голову на колено Кости, щекой прижался к твёрдой ткани брюк и замер.

Константин сглотнул, стараясь никак не выдать напряжение лицом. Началось совещание. Пришлось говорить — благо он человек многозадачный. Голос его звучал ровно, уверенно. Но под столом Влад чувствовал, как напряглись его мышцы, как часто забился пульс на запястье левой руки, которое лежало на колене, и парень успокаивающе гладил.

Влад улыбнулся. Он провёл рукой по бедру — легонько, едва касаясь. Потом выше — к паху. Пальцы нащупали ремень. Константин на секунду запнулся, но быстро взял себя в руки.

— Продолжайте, — сказал он говорливой даме.

Влад тихонько расстегнул пуговицу, потянул молнию. Член уже стоял, упираясь в ткань трусов. Влад прикоснулся через ткань к головке, потом ниже, забираясь пальцами ближе к мошонке. Карие глазки неотрывно смотрели на орган и подмечали малейшие реакции. Окончательно возбудив любимого, Влад оттянул ткань трусов и горячим дыханием подразнил чувствительную кожу. Подушечка пальца оказалась ниже головки, щекоча и медленно ползла вверх, натыкаясь на капельку предэякулята. Парень довольно улыбнулся и едва коснулся головки, проводя по тугой уретре ногтем.

Константин весь подобрался, дёрнув подбородком. Монолог одного из компаньонов на миг прервался, и Константин поспешил заболтать информацией про цифры и статистику. Говоривший, кивая, подхватил инициативу и продолжил. А Влад не прекращал сладкую экзекуцию и гладил крупную головку — пока только пальцем. Но, наконец изнемогая сам, облизнул губы, оставил влажный поцелуй на вздувшейся венке у основания. Напомаженные липкие губы оставляли заботливые поцелуи, поднимаясь то выше, то спускаясь ниже. Наконец, дойдя основательно до головки, коротко лизнул.

Константин вздрогнул. Его стиснутая в кулаке рука потянулась к светлому затылку — не отталкивая, а поглаживая, поощряя.

Влад взял член в рот. Глубоко, насколько смог. Слюна потекла, он задвигал головой, чувствуя, как член пульсирует на языке. Константин дышал тяжело, но стоически делал вид, что всё в порядке, и продолжал совещание. Только пальцы в волосах Влада сжимались сильнее.

— Есть вопросы? — спросил он, когда презентация закончилась.

Вопросов не было. Все смотрели на босса, который сидел с каменным лицом и растущим пятнышком румянца на щеке.

— Тогда всё, — сказал Константин, молясь всем богам, чтобы лишние люди поскорее покинули кабинет. Работники засобирались, зашуршали бумагами. Константин улыбнулся вымученной улыбкой, когда последний вышел и дверь закрылась. Он наконец выдохнул — почти простонал.

— В-Вла-ад…

Мужчина раздвинул ноги шире, вцепился в короткостриженный затылок, грубо насаживая Влада на пульсирующий член. Влад задышал носом, карие радужки глаз закатились за накрашенные веки в приступе блаженства. Его руки ласкали основание и старались добраться глубже, под мошонку.

Константин стал подмахивать бёдрами, хмурясь в приближающейся разрядке, но Влад, коварный малый, с силой отстранился, выпуская длинный, важный орган изо рта. Губы блестели, глаза горели, кончик языка дразняще показался в миллиметре от дёргающейся головки.

Костя всхлипнул, попытался приблизиться к губам, расплывшимся в хищной, щербатой улыбке, но ему не дали.

— Нет, Константин Андреевич, так дело не пойдёт. Кончить в рот — это мелко…

— Это у тебя мелко… блядь, Влад, давай, заверши дело!!

— Папочка хочет, чтобы я дососал? Нет, я плохой мальчик, потому что ты был плохим папочкой, — игривый голосок тут же переменился на серьёзный, обычный. — Выеби, а!

Влад вылез из-под стола, поправляя платье, нависая над плохо соображающим мужчиной. Он взял руку Константина, отодрал от подлокотника и вложил в потную ладонь блестящий квадратик презерватива.

— Папочка же не хочет, чтобы его малыш залетел?

Тёмные глаза Константина, подёрнутые поволокой, расширились. Крепкие руки обхватили бёдра парня, притягивая ближе.

— Влад…

Парень сочувственно посмотрел на тормозящего мужчину, взял презерватив, разорвал обёртку и, вновь очутившись между разведённых ног, раскатал резину по крепкому члену.

Это будто ключик был. Ключик к Константину. Он ожил. Развернул Влада, толкнул на стол, раздвинул ноги, заставляя раскрыться шире. Задрал платье — и его взору предстали чёрные просвечивающие трусики, аппетитно обрамляющие мужской зад. Костя зверино рыкнул, содрал трусы и потянулся к анусу. И тут сюрприз: между ягодиц притаилась пробка, приветственно поблёскивая камушком.

— Владюш… мой малыш играл сам с собой. Надеюсь, ты представлял меня, когда пихал это в себя?

— А ты как думаешь, дурак? Ради кого весь этот транс-маскарад? Ну же!

Костя потянул за пробку. Влад вздрогнул и протяжно выдохнул, когда она медленно покинула подготовленную дырочку. Опустев, она стала сокращаться. Константин, как заворожённый, потянулся к ней, погружая палец. Он вошёл легко.

— Садист, — взвыл Влад, помахивая бёдрами и задевая краем стола влажный член.

Константин шлёпнул по голой ягодице и к пальцу пристроил головку, погружаясь в ненасытное тело. Влад вскрикнул — облегчённо и болезненно. Большой его папочка, размер приличный, а тут ещё и с пальцем.

Костя задвигался, мучая Влада новой пустотой, но тут же входил наполовину. Стиснул ягодицу, отводя её в сторону, и стал трахать с оттяжкой. Влад взвыл, стол скрипнул, но выдержал вес двух мужчин.

— Да, ещё глубже. Бери… Папочка, а…

Широкая ладонь зажала пиздливый рот.

Константин слушал эти слова и тек. Разработанный, но не потерявший тугости анус сладко сдавливал со всех сторон. Константину стало жарко; он, не прерывая фрикций, расстегнул пуговки на шее, ослабил галстук и стащил с себя пиджак, не заботясь о его чистоте.

Костя брал Влада, любуясь вспотевшей спиной, короткостриженным затылком, блестящим платьем, из-под подола которого так развратно виднелась обнажённая задница, принимающая его, Костин, болезненно возбуждённый член. Костя чувствовал себя псом в течку — он не мог перестать громко дышать и не хотел прекращать сладостные движения. Яйца поджимались, член, влажный и готовый вот-вот извергнуться тугими порциями семени, управлял светлой головой бизнесмена.

— Ну что ты со мной делаешь, что делаешь, Владюш… — Сильный укус на плече заставил Влада вскрикнуть.

Косте стало досадно, что он не видит лица любимого мальчика, и пришлось выйти и повернуть Влада к себе лицом. Блядский макияж немного размазался, придавая совсем развратный вид. Костя вошёл во Влада и с новой силой стал вбиваться в содрогающееся тело. Влад взмолился:

— Кость, руку! Рукой меня-я возьми…

Костя стиснул аккуратный, твёрдый член, размазывая влагу, и тут же Влад задрожал, обнимая Костю не только руками, но и длинными ногами. Грудь выгнулась, и большие порции спермы оказались на рубашке Константина и на животе Влада.

Костя, ощущая, как кончает Влад, вплавился в юное тело и яростно сдавил бёдра, оставляя следы от грубых пальцев.

Длинные волосы выбились из хвоста. Костя, весь неземной и растрёпанный, содрогнулся от накатывающего оргазма и, почти всхлипывая, кончил. Долгий оргазм сотрясал его. Костя вытащил член, пульсирующий анус сократился — презерватив там и остался, выпуская горячую сперму стекать по ягодице и бедру. Костя добавил капли семени на животик своему мальчику, размазывая, и отлетел в посторгазменную негу, облокотившись на Влада.

Им понадобились минуты, чтобы вернуться разумом в этот бренный мир и начать приводить себя в порядок. Рубашка испорчена, платье тоже. Но это сейчас не волновало.

Влад, как слепой котёнок, тыкнулся в колючую щёку и стал целовать — искренне и нежно.

— Кость, поехали домой? Мне мало. Хочу, чтобы ты меня на кровати взял, чтобы я на тебя залез и сам, ну…

Всё, пошлый Влад кончился, пришёл обычный, родной мальчик. Видать, Костя его совсем запустил, раз Влад вот так, бесстыже, явился, вытворял безбашенные выкрутасы.

— Идея хорошая… Но… Давай… У меня скоро отпуск, и давай не вылезать из кровати все две недели? Будем трахаться каждый день. Обещаю.

Влад зарылся в лохматые патлы и закивал головой.

— Договорились... папочка.

Немодельное агентство
2.Принесенный в жертву.

Тишина, лишь вибрация уведомления на телефоне доказала, что Влад не оглох.

— Вла-ад, мы скоро будем богаты!

Парень смотрел на дверь, скрывшую этого странного человека. Шутник, ведь правда? Вон Никита подослал, чтобы постебать. Смех сам собой вырвался — громкий и глупый.

— Ты чё?
— Куда смотреть? Камера тут? Прекращай. И скажи своему актёру, что неплохо играет. Давай, всё, надо браться за работу.

Никита недоумённо пялится на утирающего слезинку товарища:

— Ты думаешь, это пранк? Во, дурак! Если кто и решил постебаться, так это не я. Хотя идея хорошая. Видел бы ты своё лицо!

Парень напрягся, прекращая смеяться:

— Как? Не твоя дебильная шутка?!

Влад подошёл к окну. Солнце слепило, создавая радужные круги под веками.
— Подожди... А что это за тип?
— Это был Константин Андреевич Плотников, состоятельный мужик, — Никита потёр пальцы, изображая шелест купюр. — Да он скупает стартапы, и бабла у него должно быть немерено... Странно, у него жена была, и вроде ребёнок недавно родился? Эх! Этих извратов не поймёшь, да и какая разница? Сейчас пол-ляма нам как раз нужны. Теперь эту кошёлку Дарью вмиг от себя отвадим. Мы у этого чела как у Христа за пазухой будем.

— Стоп! Стой. Это что? Мне, получается, предложили... Чо сделать?
— Провести два часика с интереснейшим человеком.
— Бред. Не-а! Меня покупают! Ты хоть это понимаешь?! Ау, блядь. Как вещь, как... как игрушку. Меня!
— Влад, рано или поздно это бы произошло.
— В смысле?
— Ну-у... Ты похож... на этих похож. Смазливенький. И неудивительно, что тебя выбрали.
— Не-е-е-т. Хуйня. В смысле — из этих? Сам ты пидр! У меня есть девушка... была.
— Это ничего не решает. У этого ходячего кошелька вообще жена, и?
— ... Нет... Если «ничего страшного» — сам с ним два часа проведи. Тоже блин, из этих. И смазливый. — Влад готов вновь рассмеяться, но так, по-сумасшедшему.
— Прости, малыш, я только по девочкам, не люблю эксперименты. Да и он выбрал тебя, на меня тип даже не посмотрел. Конечно, когда такой смущяшка рядом, все меркнут, — расхохотался Никита, ероша Владюшину укладку. — Успокойся, что ты теряешь? Всё путём!

— Путём? А тебя не смущает, что я, директор компании, должен быть принесён в жертву?
— Эй, директор, ты тут не единственный делами рулишь. У нас всё на троих поделено. С чего ты себя возомнил главным?
— А с того, что идея моя!
— А первый взнос мой!
— Не твой, а твоего папаши!

Никита зло блеснул глазами, но вдруг блаженно улыбнулся:
— А с того, что нам эти деньги позарез нужны, и ты из штанов выпрыгнешь, а их достанешь. И почему ты думаешь, что дело дойдёт обязательно до секса? Два часа, ну что он успеет? Может, у него и не стоит вообще?

Влад посмотрел на товарища-бизнесмена как на самого великого идиота:
— Скажи мне, сколько процентов наших девочек обходились лишь беседами? По нашей статистике — двадцать, двадцать процентов. А если попадались деды с висячими хуями, так это не благо. Вспомни, что с новенькой Катей было. Мерзость! Бедная...

Влад, не зная, куда себя деть, бестолково начал наматывать круги. Всё внутри кипело. Он унижен, над ним насмехаются.

Никита усадил Влада, нависая:
— Остановись, башка закружится... Ты что, правда не из этих?
У Влада глаза округлились.
— Ну я смотрю на тебя, и мысль шальная, что есть в тебе что-то такое. Ну, кались, было же...

Оскорблённый таким вопросом, Влад толкнул друга и вскочил:
— Да не гей я!

В кабинет вошла Лея:
— Что не поделили? Орёте так, что в коридоре слышно. Когда новеньких отфоткаем?
— Да подожди, у нас тут перспектива пол-ляма разработать вот прям по-быстрому, — отмахнулся Никита.
— Так и кто наша счастливица, кому писать?
— Она уже тут! Точнее — он. — Никита кивнул на стискивающего кулаки Влада.

Лея, не понимая, глазами похлопала:
— Да говори нормально!
— Можешь поздравить нашего директора, у него первый клиент. Был тут один, я ему лучших девочек, а он... Влада выбрал. Два часа — и у нас в кармане пятьсот тысяч, а!

Лея подошла к парню, заглядывая в глаза, реагируя как Влад пару минут назад — ожидая шутки, но скорбное лицо убедило в правдивости.
— Это полный бред, я...
— У нас клиент по мужикам, что ли? — весело уточнила Лея, хватая Влада за руку.
— Вы глухие или тупые? Я должен за бабки себя подставить этому пидарасу старому! — Влад беспомощно сорвал пиджак, ощущая, что горит.
— Да не такой он и старый, — спокойно заключил Никита.
— Бля-я...

Лея села рядом, поддерживающе похлопала по взмокшей спине:
— Неприятно, правда, когда относятся как к куску мяса? А с другой стороны, ты познаешь этот бизнес на своей шкуре. Да и двадцать первый век, долой предрассудки, никто пальцем в тебя тыкать не будет.
— Будет. Пальцем как раз могут и не одним, и... — не удержался Никита.

Девушка посмотрела с такой яростью, что шутник сам заткнулся.
— Такие деньги... Ну что, правда урод какой-то?

Парень мотнул головой, отворачиваясь:
— Да нет... Я не знаю, я не разбираюсь!

— Деньги, Влад. Если ему всё понравится, он может друзей богатых привести, и будем надеяться, что они-то у него нормальные, — отозвался Никита, садясь с другой стороны.

Влад зажмурился: всё внутри рвало и переворачивалось. Деньги, эти чёртовы деньги — нужны-нужны, ведь правда. И всего лишь надо подать себя на блюдечке с голубой каёмочкой... Но может, и правда ничего не будет: Влад с ним поговорит, и они как нормальные мужики разойдутся.

Морщинка на лбу разгладилась, и парень нерешительно кивнул.
— Супер, я ему напишу, — радостно сказала Никита доставая телефон.

–––

Ответ пришёл под вечер, когда Влад чуть отошёл.
Пил кофе и листал ленту. Он живёт у Леи с тех пор, как просрочил платёж за комнату и его вышвырнули. Вначале думал, что у них что-то наклёвывается, но как-то всё смазалось, и он не чувствовал в себе желания, всё ещё скучая, но и злясь на бывшую.

Лея крикнула, вбегая на кухню:
— Влад, старый хер ответил! Никита кинул твой контакт, он тебе написать должен был. Открой, посмотрим.

Влад дрожащей рукой открыл новый чат. Сообщение гласило:

«Здравствуй, Влад. Рад, что всё же согласился. Я человек деловой и прямолинейный, особенно в таких вопросах. Ты мне понравился, и я хочу сделать тебе подарок. Отказ не принимается. Ты его примешь и завтра по этому адресу приедешь ко мне, машину я за тобой пришлю.
Посылка уже едет по адресу, что мне дал твой компаньон.
Я жду, чтобы ты был готов: вымыт, брит и растянут, это облегчит и тебе процесс, и мне.
Насчёт оплаты — как договаривались. Вся сумма будет после.
Жду тебя к 23:00».

Закружилась голова. Влад перечитал сообщение второй раз. Холодный пот побежал по спине, а присутствие Леи, нависающей над экраном, вообще убивало.
— Мыт, брит и растянут, — присвистнула девушка. — Ну, мужик точно знает, что хочет.

Парень прикончил кофе, морщась от горечи на дне стакана, и откашлялся.

Надежда решить всё мирно показалось Владу по-детски наивной. Он правда — мясо.

Лея, видя начинающуюся панику, чреватую отказом, тут же схватила Влада за плечи и потрясла:
— Ну-ка, давай просто подышим...

— Я умру...
— Нет, никто не умрёт.
— Он меня убьёт. Не он — так я потом себя. — Парень смотрел пустым взглядом не мигая, а потом вдруг вскочил: — Ну в пизду! Пиши Никите, пусть сам отсасывает этому уроду. Ни за какие деньги под него не лягу! Или ты или... да и ты ему в хер не упёрлась. Больной мир, ублюдочные люди, уроды, мрази! Да я...

Звонкий удар и горящая щека сбили с толку.
— А ну-ка возьми себя в руки! Хватит ныть. Ты мужик или как? Согласился — так давай вперёд.Не сломаешься от одного раза. Да и раз начал этот бизнес, знай, что девочки испытывают...Нам нужны эти деньги.

Звонок в дверь остановил эту тираду.
Лея, кажется с радостью, скрылась в тёмном коридоре, а Влад ошарашенно смотрел ей вслед.

— Тебе подарочек.
Чёрная коробка с грохотом полетела на стол.
— Ну, что стоишь? Открывай!

Влад потянул за красный бант, стараясь не смотреть на взвинченную девушку.

Пара туфелек и алое шёлковое платье немо давили своей шикарностью.
— Вот это подгон, — Лея вытянула туфельку. — Нифига у тебя ножка. А откуда тип размер знает?