Документальное кино и деньги
Какие сложности могут возникнуть на пути начинающих документалистов? С чего начать знакомство с индустрией и как работать с продюсерами? На каком этапе кинопроизводства нужно искать деньги и почему? Как искать фонды и разбираться в потенциальных источниках финансирования? В каких питчингах участвовать и как к ним готовиться?
23 июля, в 19:00, в прямом эфире Беата Бубенец расскажет, с какими трудностями и рисками могут столкнуться начинающие режиссеры документального кино и как к ним подготовиться. Расскажет, какие существуют источники финансирования, которые можно привлечь для создания фильма, на каком из этапов кинопроизводства нужно начинать поиск ресурсов и как подготовить проект к питчингу и презентации.
Беата Бубенец — независимый режиссер документального кино. Выиграла главный приз на фестивале Docudays UA с курсовой работой «Божья воля». Снимала украинскую революцию, события в Крыму и на Донбассе в 2014 году — на основе этих материалов создала два фильма: «Чечен» и «Полет пули». С ними победила на «Артдокфесте», премии «Лавр», фестивале документального кино в Нью-Йорке, кинофестивале True&False, фестивале Open City Doc. Участвовала в съемках сериала «Русская рулетка», фильмов «Срок» и «Добро пожаловать в Чечню».
→ Зарегистрироваться на вебинар.
Какие сложности могут возникнуть на пути начинающих документалистов? С чего начать знакомство с индустрией и как работать с продюсерами? На каком этапе кинопроизводства нужно искать деньги и почему? Как искать фонды и разбираться в потенциальных источниках финансирования? В каких питчингах участвовать и как к ним готовиться?
23 июля, в 19:00, в прямом эфире Беата Бубенец расскажет, с какими трудностями и рисками могут столкнуться начинающие режиссеры документального кино и как к ним подготовиться. Расскажет, какие существуют источники финансирования, которые можно привлечь для создания фильма, на каком из этапов кинопроизводства нужно начинать поиск ресурсов и как подготовить проект к питчингу и презентации.
Беата Бубенец — независимый режиссер документального кино. Выиграла главный приз на фестивале Docudays UA с курсовой работой «Божья воля». Снимала украинскую революцию, события в Крыму и на Донбассе в 2014 году — на основе этих материалов создала два фильма: «Чечен» и «Полет пули». С ними победила на «Артдокфесте», премии «Лавр», фестивале документального кино в Нью-Йорке, кинофестивале True&False, фестивале Open City Doc. Участвовала в съемках сериала «Русская рулетка», фильмов «Срок» и «Добро пожаловать в Чечню».
→ Зарегистрироваться на вебинар.
Bang Bang Education
Вебинар «Как найти деньги на документальное кино?»
Поиск финансирования — основная трудность, с которой сталкиваются начинающие режиссеры. Это болезненная и для многих фатальная проблема, в основе которой — незнание принципов работы индустрии.
❤4🔥4👍1🥰1
Куда мы едем?
Завершился фестиваль Beat Film Festival 2022. Жюри конкурсной программы присудило Гран-при фильму Руслана Федотова «Куда мы едем?» об одном годе из жизни московского метро. Фильм также получил награду от фонда V-A-C — за человеческую чуткость и предощущение времени. Об этике съемок в метро, любви к Шанталь Акерман, Джеймсу Беннингу и споре с Сергеем Лозницей Руслан Федотов рассказал Константину Шавловскому. Ниже — отрывки из их беседы.
Почему ты решил снимать жизнь московского метро?
В идее снимать в метро ничего удивительного в общем-то нет. Но когда я рассказал Марине Александровне Разбежкиной, которая помогала мне с предыдущим фильмом «Песни для Кита», что хочу снять фильм в метро, она посоветовала снимать так, как будто люди только в метро и живут, снимать его как такое подземное государство, чтобы было ощущение, что вся жизнь происходит только там. И этот ее совет стал для меня точкой отсчета.
Можно ли понять что-то про общество, если находиться с камерой в метро целый год?
На самом деле в метро люди просто куда-то едут, а фильм состоит из каких-то особых случаев. И если смотреть на все праздники, которые происходят в России, и следить за тем, что происходит в метро с людьми в эти дни, то какой-то портрет общества составить, я думаю, можно. Метро очень разное, как и российское общество: если ты в пять или шесть утра оказываешься где-то на окраине, когда люди едут на работу, — это один вагон. Бывало, я просто мог дня три кататься и вообще камеру не включал: обычное метро, обычные люди, кино из этого не сделаешь. Ты же всегда ищешь что-то, что тебя самого выбивает.
Какие чувства вызывают у тебя люди, которых ты снимаешь?
Снимать можно только из любви. И для меня этот фильм — он из любви снят. Из любви и ужаса, из этих двух составляющих. У меня в фильме во время 9 Мая, когда на плазме перед эскалатором показывают парад, там, естественно, везут огромную ракету — и комментатор захлебывается от восторга. А перед экраном стоит человек, бродяга, стоит и смотрит на эту ракету, головой качает, и видно, что он действительно питается всем этим. Он может жить в полной нищете, но его так греет тот факт, что у России есть эта огромная ракета. Или — этот эпизод в фильм не вошел — когда в вагоне едет женщина, ее как будто контузило в фильме «Иди и смотри», у нее такой взгляд прямой в камеру, она едет и на всю станцию поет «День Победы». И я смотрю на этих людей с таким интересом, с таким трепетом. Потому что эти люди — ну как их можно не любить?
→ Читать интервью полностью.
Завершился фестиваль Beat Film Festival 2022. Жюри конкурсной программы присудило Гран-при фильму Руслана Федотова «Куда мы едем?» об одном годе из жизни московского метро. Фильм также получил награду от фонда V-A-C — за человеческую чуткость и предощущение времени. Об этике съемок в метро, любви к Шанталь Акерман, Джеймсу Беннингу и споре с Сергеем Лозницей Руслан Федотов рассказал Константину Шавловскому. Ниже — отрывки из их беседы.
Почему ты решил снимать жизнь московского метро?
В идее снимать в метро ничего удивительного в общем-то нет. Но когда я рассказал Марине Александровне Разбежкиной, которая помогала мне с предыдущим фильмом «Песни для Кита», что хочу снять фильм в метро, она посоветовала снимать так, как будто люди только в метро и живут, снимать его как такое подземное государство, чтобы было ощущение, что вся жизнь происходит только там. И этот ее совет стал для меня точкой отсчета.
Можно ли понять что-то про общество, если находиться с камерой в метро целый год?
На самом деле в метро люди просто куда-то едут, а фильм состоит из каких-то особых случаев. И если смотреть на все праздники, которые происходят в России, и следить за тем, что происходит в метро с людьми в эти дни, то какой-то портрет общества составить, я думаю, можно. Метро очень разное, как и российское общество: если ты в пять или шесть утра оказываешься где-то на окраине, когда люди едут на работу, — это один вагон. Бывало, я просто мог дня три кататься и вообще камеру не включал: обычное метро, обычные люди, кино из этого не сделаешь. Ты же всегда ищешь что-то, что тебя самого выбивает.
Какие чувства вызывают у тебя люди, которых ты снимаешь?
Снимать можно только из любви. И для меня этот фильм — он из любви снят. Из любви и ужаса, из этих двух составляющих. У меня в фильме во время 9 Мая, когда на плазме перед эскалатором показывают парад, там, естественно, везут огромную ракету — и комментатор захлебывается от восторга. А перед экраном стоит человек, бродяга, стоит и смотрит на эту ракету, головой качает, и видно, что он действительно питается всем этим. Он может жить в полной нищете, но его так греет тот факт, что у России есть эта огромная ракета. Или — этот эпизод в фильм не вошел — когда в вагоне едет женщина, ее как будто контузило в фильме «Иди и смотри», у нее такой взгляд прямой в камеру, она едет и на всю станцию поет «День Победы». И я смотрю на этих людей с таким интересом, с таким трепетом. Потому что эти люди — ну как их можно не любить?
→ Читать интервью полностью.
❤9👍1
Эстетика Госкино или «Не удалось ослабить грустную и трагическую тональность»
«Кино и власть» — книга Валерия Фомина о киноцензуре в истории советского кинематографа, о типологии запретов, тайных и явных механизмах работы и исполнителях, о масштабах инквизиторской деятельности и жертвах — неродившихся фильмах, перечеркнутых судьбах, задушенных новых идеях. Ниже — отрывок из предисловия к книге.
«Семидесятилетний марш нашей киномузы под красным знаменем, с “Лепиным в башке” и партбилетом у сердца дает повод не только для восхищения и гордости. Слишком уж дорого пришлось заплатить за эти священные атрибуты. Слишком уж велики и невосполнимы потери, понесенные “важнейшим из искусств” в заботливых объятьях краснозвездного режима.
Естественно, что потери и жертвы никто никогда не считал. И уж тем более не брались они в расчет при подведении итогов. В семиотической системе большевизма минусовые знаки и значения принципиально отсутствовали. Все негативные последствия победного шествия социализма программно, в упор не замечались. “Лес рубят - щепки летят”. Эта книга — об этих самых “щепках”. И только о них».
Зачем сегодня читать об этих щепках? Что нам дадут размышления о советском кино? Эта книга — горький, в чем-то страшноватый документ, и все свидетельствующий: окончательно уничтожить дух человеческий не в состоянии была даже всепроникающая система насилия. Без этой книги будет очень трудно вырастить новый лес.
«Кино и власть» — книга Валерия Фомина о киноцензуре в истории советского кинематографа, о типологии запретов, тайных и явных механизмах работы и исполнителях, о масштабах инквизиторской деятельности и жертвах — неродившихся фильмах, перечеркнутых судьбах, задушенных новых идеях. Ниже — отрывок из предисловия к книге.
«Семидесятилетний марш нашей киномузы под красным знаменем, с “Лепиным в башке” и партбилетом у сердца дает повод не только для восхищения и гордости. Слишком уж дорого пришлось заплатить за эти священные атрибуты. Слишком уж велики и невосполнимы потери, понесенные “важнейшим из искусств” в заботливых объятьях краснозвездного режима.
Естественно, что потери и жертвы никто никогда не считал. И уж тем более не брались они в расчет при подведении итогов. В семиотической системе большевизма минусовые знаки и значения принципиально отсутствовали. Все негативные последствия победного шествия социализма программно, в упор не замечались. “Лес рубят - щепки летят”. Эта книга — об этих самых “щепках”. И только о них».
Зачем сегодня читать об этих щепках? Что нам дадут размышления о советском кино? Эта книга — горький, в чем-то страшноватый документ, и все свидетельствующий: окончательно уничтожить дух человеческий не в состоянии была даже всепроникающая система насилия. Без этой книги будет очень трудно вырастить новый лес.
🔥8
Империя чувств (18+)
Подробная история сексуальности, желания и тела в кинематографе с 1960-х годов до 2020. Анализ изменения отношения к сексу в обществе и расширения границ допустимого на экране. Связь секса в кино с цензурой и стереотипами. Курс Алисы Таежной «Империя чувств: история сексуальности в кино» из «Дизайн-библиотеки» школы доступен бесплатно до 20 июля*.
«Чем больше я разбиралась в истории сексуальности в кино, тем больше узнавала о сложностях местных контекстов, национальном кинематографе и экспериментах отдельных периодов.
То есть, разумеется, есть какая-то прямая история — “9 1/2 недель”, “male gaze” и влияние порнографии, но сводить историю сексуальности в кино к этому трусливо и неумно. Ведь существуют ещё Джек Смит, совершенно отлетевшая восточноевропейская новая волна, японское и корейское кино со своими традициями отношения к желанию и крови, зажатая Россия и Дэвид Кроненберг с “Автокатастрофой”.
Всё это захватывает и опровергает линейность и последовательность истории тела в кино, условно говоря, от фильма “Эмманюэль” к фильму “Нимфоманка”. Потому что все искусственные траектории будут ошибкой, куда интереснее просто искать пересечения и созвучия», — говорит о своем курсе Алиса.
* Чтобы узнать, как сделать «Дизайн-библиотеку» доступной для бесплатного посещения до конца лета, следите за нашими обновлениями в других социальных сетях.
Подробная история сексуальности, желания и тела в кинематографе с 1960-х годов до 2020. Анализ изменения отношения к сексу в обществе и расширения границ допустимого на экране. Связь секса в кино с цензурой и стереотипами. Курс Алисы Таежной «Империя чувств: история сексуальности в кино» из «Дизайн-библиотеки» школы доступен бесплатно до 20 июля*.
«Чем больше я разбиралась в истории сексуальности в кино, тем больше узнавала о сложностях местных контекстов, национальном кинематографе и экспериментах отдельных периодов.
То есть, разумеется, есть какая-то прямая история — “9 1/2 недель”, “male gaze” и влияние порнографии, но сводить историю сексуальности в кино к этому трусливо и неумно. Ведь существуют ещё Джек Смит, совершенно отлетевшая восточноевропейская новая волна, японское и корейское кино со своими традициями отношения к желанию и крови, зажатая Россия и Дэвид Кроненберг с “Автокатастрофой”.
Всё это захватывает и опровергает линейность и последовательность истории тела в кино, условно говоря, от фильма “Эмманюэль” к фильму “Нимфоманка”. Потому что все искусственные траектории будут ошибкой, куда интереснее просто искать пересечения и созвучия», — говорит о своем курсе Алиса.
* Чтобы узнать, как сделать «Дизайн-библиотеку» доступной для бесплатного посещения до конца лета, следите за нашими обновлениями в других социальных сетях.
🔥5👍1🥰1
Венгрия от 70-х годов до Netflix
В СССР венгерское кино занимало особое место: советскую публику поражал его свободный нрав и умение разбираться с ошибками прошлого с беспощадной честностью. В наше время, когда зрителю открыто столько возможностей, венгерское кино часто оказывается незаслуженно забытым. Мы хотим это исправить, поэтому сегодняшняя киноподборка посвящена венгерскому кинематографу.
«Фильм о любви». Иштван Сабо. 1970
Усевшись на парижский экспресс, молодой венгр Янчи собирается проведать девушку Кату, с которой расстался десять лет назад, хотя считал, что им суждено прожить вместе всю жизнь.
Почему именно это кино: режиссер идет не за сюжетом, а за ассоциациями и мыслями главного героя Янчи, монтирует не события фильма, а сознание персонажа, для которого в один ряд выстраиваются детские страхи войны, юношеские воспоминания о закате сталинизма, память об афоризмах на школьной стене и первая любовь.
«Время останавливается». Петер Готар. 1982
История о взрослении и юности тех, чьи отцы после поражения в антисоветском восстании 1956-го предпочли бежать из страны — пересечь австрийскую границу. Это портрет потерянного поколения, разоблачительный и горький диагноз, который Готар ставит эпохе оттепели, глядя на нее уже из кризиса 1980-х.
Почему именно это кино: действие этой картины зажато между двух дат. В 1956 году разворачивается черно-белый пролог, а в 1968-й упирается черно-белый эпилог. А между ними — раздолье цветных кадров, снятых одним из самых тонких венгерских операторов Лайошом Колтаи.
«Сатанинское танго». Бела Тарр. 1994
Перед зрителем протекают два дня из жизни венгерской деревушки, доживающей свои последние дни. Несколько ее жителей решают уйти, похитив деньги, вырученные всеми участниками коммуны перед ее закрытием. Однако их планы нарушают слухи о появлении красноречивого и харизматичного Иримиаша, пропавшего полтора года назад и считавшегося погибшим.
Почему именно это кино: главная особенность фильма в том, что он состоит из сверхдлинных планов — на все семь часов всего полторы сотни склеек. Картина поделена на двенадцать глав, как в структуре танго: шесть шагов вперед, шесть назад.
«О теле и душе». Илдико Энеди. 2017
Сторонящаяся людей Мария и общительный, но одинокий Эндре — коллеги. Оба ведут замкнутый образ жизни и стараются избегать общения друг с другом. Неожиданно для себя они узнают, что каждую ночь им снятся одинаковые сны. Видя в этом некий знак, герои решаются на сближение.
Почему именно это кино: режиссеру удалось показать, что телефонный звонок или случайно брошенное слово могут убивать не хуже, чем пули, что мир хрупок, а случайная улыбка может быть ценнее любых знаков внимания.
«Фрагменты женщины». Корнел Мундруцо. 2020
Спродюсированная Мартином Скорсезе по заказу Netflix драма о беременности и погибшем ребенке. В фильме сыграли Ванесса Кирби и Шайа ЛаБаф, а на втором плане в роли неслучившейся бабушки с венгерскими корнями блистает Эллен Бёрстин.
Почему именно это кино: автор сценария — супруга режиссера Ката Вебер. Это очень личная история, живая рана на экране, иногда кажущаяся документальной хроникой.
#киноподборка_bbe
В СССР венгерское кино занимало особое место: советскую публику поражал его свободный нрав и умение разбираться с ошибками прошлого с беспощадной честностью. В наше время, когда зрителю открыто столько возможностей, венгерское кино часто оказывается незаслуженно забытым. Мы хотим это исправить, поэтому сегодняшняя киноподборка посвящена венгерскому кинематографу.
«Фильм о любви». Иштван Сабо. 1970
Усевшись на парижский экспресс, молодой венгр Янчи собирается проведать девушку Кату, с которой расстался десять лет назад, хотя считал, что им суждено прожить вместе всю жизнь.
Почему именно это кино: режиссер идет не за сюжетом, а за ассоциациями и мыслями главного героя Янчи, монтирует не события фильма, а сознание персонажа, для которого в один ряд выстраиваются детские страхи войны, юношеские воспоминания о закате сталинизма, память об афоризмах на школьной стене и первая любовь.
«Время останавливается». Петер Готар. 1982
История о взрослении и юности тех, чьи отцы после поражения в антисоветском восстании 1956-го предпочли бежать из страны — пересечь австрийскую границу. Это портрет потерянного поколения, разоблачительный и горький диагноз, который Готар ставит эпохе оттепели, глядя на нее уже из кризиса 1980-х.
Почему именно это кино: действие этой картины зажато между двух дат. В 1956 году разворачивается черно-белый пролог, а в 1968-й упирается черно-белый эпилог. А между ними — раздолье цветных кадров, снятых одним из самых тонких венгерских операторов Лайошом Колтаи.
«Сатанинское танго». Бела Тарр. 1994
Перед зрителем протекают два дня из жизни венгерской деревушки, доживающей свои последние дни. Несколько ее жителей решают уйти, похитив деньги, вырученные всеми участниками коммуны перед ее закрытием. Однако их планы нарушают слухи о появлении красноречивого и харизматичного Иримиаша, пропавшего полтора года назад и считавшегося погибшим.
Почему именно это кино: главная особенность фильма в том, что он состоит из сверхдлинных планов — на все семь часов всего полторы сотни склеек. Картина поделена на двенадцать глав, как в структуре танго: шесть шагов вперед, шесть назад.
«О теле и душе». Илдико Энеди. 2017
Сторонящаяся людей Мария и общительный, но одинокий Эндре — коллеги. Оба ведут замкнутый образ жизни и стараются избегать общения друг с другом. Неожиданно для себя они узнают, что каждую ночь им снятся одинаковые сны. Видя в этом некий знак, герои решаются на сближение.
Почему именно это кино: режиссеру удалось показать, что телефонный звонок или случайно брошенное слово могут убивать не хуже, чем пули, что мир хрупок, а случайная улыбка может быть ценнее любых знаков внимания.
«Фрагменты женщины». Корнел Мундруцо. 2020
Спродюсированная Мартином Скорсезе по заказу Netflix драма о беременности и погибшем ребенке. В фильме сыграли Ванесса Кирби и Шайа ЛаБаф, а на втором плане в роли неслучившейся бабушки с венгерскими корнями блистает Эллен Бёрстин.
Почему именно это кино: автор сценария — супруга режиссера Ката Вебер. Это очень личная история, живая рана на экране, иногда кажущаяся документальной хроникой.
#киноподборка_bbe
❤9
Висконти. История и миф. Красота и смерть
В издательстве «Сеанс» вышла книга Андрея Плахова про Лукино Висконти. Это эпохальный труд о парадоксальном режиссере, о мифотворце — «леопарде» мировой культуры в эпоху ее заката. Одновременно с этим книга о Висконти, который еще в студенческие годы стал любимым режиссером автора, — предельно личное высказывание: Плахов обращается к текстам своего учителя, одного из ведущих кинокритиков 1960-х, Веры Васильевны Шитовой. Размышления Плахова и Шитовой об итальянском режиссере — разговор, в котором благодаря Висконти соединяются прошлое, настоящее и будущее.
«Раньше авторам любили задавать сакраментальный вопрос — какие, мол, чувства вы испытываете, не только закончив свой труд, но и доведя его до публикации. Вот и я задам такой вопрос», — спрашивает Диляра Тасбулатова у Андрея Плахова.
«Книга писалась долго, и не знаю, закончил ли бы я ее, если бы не ковид. Заодно за время локдауна я переслушал все оперы Вагнера, что весьма пригодилось. Книга была уже совсем готова к февралю 2022 года, и тут как раз стало ясно, что она может не выйти никогда. Тогда я подумал даже с какой-то легкостью: “Ну, значит, не судьба. Зато книга написана, а рукописи, как известно, не горят”. Но благодаря героическому энтузиазму издательства “Сеанс” все произошло довольно быстро — они даже нашли последнюю порцию хорошей европейской бумаги и сдали труд в печать. Теперь я чувствую освобождение от многолетнего груза внутренней обязанности, который на мне висел».
→ Читать отрывок из книги и полное интервью с автором.
В издательстве «Сеанс» вышла книга Андрея Плахова про Лукино Висконти. Это эпохальный труд о парадоксальном режиссере, о мифотворце — «леопарде» мировой культуры в эпоху ее заката. Одновременно с этим книга о Висконти, который еще в студенческие годы стал любимым режиссером автора, — предельно личное высказывание: Плахов обращается к текстам своего учителя, одного из ведущих кинокритиков 1960-х, Веры Васильевны Шитовой. Размышления Плахова и Шитовой об итальянском режиссере — разговор, в котором благодаря Висконти соединяются прошлое, настоящее и будущее.
«Раньше авторам любили задавать сакраментальный вопрос — какие, мол, чувства вы испытываете, не только закончив свой труд, но и доведя его до публикации. Вот и я задам такой вопрос», — спрашивает Диляра Тасбулатова у Андрея Плахова.
«Книга писалась долго, и не знаю, закончил ли бы я ее, если бы не ковид. Заодно за время локдауна я переслушал все оперы Вагнера, что весьма пригодилось. Книга была уже совсем готова к февралю 2022 года, и тут как раз стало ясно, что она может не выйти никогда. Тогда я подумал даже с какой-то легкостью: “Ну, значит, не судьба. Зато книга написана, а рукописи, как известно, не горят”. Но благодаря героическому энтузиазму издательства “Сеанс” все произошло довольно быстро — они даже нашли последнюю порцию хорошей европейской бумаги и сдали труд в печать. Теперь я чувствую освобождение от многолетнего груза внутренней обязанности, который на мне висел».
→ Читать отрывок из книги и полное интервью с автором.
❤4🔥2👍1
ЦДК на малых экранах
Московский Центр документального кино закрыт по техническим причинам. Онлайн-версия кинотеатра Nonfiction.film открыла доступ к своей кинобиблиотеке на две недели по промокоду CDKWILLOPENSOON, чтобы оставаться вместе хотя бы на малых экранах.
Nonfiction.film — это онлайн-кинотеатр для просмотра важных российских и зарубежных документальных фильмов, которые стали событием на престижных фестивалях, заявив о себе в мировом и национальном прокате.
Публикуем одну из последних киноподборок от Nonfiction.film.
Московский Центр документального кино закрыт по техническим причинам. Онлайн-версия кинотеатра Nonfiction.film открыла доступ к своей кинобиблиотеке на две недели по промокоду CDKWILLOPENSOON, чтобы оставаться вместе хотя бы на малых экранах.
Nonfiction.film — это онлайн-кинотеатр для просмотра важных российских и зарубежных документальных фильмов, которые стали событием на престижных фестивалях, заявив о себе в мировом и национальном прокате.
Публикуем одну из последних киноподборок от Nonfiction.film.
❤8